Античная философия. Краткий курс - Елена Пронина

Исходя из тождества человеческой и космической природы, стоики пришли к идее равенства людей. Равенство предопределено тем, что каждого человека, как и всю природу, пронизывает великое пламя – огненная пневма, единый божественный Логос. А раз так, то в каждом человеке горит искра этого божественного пламени. Поскольку раб – человек, то и в нем есть частица божественного огня. Поэтому все люди от природы равны, и человек может быть возвышен над себе подобными только благодаря свои личностным качествам и достижениям.

Идея равенства легла в основу утопических представлений стоиков об идеальном всемирном государстве. Вслед за киниками, провозгласив идеал космополитизма, они верили в возможность создания такого государства, населенного гражданами мира и основанного на разумных началах. В это великое сообщество должны были входить на равных правах женщины и мужчины, рабы и свободные, эллины и варвары. Каждый из них имеет ряд общественных обязанностей, прежде всего по отношению к самому себе, затем к родным, товарищам, родине и, наконец, ко всему человечеству.

Идеи фатализма и целесообразности послужили основанием для построения этики стоицизма.

Подобно эпикурейцам, стоики видели цель жизни в достижении счастья. Но под счастьем они понимали жизнь, которая находится в гармонии с природой, то есть в согласии с божественным Логосом, когда воля человека обращена к целям, которые являются также и целями природы. Такая разумная и согласующаяся с природой жизнь является добродетельной. Она придает безмятежность существованию и является его высшей целью.

Эпикурейской философии удовольствия стоики противопоставили этический ригоризм^[159]. Они выступали против отождествления Эпикуром и его последователями блага с удовольствием. Согласно стоикам, высшее и единственно истинное благо – это добродетель. К ней должны быть направлены все устремления человека. Добродетель – сама по себе цель, а не то, что приносит благо. Добродетель состоит в том, чтобы следовать Природе, подчиняясь божественному Логосу. Ригоризм стоиков проявился в их убеждении, что человек не может быть более или менее добродетельным. Существует либо добродетель, либо порок, и третьего не дано. Поэтому человек может быть либо справедливым, либо несправедливым; либо мужественным, либо трусливым; либо рассудительным, либо неразумным.

Стоики признавали четыре основные добродетели: разумность, умеренность, справедливость и доблесть. Они в своей неразрывной связи образуют единую и единственную добродетель, которая должна быть постоянным свойством мудреца и участвовать в каждом его поступке. Поэтому все добродетельные поступки считались ими в этическом отношении равноценными между собой, так же как и пороки.

Стоики четырем проявлениям добродетели противопоставили соответственно четыре порока: неразумность, распущенность, несправедливость и трусость, малодушие. Все остальное они относили к безразличным вещам. Но в безразличном они выделяли предпочтительные вещи, например здоровье и богатство, и непредпочтительные – болезнь и бедность.

Путь к обретению добродетели Стоя видела в апатии^[160], отмечая, что страсти оказывают негативное воздействие на человека. По определению Зенона, страсть есть душевное волнение, противоположное здравому смыслу и противное природе. Удовольствие, скорбь, страх и другие переживания порождают пороки. Поэтому, чтобы достичь добродетельного состояния, человеку необходимо искоренить в себе страсти. Для этого необходимо мобилизовать все силы разума, потому что у человека есть только один способ стать добродетельным – разумное следование природе. И ничто не должно сбивать его с этого пути: никакие природные и общественные явления и события. Апатия достигается победой разума над страстями и доступна мудрецам.

Мудрец – это воплощенная добродетель. Для стоиков идеалом мудреца были Сократ и Антисфен. Стоики соглашались с тем, что мудрец, как любой другой человек, может испытывать влечение. Но, в отличие от любого другого, он не позволяет ему перерасти в страсть и сделаться аффектом. Он достигает этого потому, что не относится к предмету своего влечения, будь то деньги, слава, удовольствие или что – то иное, ни как к благу, ни как ко злу, поскольку для него единственное благо – это добродетель.

Поступать разумно, согласно стоикам, значит подчиниться необходимости, принять действительность такой, какой она является. Смерть, например, нельзя преодолеть, ее надо принимать как неизбежное, как согласное природе простое разложение тех элементов, из которых состоит человек. А то, что согласно с природой, не может быть дурно. Мудрец – тот, кто любит свою судьбу. Он ведет жизнь, согласную с природой, и находится в ладу с самим собой. Люди, не понимающие этой гармонии, любят не свою судьбу, а себя и потому тщетно волнуются и страдают. Стоики считали, что таких людей подавляющее большинство и этим объясняли, почему в мире так много несчастных.

Раз от судьбы никуда нельзя деться, человек должен закалять свою волю, чтобы, не ропща, принимать все как должное. Воле стоики уделяли особое внимание. Они признавали свободу воли. Это признание основывалось на различении двух типов необходимости – естественной и разумной. Естественная необходимость присуща как животным, так и человеку, а разумная необходимость действует только в человеке. Осознав ее и научившись следовать ей, человек обретает свободу. Таким образом, свобода в стоицизме трактуется как осознание необходимости и согласие с ней.

Человек, которому не дано изменить ход вещей и событий в мире, вполне может быть свободен от внешних обстоятельств и достичь блага внутри себя, то есть при любых условиях сохранять мужество, спокойствие и невозмутимость.

И по сей день слово «стоик» ассоциируется с таким человеком, который мужественно выносит все невзгоды жизни и остается спокойным и хладнокровным, несмотря на все неприятности и несчастья, им переживаемые.