Маршал Тухачевский. Мозаика разбитого зеркала - Наталия Шило

В середине сентября, обратив внимание на неблагоприятное изменение обстановки на Восточном фронте, В. И. Ленин подверг В. А. Ольдерогге жесткой критике и поставил вопрос о смене командования:

«Т. Гусев. Вникая в письмо Склянского (о положении дел 15/IХ) и в итоги по сводкам, я убеждаюсь, что наш РВСР работает плохо. Успокаивать и успокаивать, это – плохая тактика. Выходит «игра в спокойствие». А на деле у нас застой – почти развал. На сибирском фронте поставили какую-то сволочь Ольдерогге и бабу Позерна и «успокоились». Прямо позор! А нас начали бить! Мы сделаем за это ответственным РВСР, если не будут приняты энергичные меры. Выпускать из рук победу – позор… Ленин»201.

«Троцкому, Серебрякову, Лашевичу. …затем, поставить Главкому на вид крайнюю неэнергичность Ольдерогге и необходимость принять меры, либо заменяя его более энергичным командиром (обсудить вопрос о Фрунзе), либо посылку надежнейших и энергичнейших комиссаров, либо и то и другое»202.

Справедливость требует отметить – «сволочь» В. А. Ольдерогге мог бы переадресовать часть этой критики обратно Реввоенсовету республики и Главному командованию. Ведь «обобрал» Восточный фронт Владимир Александрович не по своей инициативе. Свою долю ответственности должно нести и Главное командование – как минимум за недооценку А. В. Колчака. Тем не менее следует отметить, что Главком, обязанный отвечать за всю Советскую республику, явно был занят в первую очередь более важными на тот момент событиями на других фронтах. Кроме того, поскольку движение информации происходило снизу вверх, а не сверху вниз, вполне вероятно, что Главное командование было попросту введено в заблуждение сравнительно спокойными сводками с Восточного фронта. У него не было оснований беспокоиться, потому что фронт вовремя не сигнализировал.

Тем не менее, как представляется, столь резкая оценка В. А. Ольдерогге была в значительной степени заслуженной.

Любопытно бегло взглянуть на работу фронтового командования в ходе второго этапа операции.

Уже вскоре после начала контрнаступления Восточный фронт получил выговор от Главкома за дезинформацию. К сожалению, лента оборвана, поэтому точно установить, кому именно он адресован – В. А. Ольдерогге или В. Е. Гарфу, пока не представляется возможным.

«Каменев – Считаю, что в период не блест(ящей) обстановки на фронте это абсолютно не(до)пустимо. Вновь получается та (неразб.) с которой я так боролся, будучи (неразб.)фронта а именно: то сводки у нас относительно благополучны, а сейчас вы открываете тяжелое положение 5 армии. Только вчера н-к штаба нарочно просил переговорить с Тухачевским, чтобы выяснить действительное положение, вместо этого нам была дана лишь сводка, которая безусловно ввела нас в заблуждение. Предполагаю, что ежедневные переговоры (с) командующими не ведутся. Я кончил. Больше вопросов не имею. Каменев»203.

Вероятно, речь шла вот об этой просьбе:

«Записка. Ответственному дежурному. Наштареввоенсовет просил Вильгельма Евгеньевича дать самую последнюю обстановку на фронте 3 и 5 армий и если таковой Штавост сейчас не имеет, то личными расспросами узнать у командармов 5 и 3 и сообщить запиской. Дежурный Генштаба Модеров. Резолюция: «Исполнить через отв. дежурного». 4/IХ»204.