Когда собаки не лают. Путь криминалиста от смелых предположений до неопровержимых доказательств - Анджела Галлоп

Ни одна судебная система никогда не должна полагаться на то, что полиция или кто-либо другой якобы знает, что кто-то виновен в совершении преступления. И никто ни при каких обстоятельствах не должен быть осужден на основании ошибочных результатов экспертизы. Даже когда кто-либо признается в совершении преступления, важно понять истинную суть преступного деяния, при этом ни преуменьшив, ни преувеличив его. Таким образом, когда женщину по имени Маргарет Харрисон (имя изменено) обвинили в убийстве своей матери, помимо прочего было необходимо установить, говорит ли она о случившемся правду, а также было ли ее нападение, как утверждало обвинение, гораздо более жестоким, чем обвиняемая описывала.

Харрисон уже съехала с квартиры, где жила вместе с матерью, когда сотрудники клининговой компании обнаружили частично разложившееся тело под матрасом в шкафу в коридоре. Обвинение делало упор на проникающие повреждения в верхней левой части кардигана жертвы. По мнению криминалистов из лаборатории ЭКС в Олдермастоне, они были сделаны острым предметом вроде ножа. Хотя Харрисон и призналась, что ударила мать по голове молотком, она отрицала, что била ее ножом.

Согласно показаниям Харрисон, две женщины забивали в стену гвоздь в гостиной их квартиры, чтобы повесить часы, когда мать напала на нее с молотком. В ходе последовавшей, по ее словам, борьбы Харрисон выхватила инструмент из рук матери и в пылу момента ударила ее им по голове сбоку. В результате Сандра Смит (имя изменено) упала на пол, истекая кровью. Осознав, что мать мертва, Харрисон перетащила ее тело в расположенный в коридоре шкаф, где оно и пролежало примерно два года.

Во время осмотра квартиры были замечены следы крови на обоях и полу в гостиной и в гораздо меньшем количестве – на стене в спальне. В первоначальном отчете криминалистов указывалось, что следы крови в гостиной выглядели так, словно она натекла с покрытой кровью поверхности – возможно, с орудия убийства. Образцы крови с каждого участка были исследованы с помощью метода коротких концевых повторов (ККП) ДНК-анализа. За исключением пятен на половицах в гостиной, которые соответствовали ККП-профилю мертвой женщины, попытки определить ДНК оказались по большей части безуспешными.

Прошел почти год с момента обнаружения тела, когда адвокат подсудимой попросил меня заняться ее делом. Побывав в их квартире в Суссексе, я отправилась в лабораторию ЭКС в Олдермастоне, чтобы обсудить полученные криминалистами данные и самостоятельно осмотреть некоторые из важных вещественных доказательств.

Ряд предположений, казавшихся неоспоримыми, был основан на доказательствах, связанных со следами крови и жировыми отложениями, обнаруженными на полу в шкафу, оставленных, вероятно, разлагающимся телом. Одно из этих предположений заключалось в том, что Сандра Смит умерла в результате происшествия, которое случилось в гостиной. Согласно другому, ее тело какое-то время лежало, истекая кровью, на полу, после чего его перенесли в шкаф в коридоре, где оно и оставалось. Не было уверенности в том, как именно жертва встретила свою смерть и где именно в гостиной это случилось.

В ходе осмотра места преступления я заметила очень маленькие пятна и брызги крови на стене в гостиной рядом с отверстием от гвоздя, на который, по словам обвиняемой, женщины собирались повесить часы. Помимо прочего первым делом мы поручили провести ККП-анализ образца, взятого мной с этих следов крови, который, к сожалению, не дал каких-либо результатов. То есть мы не имели понятия, кому принадлежала эта кровь и вообще была ли она как-либо связана с расследуемым происшествием.

Сами следы крови были более информативными. Так, например, я согласилась с проводившим первоначальное расследование криминалистом в том, что пятна и брызги, обнаруженные на стене в гостиной, могли быть оставлены разбрызганной кровью, в отличие от замеченной мной группы по большей части крохотных пятен рядом с отверстием от гвоздя – они, скорее, указывали на то, что кровь оказалась на том месте в результате применения большой силы, как, например, при ударе. Кроме того, поскольку кровь попала туда явно снизу, можно было предположить, что пятна остались от чего-то или кого-то, находящегося рядом с полом. И если эти пятна были связаны с ударом, то практически наверняка он должен был быть нанесен по поверхности, уже залитой кровью, хотя их было и слишком мало, чтобы говорить о продолжительном нападении.

Пятна и брызги крови, судя по всему, принадлежавшей Сандре Смит, обнаружили и на картонной коробке в шкафу. Так как то, что осталось от ее тела, было прикрыто как минимум двумя слоями одежды, эта кровь, поступила, скорее, из открытой раны головы – возможно, в момент, когда тело положили на пол в шкафу, – чем из раны на спине. Таким образом, первоначальное заключение криминалиста, вероятно, было ошибочным, и кровь на месте преступления все-таки не была связана с пятью повреждениями на ее джемпере, принятыми за последствия ударов ножом.

Осмотрев эти повреждения на джемпере, я заметила и другие с похожими ровными краями, часть которых находилась с внутренней стороны воротника. При ближайшем рассмотрении стало ясно, что границы повреждений состояли из рядов петель, словно участок пряди трикотажной ткани, удерживавший их вместе, попросту отсутствовал. Получить повреждение подобного рода в результате удара ножом было крайне маловероятным. Любопытным было то, что никаких похожих повреждений на жакете, надетом на Сандре Смит поверх джемпера, равно как и на самом теле, обнаружено не было. Кроме того, имелись другие, довольно схожие повреждения и на других участках джемпера, которые не могли быть связаны с ударами ножом. Очевидным, с другой стороны, было то, что и одежду, и тело успели заразить насекомые. Поэтому более правдоподобным объяснением, чем то, что Маргарет Харрисон ударила свою мать ножом, было то, что насекомые случайным образом проели небольшие участки пряжи, образовав обнаруженные на джемпере повреждения.

В своем отчете, представленном адвокату защиты, я описала другие предположительно полезные тесты и следственные мероприятия. В заключение я отметила, что результаты криминалистической экспертизы больше соответствуют рассказу дочери о случившемся, чем версии обвинения. Другими словами, было более вероятным, что Харрисон «просто» ударила мать по голове молотком и не наносила ей потом никаких ножевых ранений.

Можно подумать, что подобные мелочи для Сандры Смит уже не имели особого значения, но они могли сыграть очень важную роль для ее дочери: если, как заявляла Маргарет Харрисон, она убила свою мать в ходе ссоры ударом молотка, а не в результате продолжительного нападения с применением нескольких орудий, то ей с большой вероятностью светил меньший срок.

Моей задачей в этом случае было проверить результаты криминалистической экспертизы и понять, подтверждают они или опровергают слова обвиняемой. После того как я продемонстрировала, что как минимум часть улик можно интерпретировать альтернативно версии обвинения, моя работа по делу была завершена.

Может показаться странным то, что у нас не было особого интереса к результатам дел, над которыми мы работали. Дело в том, что конечный результат обычно зависит и от множества других доказательств, которые не имеют к нам никакого отношения. Мы довольствуемся тем, что максимально хорошо сделали свою работу с научной точки зрения, учитывая всевозможные ограничения, с которыми приходится иметь дело.