Великая война не окончена. Итоги Первой мировой - Леонид Млечин

Политическую полицию, охранное отделение, поставили в определенные рамки. Вот почему множество революционеров, злейших врагов монархии, избежали преследований, преспокойно уехали за границу.

Находящиеся в оппозиции партии резко выступали против существующей власти, и правительство ничего не могло с ними сделать. Выборы в Государственную думу наделяли депутатскими мандатами весьма радикально настроенных оппозиционеров. С думской трибуны они говорили все, что считали нужным. Выступления депутатов печатались в газетах без цензуры – таков был закон.

В принципе формировалась демократическая система разделения властей. Но война прервала нормальное течение жизни. Так или иначе страдали все – от высших классов до низших.

Начался поиск виновных. Кто-то должен был ответить за всеобщее неудобство, за плохие новости, поступающие каждый день.

Политический истеблишмент считал, что ему недостает власти: император мешает. И вину за все неудачи – на фронтах и в тылу, в том числе собственные, рожденные нераспорядительностью и неумелостью, переваливали на Николая и Александру.

Боевые действия в 1914 году проходили с переменным успехом. В августе русские войска перешли границу и начали наступление на Восточную Пруссию. Это заставило немецкое командование изменить свои планы и бросить против русских войск дополнительные силы.

«Вторжение в Восточную Пруссию было не только нашей обязанностью, но и диктовалось нам инстинктом самосохранения, – писал выдающийся военный теоретик генерал-майор царской армии Александр Андреевич Свечин. – Германия поворачивалась к нам, с началом войны, спиной. Мы должны были напрячь свои силы, чтобы больно ее укусить и помнить при этом, что чем больнее наш укус, тем скорее ее руки выпустят схваченную за горло Францию и кулаки ее обрушатся на нас».

Но судьба вступивших в Пруссию войск сложилась крайне неудачно. Командование двух русских армий действовало неумело, чем воспользовался противник. Противостоявшую им 8-ю немецкую армию возглавил Пауль фон Гинденбург, начальником штаба к нему прибыл Эрих фон Людендорф. Им отводилась второстепенная роль в войне, они должны были всего лишь сковать русские силы, пока основная часть кайзеровской армии сокрушит Францию.

Но именно здесь, в Пруссии, взошла их военная звезда.

1-я армия генерала Павла Карловича Ренненкампфа, чтобы не попасть в окружение, отошла. 2-я армия генерала Александра Васильевича Самсонова потерпела поражение. Два корпуса были окружены. Многие солдаты и офицеры попали в плен. При выходе из окружения генерал Самсонов погиб. Считается, что покончил с собой.

«В первых сражениях, – отмечает Александр Иванович Калистратов, профессор кафедры оперативного искусства Общевойсковой академии Вооруженных сил России (Военная мысль. 2009. № 4), – горько обозначились главные несчастья России: всеобщая культурная отсталость, отсутствие координации, хладнокровного рационализма, научного подхода к делу, недооценка роли техники в борьбе. Высшее командование показало полную неподготовленность к управлению большими воинскими формированиями, непонимание самой техники управления, косность оперативной мысли».

Немцы назвали это сражение битвой при Танненберге. После Первой мировой, в 1927 году, там воздвигли помпезный мемориал в честь победы над русскими войсками в 1914 году. На открытие приехали Гинденбург и Людендорф. Здесь же 7 августа 1934 года похоронили Гинденбурга. В январе 1945 года немецкие саперы взорвали мемориал. Останки бывшего президента увезли в Германию. Ныне это польская территория.

Зато попытки немцев взять Варшаву и Лодзь успехом не увенчались.

Потери русской армии в первый год войны были значительными. Но стратегически немцы ничего не добились. Им пришлось ослабить нажим на Францию и перебросить войска с Западного на Восточный фронт, чтобы поддержать терпевшего неудачи австрийского союзника.

Одновременно в 1914-м развернулась битва за Галицию. Юго-Западный фронт под командованием генерала Николая Иудовича Иванова сломил сопротивление австрийцев, которые, понеся большие потери, отступили, очистив Восточную Галицию. Фактически австро-венгерская армия была обескровлена и начала терять обороноспособность (см.: Военноисторический журнал. 2014. № 9). Немцам пришлось перебросить свои части на австрийский фронт.

В январе 1915 года в дипломатической канцелярии при Ставке составили меморандум: «Основной политической задачей при проведении нашей новой границы на австро-венгерской территории должно быть присоединение к Российской империи исконных русских земель: Галичины, Угорской Руси и Русской Буковины. Такое присоединение – не простое приобретение новых областей. Оно полно великого исторического смысла, является завершением нашим верховным вождем начатого еще при московских князьях великого дела собирания Руси».

В 1915 году германское командование вознамерилось разгромить русскую армию и вывести Россию из игры. В начале года русская армия успешно сопротивлялась и в Восточной Пруссии, и в Карпатах. В марте русские войска даже взяли австрийскую крепость Перемышль.

Но в конце весны, сосредоточив большие силы, германская армия перешла в новое наступление. А российская армия остро ощутила нехватку снарядов и патронов. Предвоенные нормы расхода боеприпасов оказались далеки от реальности Великой войны. Никто не ожидал столь продолжительных боевых действий, думали, что за полгода все закончится. Немецкое наступление продолжалось и летом. Русские войска оставили Галицию. Территорию Польши, входившей в состав Российской империи, оккупировали немецкие и австрийские войска.

Германские генералы выиграли несколько сражений подряд. Но опять же стратегической цели не добились – Россия не была разгромлена и не собиралась просить о мире.

Император принял на себя командование. Заменил и начальника штаба – вместо Янушкевича взял генерала Михаила Васильевича Алексеева.

«Прощаясь с работниками штаба перед отъездом на Кавказ, – писал генерал-лейтенант Александр Александрович Самойло, – Янушкевич чистосердечно и справедливо признался в своей вине за наши военные неудачи первого года войны».

Центр жизни страны переместился в Могилев. Правительство оставалось в Петрограде, но высокопоставленные чиновники постоянно путешествовали в Ставку. На вокзале министра ожидал фельдъегерь, сообщал, на какой час назначен доклад императору, и на автомобиле вез в губернаторский дом.

Вечером в губернаторском доме собирались великие князья, генералы и чины царской свиты, иностранные военные агенты, приглашенные к высочайшему столу. Летом стол накрывали в палатке в саду губернаторского дома. Когда все были в сборе, появлялся государь в сопровождении наследника-цесаревича. После обеда обходил присутствовавших, разговаривал с ними, а затем уходил в свой кабинет.

Из всего его окружения только новый начальник штаба генерал Алексеев никогда не оставался к обеду, так как с самого начала просил его величество уволить его от обедов и завтраков, сославшись на недостаток времени.

Новые люди в Ставке изменили ситуацию на фронте.