Сила шаманов. Боевая и лечебная магия индейцев Дикого Запада - Юрий Стукалин

Одним из самых простых трюков считалось глотание деревянных сабель и настоящих стрел или копий, при этом предмет входил в глотку на 30–45 сантиметров. По мнению Гриннела, действие это было чисто механическим. Известны случаи, когда во время подобных действ люди получали травмы и погибали. Шаман пауни Медвежий Вождь говорил, что глотать стрелы гораздо труднее и больнее, чем копья^[298]. Подобные трюки использовали и шаманы других племен, например оджибвеи^[299]. А представители шаманского общества Огня акомов во время одной из своих церемоний глотают сделанные из дерева сабли и так танцуют в течение некоторого времени^[300].

Другой распространенный среди некоторых племен трюк заключался в быстром взращивании различных растений. Майор Лютер Норт^[301] с группой белых американцев лично видел подобное «магическое представление» шаманов пауни. Взрыхлив в жилище участок плотно утрамбованной земли, шаман за час из зерен кукурузы вырастил полноценные растения, собрал початки и отдал их зрителям. В другом случае Норт был свидетелем того, как шаман пауни посадил кедровое зернышко и вырастил метровое деревце. Посадив зернышко, он выждал некоторое время, а затем всунул в разрыхленную землю большой и указательный пальцы и словно нашел что-то внутри. Медленно он стал поднимать руку, вытягивая кедровую веточку. Когда рука, держащая кончиками пальцев веточку, поднялась сантиметров на двадцать пять, стали появляться веточки. Шаман медленно поднимал руку, пока веточка не превратилась в метровый куст. Тогда он отпустил ее, взялся руками у корневища и, якобы прилагая огромные усилия, вырвал куст из земли вместе с корнями. После этого всем присутствующим была предоставлена возможность лично убедиться в том, что это настоящий куст, а на свежих корнях налипла свежая земля^[302]. Подобные трюки проделывали и шаманы других племен. Например, по словам индейцев акомов, некоторые их шаманы могли даже зимой быстро взращивать кукурузу, кусты со свежими ягодами и т. п.^[303]

Свидетелями одного невероятного проявления способностей шамана (его Силы) были сотни людей из четырех лагерей сиу и шайенов в 1867 году. Шамана звали Белым Быком, и он довольно известный человек в истории завоевания Дикого Запада. Он велел выкопать яму и притащить огромный камень. Над ямой воздвигли большую палатку, в три раза большую, чем обычная. Люди со всех лагерей пришли посмотреть на представление, перешептываясь: «Он никогда не сможет выбраться из этой ямы… Это просто глупо». Шамана, связанного по рукам и ногам, положили в яму, и сверху ее накрыли бизоньей шкурой, поверх которой положили огромный камень, с трудом принесенный несколькими мужчинами. На камень водрузили еще четыре валуна, каждый из которых был столь тяжелым, что поднять его мог только очень сильный мужчина. Затем поверх заложенной камнями ямы соорудили небольшую хижину, которую покрыли шкурами. Присутствующие в палатке люди расселись вокруг хижины в три ряда, после чего певцы затянули магические песни. Сам шаман так рассказал о своем пребывании в яме: «Я сидел в яме под камнем. Запястья моих рук были связаны за спиной. Пальцы рук были туго связаны сухожилиями. Веревка от запястий была протянута до ног, которые также были связаны. Все узлы были завязаны туго – связывали меня люди, которые не верили, что я смогу проделать все это. Я сидел там, лицом к восходящему солнцу (на восток). Некоторое время ничего не происходило, но вскоре я услышал какое-то движение. Это был маленький человечек (его дух-покровитель)». Дух велел ему закрыть глаза, похлопал его по подошве правой ноги, затем по подошве левой, после чего потянул за волосы. Дух велел Белому Быку открыть глаза, и он оказался стоящим около палатки. Когда люди в палатке услышали о его появлении, они заглянули в хижину. Камень был сдвинут, а яма пуста. Путы, которыми был связан шаман, валялись на откинутой бизоньей шкуре^[304].

Исследователь культуры индейцев пуэбло Лесли Уайт приводит несколько рассказов о проявлениях «магических» способностей шаманов акома, полученных им от индейцев. Первый был поведан ему акомом (назовем его Хуаном), который был человеком образованным и весьма прогрессивным, открыто заявлявшим о полном недоверии шаманам. Но он сам несколько раз становился свидетелем необъяснимых явлений. Как-то ночью Хуан присутствовал на церемонии, проводимой шаманами для излечения заболевшего человека. Он сел поближе к шаманам, желая разобраться, как они проделывают свои трюки. Шаманы хорошо знали о его скептических взглядах, и один из них попросил его последовать за ним. Луна была полной, на земле лежал снег, а потому было «светло почти как днем». Шаман остановился у самого края месы^[305]. Метрах в двенадцати от края находилась вершина остроконечной скалы. По словам Хуана, шаман немного отошел от края месы, а затем побежал к пропасти. Почти у самого края он воткнул в землю свой кремниевый нож, и оттуда вылетел сноп искр. Шаман оттолкнулся и, пролетев в воздухе, приземлился на пике остроконечной скалы. Глубина пропасти составляла около ста метров. После этого шаман снова перепрыгнул назад на край месы. Хуан был поражен, но не мог объяснить произошедшего.

Маска ирокезов, начало XX вв.

Маска ирокезов, конец XIX – начало XX вв.

Другой индеец рассказал Уайту, как однажды присутствовал при лечении больного соплеменника шаманом, который «высасывал» из его тела болезнетворные «стрелы». Очень много людей собралось тогда. Все шло хорошо, но вдруг шаман попытался исторгнуть из себя «изъятую стрелу», но у него ничего не получилось. Он попытался снова, но вновь безрезультатно. «Было видно, что ему ужасно больно, – рассказывал индеец. – С него струился пот, а затем он скорчился и забился в агонии». На помощь ему поспешил другой шаман. Он перевернул пострадавшего на спину, вытащил большой кремниевый нож и вспорол ему грудную клетку и живот. «Когда он разрезал его, каждый мог увидеть его сердце, желудок и другие внутренности», – продолжал индеец. Шаман заглянул ему внутрь и вытащил оттуда большой комок кактусовых иголок, который бросил в специально подготовленную плошку. Затем шаман закрыл разрез, потер его кремниевым ножом, похлопал по нему руками и подул. Разрез затянулся, будто его и не было. Пострадавший шаман, проглотивший комок иголок, поднялся и, пошатываясь, пошел к алтарю^[306].