Принципы ведения войны - Карл фон Клаузевиц

1. Теория ведения войны занимается изучением вопроса, как на решающем участке добиться перевеса в физических силах и материальном преимуществе. Поскольку это не всегда возможно, теория не обходит вниманием моральные факторы: возможные ошибки противника, впечатление, производимое смелым маневром, и… да, даже наше отчаяние! Теория военного искусства рассматривает все эти факторы и является не больше чем результатом размышлений о всех возможных ситуациях, встречающихся во время войны. Нужно всегда помнить и тщательно изучать самые опасные из этих ситуаций. Только так можно прийти к героическим решениям, основанным на разуме, которые не сможет поколебать никакая критика.

Любой, кто будет представлять вашему королевскому высочеству этот предмет иначе, является педантом, чьи взгляды только повредят вам. В решающие моменты вашей жизни, в суматохе битвы, вы когда-нибудь ощутите, что только такой взгляд сможет помочь тогда, когда больше всего требуется помощь и где вам не поможет сухой педантизм цифр.

2. Рассчитывая на физическое или моральное превосходство, во время войны нужно всегда стремиться к тому, чтобы вероятность победы была на вашей стороне. Но это не всегда возможно. Часто приходится предпринимать какие-то действия, не считаясь с вероятностью успеха — тогда, когда нельзя сделать ничего лучшего. Если бы мы в таком случае пришли в отчаяние, то наш разум как раз умолк бы в тот момент, когда он более всего необходим, когда все кажется ополчившимся против нас.

Поэтому, даже когда вероятность успеха призрачна, нельзя думать, что наше дело неразумно или невозможно, потому что оно всегда возможно, если наиболее полно использовать те немногие средства, которыми располагаем.

Мы никогда не должны терять спокойствия и твердости, которые так трудно сохранить во время войны. Без них самые блестящие качества ума пропадут впустую. Поэтому мы должны всегда допускать мысль о возможном поражении. Мы должны всегда помнить об этом и полностью привыкнуть к этому. Будьте уверены, всемилостивейший господин, что без твердой решительности нельзя достичь великих результатов в самой успешной войне, не говоря уже о самой неуспешной.

Разумеется, эта мысль нередко занимала Фридриха II во время его первых силезских войн (т. е. во время Войны за австрийское наследство 1740–1748 гг. — Ред.). Именно потому, что она была ему знакома, он в памятный день 5 декабря предпринял атаку под Лейтеном^[16], а не потому, что верил, будто его косой боевой порядок поможет ему уничтожить австрийцев^[17].