Ракетный центр Третьего рейха. Записки ближайшего соратника Вернера фон Брауна. 1943-1945 - Дитер К. Хуцель

– Подождите здесь, – проговорил я после минутного размышления. – Я схожу в город и узнаю что и как.

Вскоре я заметил знакомые лица. Меня сразу узнал инженер, работавший со мной на ИС-7.

– Где все? – воскликнул я.

Он развел руками:

– Повсюду. В отелях, ресторанах, кое-кто поехал дальше. – Он грустно покачал головой. – Здесь ничего не готово. Не хватает жилья. Полная дезорганизация.

Остальные описывали мне ситуацию точно так же. Боевой дух сломлен. Хотя как может быть иначе, если вокруг творится катастрофа? Никто не верил, что завод снова заработает, но для того, чтобы хотя бы чем-то заняться, отдельные группы пытались собрать чертежные столы и оформить кабинеты. Но не было ни материалов, ни оборудования. Германия была разделена на части и рушилась; связь практически не работала; союзники наступали.

Я искал фон Брауна. Примерно в полдень я наконец нашел его в маленькой гостинице на другом конце города. В вестибюле было полно эсэсовцев зловещего и угрожающего вида. Они держались, возможно, менее высокомерно, чем обычно, но тревожило само их присутствие.

Как только фон Браун заметил меня, сразу подошел и очень быстро произнес:

– Подождите в вестибюле. Я приду через минуту.

Вскоре он вышел из временного кабинета, увел меня в довольно уединенный уголок и пожал руку.

– Итак, вы все-таки сделали это. – Он улыбнулся. – Приятно снова вас видеть. Но мы не можем обсуждать вашу миссию здесь. Эти ребята, – он мотнул головой в сторону эсэсовцев, – из бригады Каммлера, и я подозреваю, что они затевают недоброе. Только ответьте мне: у вас получилось?

– Да, – просто ответил я.

– Ах! – Он явно испытал большое облегчение. – Хорошо. Вот и еще одна причина убраться отсюда.

Он снова огляделся:

– Как вы сюда приехали?

– На грузовике, который брали для операции. Но, – поспешно прибавил я, – у нас мало бензина.

– Очень хорошо. – Он снова сжал мою руку. – Подъезжайте к южному входу в деревню. Я буду ждать вас там.

Он ушел в кабинет. Секунду я смотрел ему вслед, затем почувствовал, что за мной из угла наблюдает эсэсовец. С чувством беспокойства я покинул гостиницу.

Мои спутники начали допытываться, что я узнал, но мне почти нечего было им сказать. Я упомянул озабоченность фон Брауна присутствием эсэсовцев.

Охнув, Ганс немного успокоился.

Фон Браун подъехал на машине с Гансом Линденбергом – одним из главных разработчиков ракетных двигателей в Пенемюнде. Я подошел к окну их автомобиля.

Фон Браун говорил загадками, как и в гостинице:

– В Эттале, всего в нескольких минутах езды, есть армейский склад. Поедем туда, заберем все необходимое и заночуем в Вайльхайме.

Я представил ему Ирмель, Ганса и Пауля и объяснил причину их присутствия. Фон Браун, как всегда, произвел благоприятное впечатление.

– Бензина у вас хватит? – спросил он. – Вы говорили…

– Да, я думаю, хватит. Да, Ганс?

Ганс кивнул.

– Очень хорошо. Тогда следуйте за нами. – Фон Браун закрыл окно.

Город Этталь славится своим монастырем, который, в свою очередь, больше известен благодаря производимому там прекрасному, сладкому ликеру. Мы недолго пробыли на складе, потом повернули на север в сторону трассы с перекрестком – на Вайльхайм. Уже наступила ночь, когда мы приехали.

Автомобиль фон Брауна остановился у одного из временных жилых домов, которые строились правительством взамен разрушенных во время бомбардировок в крупных городах. Дома были маленькие, обустроенные с максимальной пользой и не слишком плохие по сравнению с теми, в которых я жил во время войны.

Фон Браун объяснил, что бывает здесь после переезда в Обераммергау.

– Старые друзья. – Он улыбнулся.

В доме был Магнус фон Браун; мы обменялись теплыми приветствиями, так как давно не виделись. Тем временем женщины накрыли стол для нас – гражданских лиц. Ганс и Пауль решили поесть в городе.

– Минутку! – воскликнул я, когда мы собрались сесть за стол.

Я вспомнил об итальянском вермуте, который мы провезли по всей Центральной Германии, и быстро принес несколько бутылок. Электроэнергии не было, поэтому мы сидели при свечах. Магнус превосходно играл на аккордеоне. Музыка и вермут создали прекрасную расслабляющую атмосферу. Давно у меня не было такого хорошего настроения. Вспоминая сейчас тот замечательный вечер, мне кажется, осознание предстоящего конца освободило нас от забот, по крайней мере на некоторое время. Расслабившись, мы пели и выпивали. В ту ночь мы, четверо путешественников, последний раз ночевали в грузовике, в котором столько пережили.