СМЕРШ против бандеровцев. Война после войны - Анатолий Терещенко

В результате беспечности в охране командующего фронтом тов. Ватутина, его и вместе с ним следовавшие машины, не подозревая о наличии вооруженной банды, въехали в село Милятин, где и был произведен обстрел и ранение тов. Ватутина.

Необходимо отметить, что Военный совет фронта также систематически был информирован о наличии активно действующих бандгрупп на участке 13-й армии, и члены Военного совета фронта лично были предупреждены о принятии мер предосторожности при поездках в части 13-й армии.

По показаниям помощника оперативного отдела штаба фронта майора Белошицкого, сопровождавшего Военный совет, установлено, что во время вынужденной остановки машин Военного совета в 3-х км от села Милятин майор Белошицкий услыхал впереди пулеметную стрельбу, однако об этом никому не доложил, а лишь предупредил личную охрану командующего о готовности.

По его же показаниям, при въезде машин на окраину села Милятин Белошицкий на расстоянии 800–900 метров заметил большую группу людей, но продолжал ехать, не доложив об этом командующему и сблизившись, таким образом, с бандой на расстояние 150–200 метров.

Следует отметить, что сопровождавшая командующего личная охрана и шофера вели себя достойно и мужественно, за исключением Моноселидзе, шофера члена Военного совета тов. Крайнюкова, который во время обстрела проявил трусость, угнал машину и сам участия в отражении нападения не принимал.

Моноселидзе задержан, и в отношении его ведется следствие…»

По указанию руководителя УКР СМЕРШ фронта генерал-майора Н. А. Осетрова в Милятин была срочно направлена опергруппа в 60 человек. В результате их работы разбежались и бандиты, и мирное население. Но один из бандитов был схвачен.

Им оказался 20-летний Григорий Ундир. Он и рассказал, как его сотня напала на Ватутина:

«…29 февраля 1944 года бандой Зеленого в количестве 80–90 человек было совершено нападение на группу автомашин, в одной из которых ехал командующий 1-м Украинским фронтом генерал армии Ватутин.

Указанное нападение было совершено при следующих обстоятельствах: утром 29 февраля с. г. бандгруппа в количестве 80–90 человек во главе с Зеленым вышла из села Дубенцы в засаду в район Милятино – Сиянцы, где, по полученным от высланной Зеленым разведки данным, двигался обоз из 12 подвод…

Когда обоз поравнялся с находившейся в засаде бандгруппой, по нему был открыт огонь. Завязалась перестрелка с охранявшими обоз красноармейцами. В ходе боя красноармейцам на шести подводах удалось убежать в направлении села Садки, а остальные шесть повозок, из них четыре с боеприпасами, были захвачены бандитами. Во время боя был убит один красноармеец.

В то время, когда бандитами еще преследовались бежавшие подводы, из села Милятин показалась грузовая автомашина, которая была обстреляна, и находившиеся на ней военнослужащие бросили автомашину и бежали.

Через некоторое время, уже перед вечером, на дороге из села Тессова показались четыре автомашины, из них три легковые. Зеленым была организована в районе Милятинских хуторов засада, и, когда машины начали подходить к находившимся в засаде бандитам, по ним был открыт сильный огонь.

После этого три автомашины развернулись и пошли обратно, а следовавшая первой автомашина была выведена из строя и оставалась на месте…»

Но это не вся правда. Как показал бывший командующий группой УПА «Тютюнник» Федор Воробец, он же Верещака, нападение на Ватутина произошло в районе действий сотни Деркача, и сделали это группки СБ ОУН сел Михальковцы и Сиянцы Острожского района Ровенской области.

Воробец часто организовывал операции, переоблачившись в форму советских военнослужащих. Но и сам стал жертвой переодетых в ОУН сотрудников госбезопасности 15 января 1946 года.

А вот версия ветерана УПА Евгения Басюка – Черноморца. Операцию против Ватутина провел уголовный отдел полевой жандармерии УПА, так называемой «повстанческой милиции», численностью в 30 человек под командованием Трояна – Примака. Когда появились машины Ватутина, они занимались разгрузкой захваченных подвод армейского обоза. По вползающим в село машинам открыли огонь спонтанно, а поэтому не было никакой засады.

* * *

Следует заметить, что расследованием обстоятельств этого трагического ЧП занимались Управление и отделы военной КР СМЕРШ, а также спецотряд «Тайга», являвшийся разведгруппой НКГБ СССР. Работу «таежников» лично контролировал генерал-лейтенант П. А. Судоплатов. Чекистам удалось найти место базирования сотни Зеленого. В бандеровском отряде насчитывалось около полутора сотен человек. На вооружении имелось два десятка автоматов, до тридцати ручных пулеметов, десять станковых пулеметов и 76-миллиметровая пушка. Отряд был окружен в ходе чекистско-войсковой операции и почти полностью уничтожен.

Кроме того, контрразведчики дополнительно установили, что дорогу между селами Сеянцы и Милятино «держала боевка СБ ОУН» из с. Колесники Гощанского района под командованием Феодосия Павлюка. Туда же были подтянуты боевики СБ ОУН Черкеса и Жука. По данным «таежников», в отряде Черкеса находился «видный немец». Вполне вероятно, что это был инструктор.

Дело в том, что в ходе операций против ОУН советские органы госбезопасности захватили около 300 офицеров абвера и СД. Сотрудники СМЕРШа установили, что в одной из банд в районе Милятино был венгр – снайпер, поражающий цель с нескольких сот метров. Мог и он стрелять в командующего, если было бы светло.

А вообще, в расследовании гибели Ватутина было полно противоречий, недосказанности, умолчания и элементарной лжи. До сих пор специалисты не могут сделать однозначного толкования.

Автор попробовал суммировать эти недоговоренности в форме постановки вопросов:

– Почему до сих пор существует путаница в количестве машин колонны командующего?

– Как при февральской темени в 19.00 можно было посчитать бандитов?

– Почему член Военного совета фронта генерал Крайнюков доложил Сталину, что свернули на проселку по указанию Ватутина, тогда как личный водитель командующего Кабанов утверждает, что ехали по заранее оговоренному маршруту?

– Если был оговоренный маршрут, то он визировался только одним человеком – Жуковым, который находился в это время в Новоград-Волынском, отчего он в своих мемуарах не говорит об этом и часто путается?

– Если отвергать эту версию, тогда почему первая машина не проскочила поворот на проселочную дорогу, а повела всю колонну за собой прямо на село Милятин?

– Почему Г. К. Жуков упоминает в колонне Хрущева как первого члена Военного совета, а потом опускает этот факт? Что это, забывчивость или оплошность тех, кто писал ему его мемуары?

– Почему в киевском госпитале главный военный хирург Н. Бурденко пришел к выводу, что ранение не так уж и опасно и интенсивное лечение позволит Ватутину вернуться в строй, однако ему отняли конечность якобы из-за заражения крови, и это в стерильных условиях? Ему действительно с каждым днем становилось легче.