Все переломные сражения парусного флота. От Великой Армады до Трафальгара - Сергей Махов

Обвинения в пункте 6 не доказаны: хотя «Мальборо» и был в трудном положении, но это не касалось «Намюр», да и «Мальборо» потребовалась помощь только после того, как отошел «Намюр»; «Намюр» и «Мальборо» были равны по силам испанским «Реал Фелипе» и «Эркулес». Вице-адмирал не мог послать какие-либо корабли из своего дивизиона им на помощь без того, чтобы не нарушить линию баталии; между «Мальборо» и дивизионом Вице-адмирала было 4 корабля, которые могли помочь «Мальборо»; невозможно, чтобы какие-либо корабли из дивизиона вице-адмирала смогли бы прийти на помощь «Мальборо» и «Намюр» (если бы тот отдал такой приказ) до того, как был спущен сигнал погони, принимая во внимание слабый ветер и сильное волнение, имевшие место с начала боя адмирала и до этого времени.

Ничто не говорит о том, что вице-адмирал был главной или частичной причиной неудачи флота Его Величества в Средиземноморье; вступление в общее сражение, в соответствии со Статьей 19, и обеспечение должных диспозиций флота утром для спуска на противника с целью обеспечения наибольшего преимущества не зависели от него.

Если бы вообще весь дивизион вице-адмирала отсутствовал, и если исключить 4 концевых корабля, которые оказали не больше помощи своему флоту, чем дивизион вице-адмирала флоту Его Величества, оставшиеся корабли флота Его Величества все равно превосходили оставшиеся силы союзного флота.

Вице-адмирал оставался на своем командном посту в течение всего февраля, и, после всех предъявленных ему обвинений, ему было оказано доверие (приказом адмирала) возглавить флот в случае нового сражения, причем независимо от того на каком галсе был бы флот. Отсюда следует, что адмирал в то время не считал его виновным в нарушении им его обязанностей.

Ни одно из представленных свидетельств не подтверждают обвинения в том, что вице-адмирал нарушил свои обязанности.

Последнее, информация, на которой построены обвинения представляется поверхностной, абсурдной и неверной; свидетельства, представленные для ее поддержки недостаточны, и большое число свидетелей, как со стороны обвинения, так и со стороны подсудимого, опровергли ее, полностью и по отдельным частям.

Поэтому суд единогласно оправдывает подсудимого, и он таким образом почетно оправдан».

Слушание дела Мэтьюса началось 16 июня 1746 года. Лесток подал обвинения по 15 пунктам, и здесь, правда после бурных дебатов, сторонники расширенного толкования «Инструкций по походу и бою» потерпели поражение от сторонников их буквальной трактовки. Воз-

можно, это и имело смысл в те дни, поскольку в предыдущие годы дисциплина была на низком уровне. Мэтьюс, рвение которого сделать все от него зависящее для разгрома противников его страны нельзя было бы отрицать, услышал приговор 22 октября:

«Суд опросил представленных свидетелей как со стороны обвинения, так и от обвиняемого, и тщательно рассмотрев их показания, единогласно принял решение о том, что Томас Мэтьюс, допустив различные нарушения своего долга, был главной причиной неудачи флота Его Величества в Средиземном море в феврале месяце 1744 г., что он подпадает под действие Статьи 14 Акта 13-го Карла II по установлению статей и приказов для лучшего управления флотом Его Величества, военными кораблями и силами на море, и суд единогласно решил, что упомянутый Томас Мэтьюс^[80] должен быть уволен со службы за недостойное поведение и быть признанным неспособным к какому-то ни было использованию на службе Его Величества»^[81].

Несомненно, с чисто юридической точки зрения, Мэтьюс заслужил такое наказание, но также несомненно, что все поведение Лестока было гораздо более предосудительным, чем его начальника. Мэтьюс допустил просчет, но его намерения были положительными; Лесток цепко придерживался букве закона, но его намерения были достойны презрения; он как будто сказал себе: «Мой начальник попал в беду в этом деле; я же буду придерживаться только инструкций, и пусть и он, и даже наш флот, и наша страна потерпят поражение; я и пальцем не пошевелю, чтобы помочь ему. Тогда я буду в безопасности, а он, которого я считаю моим личным врагом, понесет наказание».

Победа в суде не принесла счастья Лестоку. В том же 1746 году он был восстановлен в звании, и даже стал адмиралом Синего флага, тогда же его назначили командиром экспедиции против французского порта Лориан, которая с треском провалилась; в том же году он умер.