С Роммелем в пустыне. Африканский танковый корпус в дни побед и поражений 1941-1942 годов - Хайнц Вернер Шмидт

Против Бир-Хакейма Роммель теперь выдвинул спецгруппу 288, высокоподвижную часть, изначально обученную вести боевые действия на Ближнем Востоке (позже я командовал батальоном в этой части). Но несмотря на интенсивные налеты «Штук» и артподготовку, французские части Кёнига продолжали отчаянно защищаться.

Они продержались до вечера 10 июня, получая снабжение по воздуху. Позже англичане уже не могли снабжать их, и им было приказано отступить. Большая часть гарнизона сумела прорваться и воссоединиться с 8-й армией на востоке. Это был первый признак возрождения боевого духа Франции с момента ее поражения в 1940 году. На этот раз французы сумели выстоять против великого Роммеля, командира «Дивизии призраков».

Фронт Газалы был прорван в двух местах, хотя южноафриканцы Пиенаара все еще вели боевые действия на северном рубеже. Роммель рискнул прорваться в Эль-Адем. 90-я легкопехотная двинулась вперед, за ней шла ослабленная танковая дивизия, которая заняла местность к югу от аэродрома.

В эти дни развернулась самая настоящая танковая баталия в Ведьмином Котле под Рыцарским Мостом. Мы одержали победу только благодаря тому, что наши танки и противотанковые орудия оказались мощнее британских. Бронетанковые части противника были разбиты, а проиграв танковое сражение, британцы потеряли и Тобрук.

Когда Ричи лишился своих танков, он понял, что южноафриканцы и 50-я дивизия на прибрежной дороге в конце рубежа Газалы оказались в опасности, и отозвал их. 50-я дивизия прошла через пустыню и прорвалась в Тобрук через наши боевые порядки, и, хотя она понесла тяжелые потери, боевой дух не утратила.

Южноафриканцы вечером 14-го и днем 15 июня почти без потерь проскочили по трем дорогам к прибрежному шоссе. Мы послали войска и танки к насыпи и перерезали дорогу, но многим частям противника удалось прорваться в Тобрук по бездорожью ближе к побережью.

Как догадался потом Роммель, Окинлек пытался избежать второй осады Тобрука. В его планы входило занять крепость и удержать Роммеля на расстоянии, используя тактически выгодные позиции к югу и юго-востоку от тобрукского периметра и опираясь на войска, занимавшие эти позиции, и подвижные подразделения, базировавшиеся на обороняемой местности.

После захвата нами рубежа Газалы Окинлек, по всей видимости, приказал своим войскам задержать нас на линии Акрома – Эль-Адем и далее к югу и во что бы то ни стало предотвратить окружение крепости. Окинлек отказался от намерения нанести контрудар после перегруппировки войск и получения подкреплений из Сирии (штаб 10-го корпуса и Новозеландская дивизия) – Роммель очень сожалел, что ничего не может сделать, чтобы не допустить их прибытия. А тем временем Окинлек строил оборонительные позиции на египетской границе.

Тобрукский гарнизон был усилен четырьмя-пятью пехотными бригадами плюс пехотные танки и артиллерия – но, как нам удалось узнать, ее было явно недостаточно.

Командование крепостью принял на себя генерал Клоппер из южноафриканской 2-й дивизии. Его собственные 4-я и 6-я бригады и сводная бригада 1-й дивизии Пиенаара заняли оборону в секторе к западу от Тобрука от моря до эль-адемской дороги. 6-я бригада была на крайнем западе, 4-я – ближе к южному флангу. Они прикрывали сектор, который в 1941 году, когда австралийцы заняли Тобрук, Роммель непрерывно атаковал.

К востоку от южноафриканцев теперь стояла 11-я индийская бригада (бригадный генерал А. Андерсон), удерживавшая сектор, который меня особенно интересовал – поскольку в этот раз мы собирались начать штурм крепости со стороны Эль-Дуды, где в ноябре прорвались британцы и где Роммель тоже планировал атаковать.

15 июня, как раз в тот день, когда Клоппер принял командование Тобруком, наша танковая разведгруппа, возглавляемая ротмистром Хохмейером и под личным контролем Роммеля, подошла к Сиди-Резей. Лис Пустыни добавил последний штрих к своему плану штурма.

Тобрук стал для него навязчивой идеей. Уже больше года мечтал он завладеть этой крепостью, хотя ему приходилось участвовать и в других операциях. Он утверждал, что не сможет взять Египет, имея у себя в тылу непокоренный Тобрук. Его тщательно разработанный план штурма в ноябре был сорван операцией «Крестоносец». Но сейчас он вновь завладел инициативой и намеревался осуществить этот план в точности, как он был задуман, используя все имеющиеся у него силы.

Я вновь оказался на знакомой мне территории к югу от Эль-Адема, и Роммель постоянно появлялся в наших рядах, такой же коренастый и целеустремленный, и вел себя точно так же, как и тогда, когда я работал с ним.

Артобстрелы и самолеты противника превратили нашу жизнь в ад. Разнообразие внесла атака нашей боевой группы из 15-й танковой дивизии. Британцы при поддержке танков держались стойко. Наши друзья из 21-й дивизии прислали боевую группу для атаки на индийцев в Сиди-Резей, но их остановили артобстрел и бомбардировка. Пока 90-я легкопехотная дивизия шла к Эль-Адему, большая часть 21-й дивизии вновь двинулась по долине к Сиди-Резей и на следующий день взяла его.

В течение ночи защитники Эль-Адема (29-я индийская бригада под командованием бригадного генерала Д.В. Рейда) были выбиты оттуда, как я полагаю, к большому разочарованию Окинлека, который собирался подбросить им подкрепления, чтобы они смогли продержаться. Теперь судьба гарнизона Тобрука была решена.

Итак, 17-го числа я вновь увидел мечеть в Сиди-Резей, где я был ранен и где южноафриканцы подверглись такому сокрушительному разгрому. В тот день произошел еще один ожесточенный бой. Роммель бросил сотню танков против 4-й британской бронетанковой бригады и разгромил ее; уцелело лишь двадцать британских танков. Британские бронетанковые части откатились почти до Гамбута, оставив Тобрук на произвол судьбы.