Золотой век Венецианской республики. Завоеватели, торговцы и первые банкиры Европы - Фредерик Лейн

Значительное разделение труда, шедшее рука об руку с ростом производства, позволило владельцам капитала сосредоточиться на управлении, а чисто «механическую» физическую работу предоставить другим, тем, чей труд они координировали. Как правило, такое разделение приводило не только к различиям в функциях, но и к дифференциации в положении и статусе, короче говоря, к классовому расслоению. То, как это происходило в Венеции, резко отличается от сходных процессов во многих других городах в силу особенностей ранних отраслей венецианской промышленности.

Вначале почти все производство велось на дому у ремесленника или в семье фермера, где дополняло сельскохозяйственные работы, или в большом доме какого-нибудь землевладельца. Работа дома или в примыкающей к дому мастерской имела столько преимуществ, что сохранялась долгое время. Такая организация труда позволяла трудиться с желаемой скоростью, занимать в процессе всю семью, расширять производство, нанимая молодых учеников или подмастерьев, которыми хозяин руководил не просто как работодатель, но как глава семьи, и сочетать различные виды частичной занятости, например ведение домашнего хозяйства и садоводство с прядением, ткачеством или другим ремеслом. Затраты, связанные с вывозом рабочих из их домов, оказались настолько велики, что производство велось главным образом семьями, даже там, где имело место разделение собственников ресурсов, управляющих производством, и тех, кто занимался ручным трудом.

В самой важной отрасли средневековой промышленности – текстильной – такое разделение вылилось в надомную систему организации труда. В этой системе собственниками ресурсов и управляющими выступали купцы-работодатели. Им принадлежали материалы, которые должны были обрабатываться в ходе всего процесса производства, и они снабжали ими работников: прядильщиков, ткачей, красильщиков и т. д. Поэтому надомную систему иногда называют системой раздачи. Такая организация труда отличалась от позднейшей фабричной системы, когда работники трудились вдали от своих домов. При надомной системе ремесленники зависели от купцов, обладавших необходимыми знаниями, капиталом и связями, благодаря которым они ввозили нужные ресурсы. Предприниматели выясняли, какие ткани пользовались большим спросом, находили работников и платили им, а позже продавали готовую продукцию, иногда на отдаленных рынках. Конечно, часть тканей производилась из местных материалов для продажи на внутреннем рынке, но в тех случаях, когда источники сырья или рынки сбыта находились далеко, работник попадал в зависимость от торговца-работодателя. Во многих городах, где торговцы-работодатели распоряжались и в местных органах власти, и в цехе текстильщиков, ремесленники-работники контролировались односторонне.

В Венеции также наблюдалась склонность к такому положению вещей, но оно уравновешивалось другими факторами. Богатейшие венецианские купцы не превращались в торговцев-работодателей, потому что их таланты и капиталы были отданы сложной и обширной внешней торговле Венеции и связанным с ней морским перевозкам или колониальным предприятиям. Более того, в Венеции на протяжении многих веков важнее текстильной были другие отрасли промышленности. В тех отраслях, которые стали характерными для Венеции, особенности производства не способствовали развитию надомной системы. Там требовались управляющие, больше сведущие в ремесле, чем в торговле; при производстве применялось сравнительно дорогое оборудование, которое обслуживали неквалифицированные рабочие. В руководимые ими коллективы, включая членов семьи и нескольких учеников и подмастерьев, входило около десяти-двенадцати человек. Хозяева и сами умели работать руками, но их правильнее называть управляющими, а не рабочими, если слово «рабочий» вызывает ассоциацию с физическим трудом. Хотя такие хозяева также предоставляли работу другим, их лучше называть не торговцами-работодателями, но ремесленниками-управляющими.

Если ремесленники-управляющие и торговцы-работодатели сосуществовали в одной отрасли промышленности, например шелковой, между ними часто возникали конфликты. Представители венецианской торговой знати, привыкшие вести обширную внешнюю торговлю и влиять на работу правительства, так же часто поддерживали ремесленников, как и торговцев-работодателей.