Когда собаки не лают. Путь криминалиста от смелых предположений до неопровержимых доказательств - Анджела Галлоп

Криминалистика охватывает очень широкий спектр научных дисциплин, и вместо того чтобы нанимать специалистов по всем областям, при необходимости мы просто подключаем к делу различных проверенных экспертов. Так, например, всеми вопросами, связанными с насекомыми, которые имели отношение к нашим делам, занимались потрясающие люди из Музея национальной истории в Лондоне – сначала Кен Смит, затем Мартин Холл, а иногда Захария Эрзинчогоглу (известный как доктор Зак) из Кембриджского университета. В конечном счете, однако, мы решили, что пришло время обзавестись собственным энтомологом. И когда мы наконец наняли Джона Мэнлоу, он стал первым энтомологом, когда-либо работавшим в ведущей английской криминалистической лаборатории.

Вскоре мы осознали, что энтомология тесно связана с другими областями экспертных знаний, которые в итоге создали совершенно новую сферу криминалистики, которую назвали судебной экологией. Теперь, когда на нас работали антропологи и археологи, специалисты по почве (которые могли проводить и экспертизу драгоценных камней) и палинологи (специалисты по пыльце), а также энтомологи, мы могли оказывать всестороннюю помощь в делах, связанных с закопанными телами и следовыми уликами, источник которых находился на улице. Хоть судебная экология и узкоспециализированная область, она применима к поразительно большому количеству различных дел. Кроме того, она позволила нам еще больше расширить возможности для проведения расследований.

Одним из случаев применения судебной энтомологии стало дело, которое мы расследовали для полиции долины Темзы. Оно касалось тела, лежавшего лицом вниз в заполненной водой канаве. Изучив тело, Джон Мэнлоу обнаружил на пуговицах рубашки мертвого мужчины яйца и куколки мух. Мухи не откладывают яйца под водой, поэтому Джон мог с уверенностью сказать, что этот человек определенное время пролежал на спине, прежде чем его перевернули и положили в канаву. Другими словами, все указывало на то, что убийца (убийцы) вернулся на место преступления и переложил тело.

Отчет Джона оказал невероятную помощь в полицейском расследовании, и когда пойманные убийцы признались в содеянном, оказалось, что все случилось именно так, как он и заключил. По мере развития технологий, по мере того, как менялся наш образ жизни в связи с этим, следователи начали осознавать всю важность информации, хранящейся на мобильных телефонах и персональных компьютерах.

В результате в 2001 году Forensic Alliance заключила партнерское соглашение с местной фирмой Vogon, специализирующейся на компьютерном анализе. Это сотрудничество полностью себя оправдало, позволив нам получать множество новых типов информации из цифровых устройств. Мы могли анализировать ее вместе с более привычными уликами, такими как отпечатки пальцев и ДНК-профили. Мы могли получать информацию даже из цифровых устройств, встроенных в такую бытовую технику, как стиральные машины, чтобы узнать, когда ими последний раз пользовались и какая была выбрана программа стирки.

В 2002 году Управление по атомной энергии Великобритании заявило о намерении полностью завладеть компанией Forensic Alliance. Это было для нас как гром среди ясного неба. Думаю, они видели, что наши финансовые дела пошли в гору, и хотели расширить контроль над компанией. Рассел уже два года как не работал с нами, и мы с Томом Палмером заявили, что раз Управление могло купить компанию, то и у нас должна быть возможность как минимум предложить за нее свою цену. Чтобы начать дело, мы заняли в общей сложности более трех миллионов фунтов; они согласились, поскольку были уверены, что нам ни за что не удастся собрать необходимые деньги за отведенные два месяца. Нам срочно был нужен инвестор.

Первым делом мы с Томом подумали про инвестиционную компанию Close Brothers Growth Capital (CBGC), где нас очень тепло приняли, когда мы создавали Forensic Alliance. Они не могли поддержать нас тогда, потому что нам нужны были деньги для раскрутки, а они, как следовало из названия, финансировали только рост^[37]. Теперь же все было иначе. И благодаря великолепным людям Биллу Кроссану и Гарретту Куррану нам удалось получить деньги в более-менее оговоренный срок. CBGC оказалась потрясающим бизнес-партнером, и в последующие три года нам удалось открыть новые захватывающие направления для бизнеса.

В 2004 году к нам обратились ряд специалистов из лаборатории ЭКС в Бирмингеме. Они слышали о том, как в Forensic Alliance обстоят дела на профессиональном фронте, и хотели к нам присоединиться. В результате, настроенные привлечь достаточно заказов, мы открыли для них лабораторию в Тамуорте, в графстве Стаффордшир. Плюс ко всему мы обзавелись местным представительством для полиции графства Уэст-Мидлендс – второй по величине в стране. Когда я об этом рассказываю, все звучит так просто, но тогда нам с Томом пришлось изрядно понервничать: не нужно было обладать богатым воображением, чтобы понять, чем бы все закончилось, если бы нам не удалось привлечь достаточно новых дел для покрытия дополнительных расходов.

Среди прочих потрясающих вещей, которые мы смогли сделать после объединения с CBGC, было создание специализирующейся на огнестрельном оружии лаборатории на территории Королевской оружейной палаты в Лидсе. Новое отделение было открыто в 2005 году и состояло из полноразмерного стрельбища, оружейной мастерской, лаборатории сравнительной баллистики и других лабораторий для снятия ДНК и отпечатков пальцев с огнестрельного оружия, а также баллистических материалов. Теперь мы могли делать под одной крышей все связанное с огнестрельным оружием. Кроме того, наши заказчики теперь имели прямой доступ к экспертам оружейной палаты и их коллекции из 25 000 образцов огнестрельного и холодного оружия, а также боеприпасов.

После появления новой лаборатории мы закрыли отделение по огнестрельному оружию в Рисли, превратив его в лабораторию по анализу наркотических веществ, ставшую популярной среди наших заказчиков на севере Англии. Подразделение в Лидсе работает по сей день. Это ценный ресурс в расследовании по-настоящему запутанных дел для полицейских управлений по всей стране. Когда здешним криминалистам нужно, к примеру, понять, какого типа огнестрельное оружие или патроны были использованы, либо сделать пробные выстрелы определенными редкими снарядами, им только и требуется, что выйти из лаборатории и пройти по коридору, чтобы решить задачу с совершенно блистательными сотрудниками Королевской оружейной палаты.

Приблизительно в одно время с открытием лаборатории в Лидсе мы объединились с самой большой группой судмедэкспертов в стране – Службой судебной патологии (ССП) – и взяли на себя все их административные задачи. Помимо прочего мы помогли им тогда с испытанием новой информационной системы МВД, предназначенной для профессионального оказания услуг. Мы помогли им обустроить собственную лабораторию гистопатологии, ставшую первой в ведущей криминалистической лаборатории, и новый архив с регулируемой температурой для образцов. Такой архив необходим для обеспечения наилучших условий хранения биологических образцов, чтобы в случае возникновения годы спустя какого-то нового вопроса относительно обстоятельств чьей-то смерти эти образцы снова могли бы быть проверены, например на следы наркотических веществ или ДНК.