Марш Смерти Русского охранного корпуса - Андрей Самцевич

В отличие от других частей полка, III батальон (командир – майор Леонид Трескин) большую часть года нес достаточно спокойную службу севернее партизанской зоны. Штаб батальона и 9-я рота дислоцировались в Чуприи, а 10-я и 11-я в начале мая заняли Сеньский рудник (примерно в 30 км северо-восточнее города). Штаб полка продолжал оставаться в Ягодине. Четники в районе были слишком слабы, чтобы проводить атаки на гарнизоны, но периодически осуществляли мелкие диверсионные акции и нападения. Так, ночью 24 апреля в Ягодине были похищены шесть принадлежащих полку коней с седлами и сбруей.

21 мая повстанцы окружили и разоружили патруль из трех солдат (кишиневцы Николай Артерчук и Николай Раевский, а также Йозеф Миц из польского Велипковца). 29 мая все трое смогли бежать из плена, а на следующий день встретить патруль СДС, который передал их русскому командованию в Чуприи.

2 июля в селе Миатовичи под Чуприей трое вооруженных неизвестных разоружили одиночного солдата РОК (вероятно, разыскивавшего пропавшего коня), забрав у него винтовку, штык и подсумки с патронами, после чего скрылись в неизвестном направлении. На следующий день в населенный пункт пришло русское отделение и арестовало 40 местных жителей. Около 9.30 16 июля четверо в крестьянской одежде напали на русского военнослужащего в Ягодине, ранив его ножом в руку и похитив револьвер. Примерно в 10.00 7 августа в Чуприе неизвестный крестьянин отобрал винтовку у солдата РОК и скрылся. С одобрения немецких властей русские арестовали девять горожан и селянина из окрестностей, у которого при обыске нашли штык^[580].

Слабое сопротивление солдат при подобных нападениях вызывало жесткие меры со стороны командования. Например, когда 31 мая 1944 г. неизвестными «в районе П.» (возможно, Парачин) были уведены несколько лошадей, а также без боя разоружены коноводы, последние были отданы под суд, о чем было сообщено в приказе по корпусу^[581]. Но были эпизоды, когда солдаты действовали упорно. Так, например, «ефрейтор Вячеслав Б.», на велосипеде возвращавшийся в свою часть, подвергся нападению трех прятавшихся на сельской мельнице вооруженных повстанцев. В завязавшейся драке он смог убить двоих и, несмотря на ранение ноги, добраться до расположения, откуда немедленно выслали карательную экспедицию к мельнице ^[582].

В конце июля в районе Равной Реки четниками была захвачена группа немецких военнослужащих. В ответ был произведен арест в качестве заложников 60 рабочих Сеньского рудника. Впоследствии состоялся их обмен на захваченных солдат. Вероятно, эта акция возмездия была осуществлена силами охранявших объект рот 4-го полка^[583].

Имели место и случаи дезертирства из рядов батальона. Иван Аколзин из Равной Реки вспоминал, что однажды к нему домой пришли двое дезертиров-бессарабцев, одного из которых так же звали Иван. Они рассказывали, что около 15 дней провели у четников, а затем сбежали и от них, недовольные их жестокостью по отношению к населению. Покинув дом Аколзина, они отправились искать партизан, но были схвачены и убиты равногорцами^[584]. Вероятно, эти солдаты сбежали с Сеньского рудника. В одном случае побег сопровождался кровопролитием: в 16.00 11 июля на дороге Дестоповац – Чуприя произошла ссора двух ехавших в грузовике шуцкоровцев. В итоге один из них застрелил сослуживца и ранил троих ехавших с ними гражданских, а затем скрылся, прихватив обе винтовки (свою и убитого). Жертвой инцидента стал стрелок штаба III батальона Николай Анисимов (20 лет, уроженец и житель Хотина)^[585].

Житель Равной Реки Драгослав Радивоевич вспоминал эпизод, когда в августе «белогвардейцы» совместно с болгарами принимали участие в охоте на экипаж сбитого самолета. В итоге один американец был захвачен военнослужащими царской армии, которые передали его немецкой полевой жандармерии, а остальные попали к четникам ^[586].

Спокойный период для подразделения закончился в конце лета – командование перебросило III батальон на юг, в район партизанской зоны. Рудник и Чуприю он покинул 18 августа, а 25 числа того же месяца прибыл в Лесковац^[587], где перешел под командование оберста Дизнера (по воспоминаниям Трескина – «вылитый второй Гинденбург» с наградной лентой «Африка» на рукаве). Отведенный батальону участок находился на юге города и имел по фронту 8 км. Его центр представлял собой поросший лесом горный хребет, вдававшийся в контролируемую НОАЮ территорию, правый фланг проходил по виноградникам, а левый, протяженностью 3 км, – представлял собой сплошные заросли камыша, где прикрытие осуществлял конный взвод 2-го полка, перешедший под командование Трескина. В Лесковаце произошло перевооружение подразделения – вместо итальянских карабинов с помощью коменданта города оберст-лейтенанта Купфершлегера удалось получить немецкие винтовки «Маузер».

Партизаны 24-й дивизии в последние дни лета неоднократно атаковали город, но командир русского батальона писал, что эти атаки на его участке не носили серьезного характера: попадая под огонь на короткой дистанции, повстанцы отступали. Отдельно он выделяет лишь продолжавшийся с 23.00 1 до 3.00 2 сентября бой, особенно сильный на центральном горном участке, занимавшемся 9-й ротой обер-лейтенанта Игоря Лабинского, которому он принес Железный крест II класса. По данным противоположной стороны, в ходе этого неудачного штурма только 15-я сербская бригада лишилась трех человек погибшими и девять ранеными. Но мы не беремся утверждать, наступала ли она на участке III батальона. 7 сентября шуцкоровцы покинули город и разместились гарнизонами вдоль постоянно атакуемой повстанцами железнодорожной линии от станции Сталач до Ниша. При этом Трескину были подчинены шесть «черепах» – приспособленных для езды по рельсам бронеавтомобилей^[588].

Возвращаясь к I батальону, снова обратимся к воспоминаниям лейтенанта Гранитова, по которым, после передислокации в Бор подразделение длительное время не участвовало в активных действиях, неся охрану внешнего периметра города и отдыхая после боев. Во второй половине августа батальон (без 2-й роты) был задействован в крупной зачистке под общим командованием коменданта Зайчара оберст-лейтенанта полиции Заупе, а позже 2-я рота под командованием лейтенанта Алексея Рышкова была выслана для поддержки четников поручника Петровича, с которыми чуть ранее германским командованием было заключено перемирие. В последнем случае речь идет о масштабных боях 26–27 августа против частей 25-й Сербской дивизии НОАЮ в районе населенных пунктов Больевац, Валаконье и Планиница юго-западнее Бора. Первые сутки они шли с переменным успехом, в основном благодаря получению четниками подкреплений из состава СДК, однако к ночи партизанам (XVI, XVIII и XX Сербские бригады) удалось добиться успеха на основных направлениях^[589].