Разные человечества. Эволюция. Разум. Антропология - Андрей Буровский

Давно отмечено, что судьба первых «анклавов модернизации» трагична: освоив то, что несут такие анклавы, их сметают.[213]Осмелюсь внести уточнение: судьба любых передовых групп населения трагична, – не только сословий и субэтносов. Но одновременно с трагедией она и величественно-прекрасна. Позволю себе в связи с этим небольшое отступление.

Дворянство России, первое сословие «русских европейцев», буквально утонуло в море разночинной интеллигенции. Добиваясь своих же целей «просвещения народа», сословие утратило все преимущества единственных немногочисленных носителей идеалов и достижений модернизации. Сословие выполнило свою миссию: принесло те же ценности намного более многочисленному слою и дало возможность реализовать себя (в том числе и творчески) уже не тысячам, а сотням тысяч людей. Сами же дворяне в массе своей стали частью интеллигенции.

Точно так же и русская интеллигенция (в начале XX века – в основном интеллигенция первого-второго поколения) растворилась в многомиллионной народной массе. И политически, и экономически она утратила свое привилегированное положение: просвещая народ, она обрекала себя на конкуренцию с намного более многочисленными представителями основной части народа.

Судьба передовых народов подобна судьбе передовых сословий: и античные эллины, и римляне «утонули» в море разноплеменных подданных Римской Империи. После предоставления гражданских прав почти всем подданным империи в 213 году привилегированное положение граждан окончательно исчезло. Но то, что несли в себе римляне, стало наследием десятков миллионов людей, послужило формированию многих новых народов, и в конечном счете послужило толчком к созданию всей европейской цивилизации.

По-видимому, такова же судьба и передовых биогенетических форм человека. С неандертальцами произошло то же, что с сословиями России и с первоначальными носителями античной культуры. Их была кучка – тех, кто стал лидерами человечества благодаря уникальным свойствам европейской географии. Эта кучка лидеров мирового развития растворилась в сотнях тысяч пришельцев с юга. Но их генетика создала новые расы – не менее активные, творчески одаренные и амбициозные, чем они сами.

Культура же верхнего палеолита с ее многообразным и сложным каменным и костяным инвентарем, искусством, домостроением, погребальным обрядом и так далее – частично преемственна от культуры неандертальцев (как и современная российская культура преемственна от той, что в XVIII – начале XIX века создали не более миллиона тогдашних дворян), а частично представляет собой ее продолжение и развитие. Как и современная российская культура не тождественна предшественнице, а развивает и продолжает ее в новых исторических условиях.

Данные о переносе генов и культуры неандертальцев заставляют сделать три принципиально важных вывода, причем каждый из них имеет и научный, и мировоззренческий характер.

Первое: Судьба неандертальцев вовсе не трагична. Она скорее оптимистична – неандертальцы были не уничтожены, неандертальцы слились с пришельцами. Обычно о таких событиях говорят «были ассимилированы». Но неандертальцы, сливаясь с сапиенсами, сами сильно их изменили и продолжились через них. То, что мы считаем себя именно сапиенсами, в значительной степени условность.

Сама концепция «окончательного решения неандертальского вопроса» как поголовного истребления неандертальцев родилась у поколений – современников колониализма, мировых войн, революций и прочих кошмаров первой половины XX века. Концепция отражает не столько реальность, сколько особенности психологии и мироощущения этих поколений.

Второе: Неандертальцы и сапиенсы в почти одинаковой степени предки всех малых рас современных европеоидов – той «расовой» формы человека, которая до самого недавнего времени лидировала на земном шаре и, в отличие от неандертальцев, не ограничивалась жизнью только на территории Запада Евразии.

Третье: Огромна роль географической среды в формировании различных форм человека. Контрастная, мозаичная, вариативная природа Запада Евразии и особенно ее эпицентра, Европы, не в меньшей степени создатель современного человечества, чем неандертальцы и ранние сапиенсы.

В Европе появилась форма человека, которая:

1) Не раз и не два «выплескивалась» из этой части света, расселяясь уже в плейстоцене по Переднему Востоку, Средней и Центральной Азии (как это до них делали неандертальцы), а в голоцене расселилась почти по всей Евразии, дойдя до Китая и Индии, заливая волнами переселения Кавказ и Малую Азию, доходя до Палестины и Египта.

События эпохи колониализма – заселение европеоидами обеих Америк, Австралии, Южной Африки, ряда островов (в том числе таких крупных, как Новая Зеландия) – только венчают и завершают процесс массового расселения этой формы человека по всему миру.

2) Заложила основы всего, что мы называем «цивилизацией». Не знаю, «политически корректно» это или нет (и не хочу знать), но факт остается фактом: большая часть тех изменений в культуре, которые создали цивилизацию, не только произошла на Западе Евразии. Но и была произведена руками не «сапиенсов вообще», а вполне конкретно: крупных массивных европеоидов, потомков ранних сапиенсов и неандертальцев.