Византия. Удивительная жизнь средневековой империи - Джудит Херрин

Использование евнухов для охраны великих правителей и службы им восходит еще к Древнему Египту и Китаю, где они играли привилегированные роли. Как и мусульманские халифаты, Византия тоже использовала евнухов, чьи высокие звонкие голоса, по-детски мягкая кожа, безволосые тела и длинные конечности добавляли экзотики к жизни двора. Эти кастраты – третий пол, не мужчины и не женщины, не имевшие возможности создать собственные семьи, ухаживали за императором и императрицей, охраняли женщин правящей династии и выполняли придворные церемонии. В мусульманских странах они нередко охраняли святыни ислама. А в императорском Китае – вплоть до ХХ в. – мужчины продолжали соглашаться на кастрацию, чтобы получить должность при императорском дворе. Феномен придворных евнухов имеет глобальную историю, и византийская практика вовсе не была необычной среди иерархических имперских правительств.

Однако византийские евнухи прекрасно вписались в общество. В дополнение к контролю над разными аспектами деятельности императорского двора они достигали выдающегося положения в церкви, администрации, армии и домах знаменитых аристократических семейств по всей империи. Западные крестоносцы, прибыв в Византию, были удивлены и даже напуганы вездесущностью евнухов. Во время визита короля Людовика VII в Константинополь в 1147 г. Мануил I прислал хор, чтобы отпраздновать праздник св. Дионисия (Сен-Дени) с франками.

«Эти священники, конечно, отличались от наших… качеством их голосов, сладкая мелодичность которых была весьма приятна; слияние голосов низких с высокими, то есть голосов евнухов с мужскими голосами, услаждало слух франков. Да и глазам эти священники доставляли удовольствие своей изящной манерой держаться, скромным рукоплесканием и гибкостью движений».^[29]

Поскольку автор – Одон Дейльский – известен своей враждебностью к Византии, его высокая оценка пения представляется удивительной.

Евнухи играли специфические роли в древней Персии и Риме, которые укрепились, когда Диоклетиан принял персидскую атрибутику – корону, державу, трон и шитые золотом одежды – символы имперского господства. В Византии обслуживание императорской семьи издавна доверяли; кастратам – считалось, что их верность правящей династии несомненна. Те, кого кастрировали до наступления половой зрелости, назывались «безбородыми»; те, кто подвергся этой процедуре после достижения зрелости, сохраняли внешние признаки мужчин. Византийские евнухи часто накапливали большое богатство, становились щедрыми покровителями искусств и ремесел. Часто они разделяли причуды и жестокости женщин и некастрированных мужчин.

Евнухов, несмотря на их предположительную мягкость, назначали командовать армиями. Полководца Нерсеса (армянина), который завершил покорение Италии в период правления Юстиниана, можно сравнить с китайским мореплавателем Чжэном, который – по крайней мере, так говорят – открыл Америку за 90 лет до Колумба. Он следовал по пути японского капитана, который определенно дошел до Ост-Индии. Ссылки на военных командиров-евнухов встречаются на протяжении всей византийской истории, хотя с меньшей частотой – в XIV–XV вв. Понятно, что некоторые евнухи были рабами, которых кастрировали еще до поступления на византийскую службу. Таким, к примеру, являлся Петр Фока, который взял фамилию хозяина и отличился в сражении с русами. Он возглавлял личную стражу при Никифоре II (963–969), и в 960-х гг. его поставили командиром на восточном фронте. В 995 г. Василий II назначил евнуха – патриция по имени Николаос – возглавить атаку на Алеппо.

Согласно определениям евнухов, данным св. Матфеем (19: 12), «есть скопцы, которые из чрева матери родились так, и есть скопцы, которые оскоплены от людей, и есть скопцы, которые сами сделали себя скопцами для Царства Небесного», некоторые христиане пытались обуздать свои сексуальные потребности самокастрацией. Но I Вселенский собор в Никее в 325 г. издал канон против самокастрации: христиане, которые хотят избрать религиозную карьеру, должны бороться с искушениями плоти и контролировать свою похоть аскетической дисциплиной. Византийская церковь, однако, принимала кастратов и в ряды священнослужителей, и в монахи. Евнухи становились константинопольскими патриархами и святыми. Это говорило о том, что кастратам вовсе не был закрыт путь к высшим должностям в церковной иерархии, равно как они не лишались возможности достичь большой святости. Евнухи – священнослужители и монахи – часто играли важную роль в женских монашеских общинах, где выполняли освящение хлеба и вина по воскресеньям. В некоторых епархиях считалось, что все священники, имевшие доступ в женский монастырь, должны быть евнухами. И наоборот, некоторые мужские монастыри закрывали доступ для евнухов, полагая, что они представляют собой искушение для монахов.

Кастрация всегда считалась унизительной процедурой, и свободные граждане Римской империи испытывали к ней обоснованное отвращение, так что евнухами становились в основном неримляне. Как правило, ими являлись рабы, захваченные во время военных действий. В VI в. Кодекс Юстиниана сделал операцию кастрации незаконной в пределах империи. Военнопленных часто кастрировали на границе и только потом привозили в Византию, чтобы удовлетворить спрос на «безопасных» слуг. Прокопий отмечает, что район Абазгия (Абхазия) считался источником евнухов, например, оттуда был придворный Евфрат (Афрат), впоследствии ставший дипломатом. Позднее скифские, арабские и балканские пленные кастрировались и продавались на невольничьих рынках богатым византийцам. Слуги-евнухи имелись в большинстве богатых домов, где они прислуживали женщинам, учили детей и выполняли всевозможные посреднические миссии. Святые Ирина Хрисоволанская и Евфросинья Младшая использовали слуг-евнухов для общения с родственниками и с императорским двором.

Исламская экспансия существенно увеличила потребность в рабах и евнухах для работы в халифате – следовало найти новые источники. Периодические ссылки на невольничьи рынки в Риме и Венеции указывают на существование такой торговли на территории Западной Римской империи, а возросшее число евнухов из Пафлагонии, что на Черноморском побережье центральной части Малой Азии, отражает новое направление в Византии, шедшее вразрез с законом. Никита из Пафлагонии, который служил при дворе императрицы Ирины в VIII в., был одним из первых в длинной череде молодых людей из этого региона, которых кастрировали в собственных семьях. В отличие от предыдущих евнухов-неримлян эти являлись свободными и говорили по-гречески; их семьи желали, чтобы юноши получили работу в Большом дворце или в византийской церкви. В X в. Лиутпранд Кремонский объяснил, как все происходило. Операция по созданию «евнухов, которым удаляли и яички, и пенис… выполнялась торговцами… которые увозили мальчиков в Испанию и получали огромный доход». Вопреки физическим трудностям, те, кто выживали, впоследствии доживали до глубокой старости. Их можно было узнать по более длинным, чем обычно, конечностям. Рынок в Вердене, что в Северной Франции, развился, чтобы обеспечить потребность в рабах в исламских странах, таких как халифат Омейядов в Испании, где евнухи ценились очень высоко. Несмотря на неоднократные папские декреты, запрещавшие такую торговлю, христианские купцы не желали отказываться от очень прибыльного бизнеса и продолжали захватывать, кастрировать и продавать молодых людей, которые часто являлись христианами. На женщин тоже был высокий спрос – в гаремы исламских вельмож. Захватывающие приключения людей, взятых в плен пиратами и проданных в рабство, – популярная и на востоке, и на западе тема средневековых эпосов и романтических историй.