Эпоха Аттилы. Римская империя и варвары в V веке - Колин Дуглас Гордон

Валентиниан III, взойдя на трон еще ребенком, правил тридцать лет и был убит в 455 году; в течение следующих двадцати одного года, прежде чем власть в Италии перешла к королю варваров, здесь были провозглашены не менее девяти императоров, хотя лишь четверых официально признали в Константинополе. Это был период почти непрекращающихся трудностей, создаваемых варварами как внутри государства, так и за его пределами; наибольшую угрозу представляло королевство вандалов в Африке во главе с его великим правителем Гейзерихом. Захват Африки пришлым племенем стал для Рима и Италии более серьезной потерей, чем утрата Галлии, Испании или Британии, поскольку именно отсюда город веками ввозил весомую часть продовольствия. Более того, в то время на Западе вандалы наряду с германцами участвовали в масштабных и чрезвычайно разрушительных пиратских нападениях. Спустя шесть веков Рим снова ощутил угрозу со стороны Карфагена, и на сей раз суждено было победить Карфагену.

И. А. Фр. 201 (6). После того как Максим убил Валентиниана, Рим находился в смятении и хаосе, армия разделилась, некоторые желали, чтобы царскую власть принял Максим, а другие жаждали, чтобы трон захватил Максимиан. Сын Домнина, египетского торговца, нажившего состояние в Италии, он занял положение в свите Аэция. Кроме того, супруга Валентиниана Евдоксия весьма благоволила к Майориану. Однако власть во дворце получил Максим, раздавая деньги и заставив Евдоксию выйти за него замуж под угрозой смерти, считая, что его положение будет более прочным. Так Максим пришел к власти над Римской империей.

Когда Гейзерих, правитель вандалов, узнал о смерти Аэция и Валентиниана, то решил, что настало время напасть на земли Италии, поскольку мир был отменен со смертью тех, кто заключил его, а человек, занявший трон, не имел значительной власти. Говорили также, что супруга Валентиниана Евдоксия, горюя из-за убийства мужа и принуждения к браку, тайно вызвала его. Это весьма вероятно, поскольку Максим также женил своего сына на Евдокии, дочери Евдоксии, а эта девушка уже была помолвлена с сыном Гейзериха Гунерихом. Естественно, что императрица обратилась к Гейзериху, и тот пришел. С большим флотом и целым народом под своим началом он прибыл из Африки в Рим. Когда Максим узнал, что Гейзерих занял позиции в Азесте (месте недалеко от Рима), то пришел в ужас и бежал верхом. Когда царская гвардия и пользующиеся особым доверием граждане из его окружения покинули его, те, кто видел, как он спешит прочь, осыпали его бранью и всячески поносили. Когда он покидал город, кто-то бросил в него камень и, попав в висок, убил его. Толпа разорвала его тело и, насадив его члены на колья, разразилась хвалебным криком. Так он встретил конец жизни после трех месяцев верховной власти. Гейзерих вошел в Рим три дня спустя, 2 июня 455 года.

Разграбление города было гораздо более полным, чем при Аларихе сорока пятью годами ранее, и когда вандалы наконец вернулись на свои корабли, то забрали с собой все общественные и частные сокровища, а также Евдоксию, Евдокию (которая вскоре стала женой Гунериха), ее вторую дочь Плацидию, бывшую замужем за Олибрием, и сына Аэция Гауденция.

Новым императором стал Авит, провозглашенный сначала своими прежними друзьями вестготами и вскоре официально признанный на Востоке. Он никогда не был популярен в Риме, поскольку ему не удалось справиться с вандалами, которые еще больше распространили свою власть в Африке на территории, оставленные Риму по договору 442 года, и снова вторглись на Сицилию.

П. Фр. 24. Когда Гейзерих разграбил Рим и Авит был императором, Маркиан, император римлян Востока, отправил послов к Гейзериху, правителю вандалов, чтобы тот ушел из земель италийцев и вернул женщин царского рода, которых увел в плен: жену Валентиниана и ее дочерей. Послы вернулись на Восток, ничего не добившись, ибо Гейзерих не обратил внимания на послов от Маркиана и не освободил женщин. Маркиан снова отправил ему письма и отправил послом Бледу. Этот человек был епископом арианской ереси, как и Гейзерих, ибо вандалы тоже были христианской веры. Когда Бледа увидел, что тот не обращает внимания на его посольство, он произнес дерзкие слова и сказал, что ему, возвышенному настоящим почетом и славой, не будет выгодно начать войну с императором римлян Востока из-за того, что он не отпустил женщин царского рода. Однако ни разумность прежних доводов посольства, ни страх перед угрозами не заставили Гейзериха принять спокойный совет. Он отослал Бледу, не добившегося успеха, обратно и снова отправил свое войско на Сицилию и ближайшую к ней часть Италии и разграбил все земли. Авит, император западных римлян, также отправил посольство к Гейзериху и напомнил ему о предыдущих соглашениях, говоря, что если тот не выполнит их, то он станет готовиться [к войне] , полагаясь как на собственную армию, так и на помощь союзников. Он также послал Рицимера с войском на Сицилию. В жилах этого человека смешалась вестготская и свевская кровь, Авит назначил его магистром армии, и в следующие шестнадцать лет он являлся самым могущественным человеком на Западе, возводя на трон императоров и свергая их по своему желанию. В 456 году он одержал победу над вандалами в корсиканских водах и изгнал их с Сицилии. Тогда же король вестготов Теодорих II от имени императора напал на свевов и победил их в Испании; с этого времени они не оказывали значительного влияния на события в Западной Европе.

И. А. Фр. 202. Даже победы оказалось недостаточно, чтобы сделать Авита популярным. Когда Авит был императором в Риме, там царил голод из-за господства вандалов на море. Толпа винила Авита и вынуждала его отослать из города римлян союзников, пришедших с ним из Галлии. Он также отослал готов, которых сделал своими телохранителями, раздав им деньги, полученные от общественных работ, бронзовые знаки которых он продал купцам, ибо в царской казне не было золота. Это изъятие украшений из города побудило римлян поднять восстание [105] .

Майориан и Рицимер открыто восстали, ибо больше не опасались готов, и Авит, напуганный внутренними беспорядками и враждебностью вандалов, покинул Рим и отправился в Галлию. Майориан и Рицимер, напав на него по дороге, вынудили его бежать в святую обитель в Плацентии , отказаться от титула и снять царские одежды. Майориан и его спутники не отказались от осады, пока Авит не умер от голода. Он был императором в течение восьми месяцев. Одни говорят, будто его задушили, а другие, что он умер вскоре после того, как его сделали епископом [106] . Так закончились жизнь и правление Авита.

В течение пяти месяцев единственным властителем государства оставался восточный император, пока в апреле 457 года западным правителем не был признан Майориан, а тот, в свою очередь, не признал могущественного Рицимера, сделав его патрикием. Его первой задачей стало восстановление его господства в Галлии, поскольку вестготы разорвали отношения, а бургунды восстали, когда Авит – их кандидат на престол – был свергнут.

П. Фр. 27. Это удалось сделать в 458–459 годах. Когда готы в Галлии снова стали его союзниками, Майориан, император западных римлян, покорил племена, живущие в его владениях, одни с помощью оружия, другие путем дипломатии. Его второй задачей стало спасение Италии от продолжающейся угрозы со стороны вандалов. Часть захватчиков была побеждена в Кампании, однако, чтобы действительно решить эту проблему, Гейзериха нужно было победить в Африке. Майориан даже попытался отправиться в Ливию с большим войском после того, как собрал в Испании свыше трехсот кораблей. Сначала правитель вандалов отправил к нему послов, чтобы решить разногласия путем дипломатии. Когда императора не удалось убедить, он опустошил всю страну мавров, куда Майориан и его армия должны были прибыть из Испании, и испортил все окрестные воды. Возможно, Майориан избрал путь через Испанию, поскольку слышал о переходе мавров на сторону Гейзериха, но в любом случае этот флот, как и в других походах против вандалов, ничего не добился. Гейзерих победил его, когда тот еще находился в порту, и в 460 году от похода отказались.