Яхромский мост: Крах «Тайфуна» - Василий Карасев

Центр Рогачева после освобождения. На переднем плане танк БТ оставленный при отступлении. Кадр из фильма «Разгром немцев под Москвой».

Вскоре Г.И. Хетагурову пришлось докладывать о состоянии обороны непосредственно в Генштаб маршалу Б.И. Шапошникову. Полковник сообщил, что населенный пункт укреплен и приспособлен к круговой обороне. Минные поля с фронта прикрываются плотным артиллерийским и пулеметным огнем. Беспокойство командира группы вызывало северное направление, откуда мог последовать обход. Как показали дальнейшие события, эти опасения не были лишены оснований, но не менее опасным оказался и южный сектор. Выслушав доклад, маршал Шапошников сказал: «Главное – не пустить немцев за канал. Надо продержаться еще немного». Эти переговоры происходили в присутствии все того же Л.З. Мехлиса. Тот был раздражен отсутствием войск на единственной не заминированной дороге Рогачево – Дмитров^[117].

Боевые действия под Рогачевым возобновились ранним утром по инициативе наших войск. Пытаясь вернуть часть утерянных накануне позиций, части группы силами 24-й кд с приданными танками 58-й тд нанесли контрудар с целью отбить у противника д. Петровку. В ходе боя, разгоревшегося в предрассветные часы, выполнить эту задачу не удалось. Кавалерия, атаковавшая в пешем строю, понесла потери в людях. Вновь 24-я кд предъявила претензии 58-й тд, поскольку танкисты, лишившись двух танков из четырех, покинули поле боя. По свидетельству С.В. Леви у оставшихся в строю танков заклинило башни, и они стали бесполезны. До сих пор куски брони наших танков используются местными жителями для хозяйственных нужд, а останки погибших конников были найдены и перезахоронены только в 2010 г.

После отражения нашей контратаки 14-я мтд врага перешла к активным действиям. Двигаясь вдоль шоссе от Покровского, захваченного накануне, противник около полудня столкнулся у Михалева с мотострелками 8-й тбр. Таким образом, было установлено, что Рогачево будет обороняться. Поэтому, следуя указаниям корпуса, немецкая дивизия приступила к обходным маневрам. В случае обхода упорная оборона Рогачева теряла всякий смысл и могла только ухудшить общее положение. Это прекрасно понимало командование на местах, поэтому вскоре командир танкового полка 8-й тбр был вызван на командный пункт бригады, располагавшийся на окраине деревни Михалево.

«… Полковник Хетагуров кратко характеризует обстановку.

– Острие немецкого танкового клина приходится на стык нашей 30-й и 16-й армии генерала Рокоссовского, – говорит он. – Прорыв врага на Рогачевское шоссе у деревни Настасьино, а затем к Дмитрову грозит тяжелыми последствиями. Поэтому надо спешить перебросить танки на левый фланг армии и подготовить как сильные опорные пункты деревни Синьково, Маринино, Волдынское и Подмошье»^[118].

Поле захвата немцами Михалева один их батальон двинулся не вдоль дороги Клин – Рогачево, а сошел с нее, приняв направление в сторону д. Поповское на Рогачевском шоссе, обходя село с юга. На центр оборонительной позиции наших войск у Нечаева и Богданова давили два других немецких батальона. При этом один из них, действовавший на левом фланге, стремился пройти севернее, через Безбородово. Еще более глубокий обход совершал разведывательный батальон немецкой дивизии. Через Чернеево он проник до Трехсвятского, а потом через Жирково вышел к Позднякову, которого достиг к 17.00.

Детали башни такого танка из 58-й тд, погибшего утром 26.11.1941 г. уд. Петровка.

Однако к этому времени полковник Г. И. Хетагуров уже принял решение об отходе, и около 14.00 из боя вышли части, занимавшие передовые позиции. Отвод на восток 8-й тбр, самой боеспособной мобильной силы группы, еще не означает автоматической сдачи Рогачева. В селе оставался батальон Эппельгарда.

«26 ноября в 10 часов противник силой до пехотного полка с танками и артиллерией появился перед передним краем обороны, преследуя отходящие части 30-й армии, и с ходу атаковал левый фланг истребительного отряда и потеснил его. Положение было восстановлено резервом командира батальона. К четырем часам батальон отразил несколько атак гитлеровцев, но в связи с угрозой обхода противником открытых флангов по приказу командира опергруппы начал отход в район Дмитрова»^[119].

Оборонявшиеся на своих позициях на внутреннем кольце обороны подразделения отдельного батальона МЗО оставили их около 16.00. При отступлении части группы разделились. По шоссе на Дмитров отошел батальон МЗО, 8-я тбр и штаб 58-й тд. По дороге, ведущей к Пешношскому монастырю (Прожектор) и далее к переправе у пристани Соревнование на канале, ушли 24-я кд и боевые подразделения 58-й танковой. Следуя за отступающими советскими войсками, противник вошел в Рогачево, а после шести часов вечера занял Василево и Подвязново.

Соотношение сил в районе Рогачево не давало врагу особого преимущества. Части 14-й мтд насчитывали около 10900 человек личного состава, а группа Хетагурова – 8591 человек. По танкам преимущество было даже на нашей стороне. Правда, противник имел значительнее превосходство в артиллерии. Подготовленное к круговой обороне Рогачево можно было удерживать и дольше. Но это означало риск того, что враг беспрепятственно выйдет на подступы к Дмитрову. А это угроза явственно обозначилась, когда 7-я тд уже около полудня вышла на Рогачевское шоссе. Конечно, Г. И. Хетагуров не знал тогда, что у немецкой танковой дивизии была своя задача, и она изначально не планировала отрезать его от Дмитрова. Но даже если бы он был осведомлен о приказе № 65 56-го армейского корпуса, который теперь известен нам, он должен был понимать, что исходя из возникшей на поле боя ситуации, планы могут быть очень быстро скорректированы. Поэтому, стараясь парировать возникшую угрозу, он принял решение отвести войска на восток и, эшелонировав их вдоль шоссе, создать новые рубежи обороны в районах Синькова, Зверькова и Высокова.

Г.И. Хетагуров в своих мемуарах утверждает, что немцы все же отрезали гарнизон Рогачева от остальных сил группы, и тому пришлось прорываться из окружения, для чего был организован встречный удар силами 107-й мсд. В другом источнике сообщается, что решение на прорыв принимал командир батальона МЗО^[120]. Но, судя по документам группы и немецким данным, никакого окружения не состоялось. Могли быть отрезаны только совсем мелкие группы и отдельные отставшие бойцы. Части 14-й мтд врага не успели вовремя выйти на пути отхода наших войск.

Пока шли бои в районе Рогачева с одного из участков фронта 30-й А севернее Сестры в группу Хетагурова перебрасывалась 18-я кд. Когда немецкий разведывательный батальон вышел к Трехсвятскому, он столкнулся с частью сил этой дивизии и воспрепятствовал их переправе. В результате наше соединение оказалось разорванным на две части. Голова колонны дивизии через Александрово и Копытово вышла восточнее Рогачева и присоединилась к отходящим войскам. Отставшие подразделения дивизии, отброшенные от переправы, двинулись к УстьПристани и соединились там с остатками мотострелкового полка УНКВД под командованием полковника Махонькова.