Нож в спину. Из жизни пособников и предателей - Леонид Млечин

Надежды великого муфтия увидеть, как немецкие танки входят в Иерусалим и давят евреев, рухнули. От отчаяния Хадж Амин просил немецких друзей бомбить Иерусалим и Тель-Авив, но немецкой авиации это было не под силу. В конце 1944 года он с помощью немцев отправил в Палестину пять диверсантов, которые должны были отравить водопровод в Тель-Авиве. Но неудачливых агентов поймала полиция.

Некоторое утешение он получил, побывав в немецких лагерях уничтожения. Поездку муфтию организовал оберштурмбаннфюрер СС Адольф Эйхман, который в четвертом управлении (гестапо) Главного управления имперской безопасности отвечал за «окончательное решение еврейского вопроса». Увидев в Аушвице, как методично убивают евреев, великий муфтий сказал, что Эйхман — «настоящее сокровище, спаситель арабского дела». Одного из своих племянников, тоже бежавшего в Берлин, муфтий предложил Адольфу Эйхману в помощники.

Несколько тысяч детей-евреев из Польши немцы предполагали выслать в Палестину. Великий муфтий направил рейхсфюреру СС Генриху Гиммлеру официальный протест: «Эти еврейские дети вырастут и станут подкреплением еврейскому элементу в Палестине». Гиммлер отменил приказ, детей отправили в лагеря уничтожения.

Муфтий писал болгарскому министру иностранных дел (Болгария была союзницей нацистской Германии):

«Было бы целесообразно отправить евреев из Вашей страны туда, где они будут находиться под строгим контролем, например в Польшу. Таким образом Вы сделаете доброе дело для арабского народа».

Четыре тысячи еврейских детей из Болгарии отправились в Аушвиц, который так понравился Хадж Амину.

Иерусалимский гость получал в Берлине семьдесят пять тысяч марок ежемесячно. Деньги частично шли на внедрение немецкой агентуры на Ближнем Востоке, но в основном были платой за сотрудничество великого муфтия с Третьим рейхом.

Бригаденфюрер СС Вальтер Шелленберг, начальник политической разведки нацистской Германии, вспоминал о встречах с муфтием с раздражением: «Он был мошенником, ему всегда надо было много денег. То, что он от нас получил, он вывез к себе. Я думаю, у него был прекрасный транзитный канал через Швейцарию. От меня он получил четверть центнера золота (из Имперского банка) и пятьдесят тысяч долларов».

В феврале 1943 года Гитлер санкционировал создание добровольческой горнострелковой дивизии войск СС «Ханджар» из мусульман Боснии и Герцеговины. В марте великого муфтия пригласил к себе рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер. Они понравились друг другу. В октябре муфтий поздравил рейхсфюрера с днем рождения, выразив надежду на то, что «в следующем году наше сотрудничество станет еще более тесным и достижение нашей общей цели приблизится».

«Совместная борьба против общего врага, — ответил Гиммлер муфтию, — создает прочную базу для тесных связей между национально-социалистической Великой Германией и свободолюбивыми мусульманами во всем мире».

Гиммлер попросил муфтия заняться мобилизацией боснийских мусульман. Хадж Амин привел в СС около сотни тысяч мусульман, которые сражались на стороне нацистской Германии. Гиммлер сказал министру пропаганды Геббельсу:

— Муллы обещают им рай, если они погибнут в бою. Очень практичная религия для солдат!

Умелый оратор, муфтий вдохновлял молодых босняков на священную борьбу с иноверцами — сербами и хорватами. В январе 1944 года Хадж Амин выступал перед личным составом дивизии «Ханджар»:

— Дивизия, в которой с помощью Великой Германии служат боснийские мусульмане, стала примером для мусульман во всем мире. Исламский мир и Великую Германию связывает общность целей. Враги рейха — это и наши враги.

Дивизия СС «Ханджар» занималась уничтожением югославских партизан и мирного населения. Она участвовала в кровопролитных боях против советской армии на территории Венгрии в районе озера Балатон. Великий муфтий вербовал в эсэсовцы и советских мусульман — бойцов Красной армии, выходцев с Кавказа и из Средней Азии, попавших в немецкий плен.

Вдвоем со своим старым единомышленником Фаузи аль-Каукчи, получившим в вермахте звание майора, они сформировали из пронацистски настроенных арабов несколько подразделений, которые были отправлены на Восточный фронт и брошены в бой против Красной армии. Арабов-нацистов изрядно потрепали, и германскому командованию пришлось вывести их из боя.

Великому муфтию самому хотелось командовать. 3 октября 1944 года он обратился к Гиммлеру: «Я предлагаю создать арабо-исламскую армию в Германии. В ее рядах будут сражаться арабы и исламские добровольцы, а также уже существующие исламские подразделения. Германское правительство должно взять на себя обучение и вооружение этой армии».

Но гитлеровцы уже терпели поражение. Рушились и надежды великого муфтия. Однако же он не погиб под обломками Третьего рейха, как многие его немецкие друзья. Умел вовремя исчезнуть. Хадж Амин покинул Берлин 8 мая сорок пятого. Улетел в Швейцарию. Но в Берне его не хотели видеть. Он перебрался во Францию, где провел год в парижском пригороде Рамбуйе.