Всевидящее око фюрера. Дальняя разведка люфтваффе на Восточном фронте. 1941-1943 - Дмитрий Зубов

Впрочем, уже через два дня, 29 сентября, 2.(F)/ Ob.d.L. понесла еще одну потерю. Во время вылета над Каспийским морем по маршруту Баку – Астрахань пропал без вести Ju-88D-5/Trop «T5+LK» фельдфебеля Ханса Црона (командир экипажа штурман обер-лейтенант Артур Шлуфтер). В этом экипаже находился и унтер-офицер Вилли Шерер[92]. Последний только месяц назад избежал смерти, когда Ju-88D-l/Trop фельдфебеля Эдмунда Нукелса был подбит над Калмыкией. Тогда Шереру удалось выйти к своим. На сей раз «военная судьба» оказалась менее милостивой…

По свидетельству Макса Лагоды, осенью 1942 г. самолетам-разведчикам все чаще приходилось сталкиваться с советскими истребителями английского и американского производства. «Киттихауки», «Томагавки» и «Аэрокобры» обладали лучшей скороподъемностью и маневренностью, чем привычные Яки, ЛаГГи и МиГи, а также мощным безотказным вооружением, поэтому уходить от их атак было гораздо сложнее.

Летчики 2-й эскадрильи были хорошо осведомлены о положении дел на фронтах. Причем не только из официальных сводок, а из рассказов эскадрильи ночной дальней разведки 4.(F)/Nacht, которая в это время тоже базировалась на аэродроме Минеральные Воды. Каждый вечер летчики делились впечатлениями от полетов над степями южнее Сталинграда, Калмыкией и Северным Кавказом.

Как оказалось, Минеральные Воды стали самой восточной точкой на карте Европы, с которой действовала группа Ровеля. В октябре подразделение снова сменило место базирования. Основная часть 2.(F)/Ob.d.L. переместилась в Ростов-на-Дону, а четыре самолета были временно откомандированы на аэродром Тацинская, где находился штаб 4-го воздушного флота. Из-за плохой погоды интенсивность полетов заметно снизилась, а сверхдальние вылеты на время вообще стали редкостью.

Тем временем командир эскадрильи гауптман Клаус Притцель 15 октября был награжден Рыцарским крестом. Одновременно с этим этот летчик, чьи заслуги высоко оценило командование люфтваффе, был переведен на другую должность. Новым командиром 2-й эскадрильи был назначен гауптман Ханс Дитрих Клетте. И хотя данная фамилия в переводе с немецкого означает «лопух», Клетте совсем не оправдывал ее. Это был опытнейший летчик, ранее служивший в 1-й эскадрилье Aufkl.Gr.123, базировавшейся на острове Крит. Оттуда Клетте совершал дальние и сверхдальние разведывательные вылеты над Ливаном, Ливией, Египтом и Палестиной. Маршруты некоторых полетов проходили над Западной Сирией, то есть совсем недалеко от тех мест, над которыми действовали «Юнкерсы» 2.(F)/Ob.d.L. В мае 1942 г. подразделение получило новые высотные самолеты-разведчики Ju-86R. На высотах до 13 000 м они летали над британскими военными объектами в дельте Нила и Суэцким каналом.

Надо сказать, что осенью 1942 г. разведывательные вылеты в Закавказье и над Баку осуществляла не только 2-я эскадрилья группы Ровеля. В начале сентября к разведке главного нефтеносного района СССР и конечной цели успешно развивавшейся операции «Блау» подключилась 3-я эскадрилья Aufkl.Gr.121, только что перебазировавшаяся в Краснодар.

9 сентября одним из принадлежащих ей Ju-88D была произведена съемка военных объектов в окрестностях Баку. Затем было выполнено еще несколько вылетов, в ходе которых были сделаны подробнейшие и очень качественные фотографии. На них можно было разглядеть не только все военные предприятия, но и все маленькие улочки исторической части, башни древней крепости, а также линии электропередачи, движущиеся по улицам трамваи и маленькие яхты в порту!

Аэрофотосъемка четко идентифицировала нефтеперегонные заводы имени Джапаридзе и Пятакова (цель № 659), химический завод имени Фрунзе, вагоноремонтный завод имени Октябрьской революции (цель № 6512) и другие стратегические объекты. На снимках было видно, что многочисленные нефтебазы имели техническую маскировку. Круглые танки были выкрашены под цвет окружающего ландшафта. Однако, несмотря на это, благодаря характерному расположению в несколько рядов и отбрасываемым полукруглым теням все они были прекрасно видны с воздуха! Для 3.(F)/121 тоже не все полеты над Баку проходили безнаказанно. 2 октября из вылета в этот район не вернулся Ju-88D-5 W.Nr. 430029 лейтенанта Шоефмана. Правда, неизвестно, был ли разведчик сбит на пути к цели или же потерпел аварию. Во всяком случае, войска Бакинской армии ПВО не претендовали ни на какие сбитые самолеты в этот день.

К октябрю 1942 г. в Советском Союзе начала ощущаться нехватка нефтепродуктов, той самой бакинской нефти, за которой не щадя сил следила 2-я эскадрилья группы Ровеля. Первыми забили тревогу нефтеперерабатывающие заводы в Уфе, Сызрани, Горьком и Константинове. Планы завоза сырья не просто не выполнялись, а создавалось впечатление, что поступление нефти скоро вообще прекратится. Если в сентябре еще худо-бедно прибывало 30–40 % положенного количества, то в октябре – всего 25 %.

В результате, к примеру, на горьковском заводе «Нефтегаз» № 2 начались простои. Газовый цех не обеспечивал отдел переработки, следовательно, питавшиеся от него доменные печи металлургического завода и «Красного Сормова» работали на уменьшенной мощности. На пиролиз пришлось брать сырье, ранее считавшееся непригодным, причем его сливали прямо из железнодорожных цистерн, без необходимой обработки. Ко всему прочему добавился еще и дефицит поваренной соли, поставки которой полностью прекратились. Из-за этого экранированные котлы питались сырой волжской водой, значительно ухудшилось качество продукции.

Электростанции и котельные в спешке переводились с мазута на более дешевое топливо, в основном на торф. В частности, Горьковский городской комитет обороны еще 27 сентября рассмотрел вопрос о скорейшем переводе на торф ТЭЦ автозавода имени Молотова. Понятно, что КПД этого «подножного» топлива оставлял желать лучшего, но тревожные сводки с нефтебаз показывали, что мазут скоро вовсе иссякнет. Тысячи колхозников в приказном порядке отрывались от своей основной деятельности и отправлялись на торфяники для его заготовки.

А люфтваффе не ослабляли ударов. Так, 2 октября 12 Ju-88 в очередной раз совершили налет на станцию Эльтон. На следующий день железную дорогу бомбили Не-111 из II./KG27 «Бельке». Через три дня станцию Эльтон вновь атаковали 12 пикирующих бомбардировщиков. 8 октября с аэродрома Миллерово взлетели «Хейнкели» из II./KG27 «Бельке». Их целью снова была железная дорога Астрахань – Урбах.

10 октября в небе над Волгой наступило недолгое затишье, в этот день почти все бомбардировщики 4-го воздушного флота участвовали в массированном налете на нефтеперегонный завод в Грозном. Цель была полностью уничтожена, причем столбы дыма, поднимавшиеся над чеченской столицей, в течение нескольких дней не позволяли произвести аэрофотосъемку результатов атаки.

11 октября в сторону станции Эльтон над степью в очередной раз пролетели 12 «Юнкерсов». В результате она была в очередной раз выведена из строя. Огромные пробки из сотен вагонов и цистерн тянулись на сотни километров, и сверху движение по этой железной дороге казалось просто невозможным. Командование 4-го воздушного флота продолжало регулярно посылать «Юнкерсы» и «Хейнкели» за Волгу. При этом стратегические удары чередовались с беспокоящими действиями одиночных бомбардировщиков. Так, 13 октября Не-111 «1G+FR» из III./KG27 «Бельке» совершил дальний рейд на восток от Сталинграда. В ходе его экипаж повредил небольшой корабль на Волге, а также атаковал поезд, который в результате обстрела сошел с рельсов.