Разные человечества. Эволюция. Разум. Антропология - Андрей Буровский

Вот популяция смышленых обезьян оказалась на границе саванны и леса… В лесу все более голодно, в саванне легче найти вкусные коренья и мелких зверушек, яйца и насекомых… Но в саванне слишком яркий свет, бегают огромные копытные, за ними гоняются еще более страшные хищники… Сплошные непонятные опасности, и вообще среда вся непривычная.

Надо упорно приучать глаза, обоняние, слух к совершенно новым условиям, – и, кстати говоря, к условиям, в которых намного больше информации, чем в лесу. Нужны другие, более совершенные органы чувств – чтобы они возникли, нужно внимательно, напряженно всматриваться и вслушиваться во все происходящее. Вал информации должен перерабатывать больший по размерам, более сложно устроенный мозг. Нужно будет больше двигаться, активнее жить, энергичнее передвигаться.

Какой-то обезьяне это не под силу, а какой-то окажется и по плечу. Эта часть популяции пойдет «в люди» – в сторону появления более сложных форм жизни.

Но и сам-то шанс будет только у тех, кто оказался в нужном месте и в нужное время. Часть обезьян останутся в лесах и эволюционировать не будут. Карликовые шимпанзе, бонобо, наиболее близки к людям по своей анатомии. У них даже губы не серые, а розоватые. Но это тихие неконфликтные обезьяны, оставшиеся вне основного поля эволюции, на африканских деревьях.[106]Эти смышленые обезьяны и будут там жить, пока лес не слишком сильно изменится.

Почему и другие боковые ветви эволюции человека не могли сохраниться?

Долгое время считалось, что кистеперые рыбы давным-давно вымерли, став предками наземных животных. А оказалось – до нашего времени у восточного побережья Африки живут-поживают кистеперые рыбы! Их даже не один, а как минимум три вида. Кистеперые рыбы любят прохладные глубокие воды и только в безлунные ночи поднимаются к поверхности воды. Местные жители ловят их ради вкусного мяса, а жесткой шкурой кистеперой рыбы – целаканта зачищают велосипедные покрышки, обрабатывают поверхность деревянных изделий…[107]

Эти кистеперые рыбы – потомки тех, кто не оказался в нужное время в нужном месте. Для кого Великий Эволюционный Шанс прошел мимо.

Когда «романтики» и «неуправляемые типы» задают вопрос – почему нельзя допустить такое же пережиточное существование реликтового гоминоида, а попросту – «снежного человека», или «человека лесов», «правильные ученые» строго возражают им – «эволюция не оставляет хвостов!» При упоминании же целаканта они задумчиво говорят или «бывают исключения…», или того еще «круче»: «но это же целакант!»

Мы же отметим: виды, которые исчезают из геологической летописи, чаще всего не вымирают, а переходят в «скрытое состояние» – как раз в такое, когда их обнаружить трудно, почти невозможно.[108]

Когда В. Б. Сапунов говорит о «скрытом состоянии» вида, или когда криптозоологи[109]всерьез пытаются поймать и изучить крупных животных, о которых не знает официальная наука, уважаемые коллеги крутят пальцами у виска.

Но, во-первых, крипозоологи и правда постоянно находят таких животных: и короткошеего жирафа окапи, и белого носорога в Судане, и горную гориллу, и… Впрочем, перечислять придется долго. Да и незачем, есть хорошие популярные книги.[110]

Во-вторых, давно известен и признан наукой «эффект Синьора – Липпса», согласно которому время захоронения последнего найденного ископаемого может не соответствовать времени исчезновения вида. То есть официально признается, что продолжительность периода вымирания вида не может быть точно оценена из-за неполноты палеонтологических данных.[111]

Итак, новые виды и роды возникают быстро, поэтому переходных форм всегда мало, в геологическую летопись они не попадают или попадают редко.

Всегда и во всех случаях изменяется не ВЕСЬ вид, и даже не ВСЯ популяция, оказавшаяся в «точке эволюции».

Предками новых, более сложных форм жизни становятся только самые жизнеспособные, активные, умные, сильные, упертые. И только.

Остальные представители вида тоже будут эволюционировать, по-своему. Не они создадут новые, более совершенные формы жизни. Эти «хвосты эволюции» останутся похожи на предковые формы всех – и изменившихся, и не изменившихся. Как современные жирафы окапи похожи на ископаемых жираф с короткими шеями, предков длинношеих жираф саванны.