Русь и Рим. Правильно ли мы понимаем историю Европы и Азии? В 2 книгах. Книга 1 - Глеб Носовский

Шампфлери писал: «Странные увеселения (с точки зрения современной истории — Авт.) происходили в соборах и монастырях при больших праздниках церкви в средние века и в эпоху Возрождения. Не только низшее духовенство участвует в веселых плясках и песнях, особенно на Пасхе и Рождестве, но даже и главнейшие церковные сановники. Монахи мужских монастырей плясали тогда с монашенками соседних женских, и епископы присоединялись к их веселью».

И далее Шампфлери, как самый скромный образец, выдавая его за карикатуру (!), приводит изображение ужина монахов «и их возлюбленных» из Библии XIV века (из Библии!), хранящейся под № 166 в Парижской национальной библиотеке. На миниатюре изображена типичная вакхическая ситуация: один из монахов на переднем плане предается любовным забавам с монашенкой, на заднем плане повторяется то же самое в массовом масштабе.

Число такого рода «карикатур» в средневековых текстах и Библиях довольно велико. Кстати, папа Пий II (1405–1464), например, является автором эротических произведений и крайне непристойной (по современным понятиям) комедии «Христос». Упомянем и о знаменитой «Песни Песней», включенной в библейский канон и также пронизанной откровенной эротикой (трактуемой современными теологами как «иносказание»).

Подобные иллюстрации, в том числе и в Библии, возможны лишь в том случае, если они рисуют обычный образ жизни западноевропейского средневекового духовенства, факт, который всеми признается нормальным; а если бы художник сделал это с целью порицания обычаев, уже переставших одобряться при новой идеологии, то, отмечал Н.А. Морозов, он и изобразил бы эту пирушку в какой-нибудь отвратительной форме, с чертями, влекущими грешников в ад, с уродливыми последствиями болезней. Вместо этого многие средневековые Библии иллюстрированы не только изображениями вакханалий, но и «античными рисунками»: виноградные гроздья, по которым взбираются ангелы, неотличимые от античных амуров, и т. д.

Еще якобы в VII в. н. э. собор в Шалоне на Саоне запрещает петь женщинам в церквах неприличные песни. Епископ Григорий Турский (VI век) протестует против монашеских маскарадов в Пуатье, носивших разнузданный характер. Шампфлери пишет: «Только в 1212 году Парижский собор запретил монашенкам устраивать „безумные праздники“ в такой форме… От безумных праздников, где принимают фаллос, повсюду воздерживаться, и это мы тем сильнее запрещаем монахам и монахиням». Запрещения мало помогали. Так, в 1245 году обновленческий епископ Одон, посетив руанские монастыри, сообщал, что монахини в массовых масштабах предаются там на праздниках непристойным удовольствиям. Из всего этого видно, с каким трудом (и как поздно) изживало новое евангелическое папство глубоко укоренившийся вакхический культ.

«Не раз, — замечает Шампфлери, — когда я исследовал старинные соборы, стараясь найти секрет сбивающей с толку, непристойной их орнаментации, все мои объяснения казались мне самому толкованиями на книгу, написанную на каком-то чуждом мне языке… Что подумать, например, о странной скульптуре, помещенной в тени под колонной подземной залы средневекового кафедрального собора в Бурже?» Скульптура эта представляет собой выступающие из колонны в страстной позе ягодицы человека, выполненные тщательно и экспрессивно. Скульптура помещена в месте, удобном для любовных игр. Как могли терпеть такую скульптуру постоянно пользовавшиеся этим храмом монахи и прихожане, ранее того времени, как эта скульптура стала сохраняться в виде пережитка давно минувших дней?

Попытки объяснить такие скульптуры и изображения (а их сохранилось немало!) тем, что они являются «карикатурами», высеченными в камне, в священных храмах, на тех, кто в них служит, — несерьезны.

Н.А. Морозов писал: «Но избыток стыдливости лишает нас важных научных знаний. Новейшие историки, умалчивая о христианских изображениях половых органов в некоторых помещениях старинных храмов, набрасывают покрывало на мысль того, кто захотел бы сопоставить памятники классической древности с памятниками средних веков. Серьезные книги о культе фаллоса с помощью серьезных рисунков осветили бы ярко этот предмет и обнаружили бы мировоззрение тех, кто и в средние века не мог еще отделаться от языческих культов».

Все эти упоминаемые здесь изображения никак не являются издевательством над церковью, а имеют такое же чисто пригласительное значение (до развертывания широких репрессий новой евангелической церкви против прежнего культа), как и изображения кружек с пенящимся пивом на дверях пивных. Практически неотличимы от этих христианских скульптур и рисунков знаменитые порнографические изображения «античности», обнаруженные, например, в Помпеях.

И опять-таки «стыдливость» препятствует ознакомлению широкой научной общественности с этими многочисленными изображениями. Оказывается, «те из картин, которые представляют какие-нибудь резко эротические и неблагопристойные сцены, столь любимые древними (добавим — и в средние века — Авт.), сохраняются под замком… Кто-то тайком… ночью соскоблил ножом непристойные фрески… В последнее время все помпейские картины и изваяния, несовместные с современными понятиями о приличии, хранятся в секретном отделении бурбонского музея». В Помпее обнаружены дома, над входами в которые прикреплены каменные фаллосы.

Эротические скульптуры западноевропейского христианского культа имеются на капителях кафедрального собора в Магдебурге, на стенах знаменитого храма Нотр-Дам в Париже XII века и т. д.

В археологии средневекового Рима хорошо известно, что здания практически всех основных римских христианских церквей возведены «на развалинах» прежних языческих храмов, причем эти якобы «предшествующие языческие святилища» были примерно того же назначения и даже того же названия, что и христианские («более поздние») храмы. По-видимому, объявив свое вакхическое прошлое (продолжавшееся вплоть до XIV–XV веков н. э.) «ошибочным», западноевропейская христианская церковь, перейдя в XV–XVI веках в новую, более строгую фазу, просто переименовала свои языческо-вакхические храмы.