Яхромский мост: Крах «Тайфуна» - Василий Карасев

Немецкий командующий ждал, что те дивизии, которые боролись с группой Захарова, вот-вот появятся южнее. Но пока здесь действовала только 2-я тд немцев. Ей приходилось сражаться на двух направлениях. Ее северная боевая группа продолжала бои с 24-й тбр Зелинского, оттесняя ее к Рогачевскому шоссе. Захват Рождествено был делом ее рук^[331]. Южнее 2-й тд приходилось отбивать натиск группы Ремизова, которая атаковала фронт немцев на Клязьме между Клушино и Льялово. 282-му сп, поддержанному 145-й тбр, удалось местами перейти реку и подойти к окраинам Клушино и Льялово. Кавалерийский полк НКО ворвался в Льялово^[332]. Батальон 282-го сп овладевший южной окраиной Владычино был отброшен за реку пехотой противника поддержанной десятью танками. В 13.30 немцы силой до роты с четырьмя танками выбили из Мышецкого роту 282-го сп оборонявшую населенный пункт^[333].

Бои уже шли и на подступах к населенному пункту Крюково. В дальнейшем его название станет широко известным. Расположенный на танкодоступной местности вблизи шоссейной и железной дороги Москва – Ленинград поселок стал пунктом сосредоточения усилий противников в течение ближайшей недели. Необходимо отметить, что вблизи него была расположена деревня Каменка. Поскольку населенный пункт с таким же названием есть и на Рогачеве ком шоссе, иногда возникает путаница в описаниях событий в их окрестностях.

Непосредственно Крюково обороняли части 8-й гв. сд и 44-й кд. 29 ноября немцы на этом направлении заняли окраину Алабушева. На следующий день 8-я гв. сд вернула потерянные позиции, но к вечеру в результате немецкой контратаки Алабушево было оставлено. Бои теперь шли непосредственно на западной окраине Крюкова. 1 декабря 1941 г., в течение дня, 1073 сп 8-й гв. сд, обороняя Крюково, отбил две атаки противника при поддержке 14 танков. В бою за Крюково было уничтожено 4 танка и до 60 немецких солдат. Тяжелее складывалась обстановка в районе Каменки, где 2-я стрелковая рота 1-го батальона была вынуждена под натиском противника оставить деревню и отойти на восточную окраину Крюкова. Предпринятая в ночь на 2 декабря попытка выбить противника из Каменки окончилась неудачей.

29 ноября вступили в бой и части 2-й Московской сд, которая занимала оборону на южном берегу Клязьминского водохранилища. Еще 27 ноября в 19.00 она получила приказ № 21 Командующего МВО, согласно которому 3-й сб 2-го сп вышел на рубеж Озерецкое, Рыбаки, Владычино. Его поддерживал 1-й дивизион легкого артиллерийского полка, занявший огневые позиции в районе Озерецкое, Рыбаки, выс. 217.1^[334].

До 29 ноября части дивизии вели разведку. Вот как описан в книге о боевом пути дивизии один из таких поисков. Дело происходило 26–28 ноября.

Взорванный железнодорожный мост через канал в районе Деденева.

«Сводная рота под командованием лейтенанта С.А. Тавасиева, посаженная на три автомашины, сумела по скованным морозам проселкам подобраться к окраинам Рогачева, что в 60 километрах от Красной Поляны. Разведчики собрали важные сведения о противнике, его местонахождении, передвижении по Рогачевскому шоссе, дважды вступали в бой с передовыми отрядами гитлеровцев, пытавшимися просочиться через незанятые нашими частями участки. Наступило время возвращаться «домой».

Дорога привела разведчиков в Яхрому. «Здесь мы, как впоследствии рассказывал С.А. Тавасиев, неожиданно встретили противника. Давать задний ход было уже поздно. Пришлось рисковать. Спасли нас густые сумерки и белые маскхалаты. В таких же халатах были и гитлеровцы, что очевидно дезориентировало их». Только что вступив в город, фашисты, возбужденные, бегали по улицам, занимались грабежом: тащили куски ткани со складов местной фабрики, грузили в машины разную утварь, зимнюю одежду и другие вещи местных жителей.

Машины разведчиков на большой скорости без выстрелов промчались по городу…»^[335].

Путь на юг был свободен. Разведчики остановились в ближайшем лесу. Их командир, посовещавшись с подчиненными, решил вернуться, чтобы постараться уничтожить побольше немцев и захватить документы, что и удалось сделать без потерь ^[336].

Не исключено, что этот рассказ собран из разных эпизодов, не имеющих к Яхроме никакого отношения. Обстановку на Рогаче вс ком шоссе в те дни можно охарактеризовать как типичный «слоеный пирог». Беспрепятственно колесить по нему и окрестным дорогам, заминированным, и частично взорванным, было просто невозможно. По крайней мере, можно констатировать, что нашими частями велась активная разведка.

Между тем на поле боя обстановка продолжала ухудшаться. 29 ноября роты Московской сд оборонялись во Владычино и Мышецком. Как они делили боевой участок с подразделениями 282-го сп неизвестно. К концу дня и те и другие были вытеснены из этих населенных пунктов. «На исходе дня в Мышецкое ворвались три танка и до батальона автоматчиков. Уцелевшие воины 7-й роты, отстреливаясь, отошли на опушку леса и снова заняли оборону»^[337]. От Мышецкого гитлеровцы пошли в атаку в направлении Красной Поляны, но прорваться к райцентру в этот день им не удалось. В наших ротах оставалось по 40–50 человек. Всю ночь в районе Озерецкое, Рыбаки, Владычино действовала вражеская разведка. Она то и дело вступала в перестрелку с боевым охранением частей 2-й сд.

По соседству с передовым отрядом 2-й Московской сд заняла оборону 64-я сбр. К 17.00 29 ноября бригада заняла указанный ей рубеж обороны от Черной до Хлебникова. С начала формирования соединения прошло чуть больше месяца, и оно было «сырым». Срочно переброшенная с Урала бригада еще не получила материальной артиллерии и боеприпасов. Части испытывали перебои с доставкой продуктов и фуража. Из-за недостатка технических средств связи командование еще до боя имело проблемы с управлением. И завершал донесение, полученное в этот день командующим 1-й ударной армии вывод: «Бригада по причине совершенно недостаточного материально-технического, артиллерийского и интендантского обеспечения на сегодня не представляет полноценной боевой единицы» ^[338].

Но В.И. Кузнецову больше не довелось командовать 64-й сбр. Отправленная для прикрытия направления на Пушкино она была 30 ноября передана в северный сектор обороны Москвы^[339], которым командовал полковник танковых войск А.И. Лизюков. Затем, на основании директивы Ставки № ОП/3016 от 29 ноября 1941 г., на базе оперативной группы полковника А. И. Лизюкова 30 ноября была создана 20-я армия второго формирования. В ней оказалась и 64-я сбр. Окончательно сектор был расформирован 2 декабря, его руководящий состав вошел в 20-ю армию, а А. И. Лизюков стал заместителем ее командующего генерала А. А. Власова. Начальником штаба армии был назначен Л.М. Сандалов, на плечи которого легла основная работа по одновременному сколачиванию штаба армии и руководству боевыми действиями.