Петербургские окрестности. Быт и нравы начала ХХ века - Сергей Глезеров

…События в лужской жизни происходили разные. К примеру, ознакомимся с хроникой 1910 года. В то лето Лугу посетила китайская военная миссия – проездом на Сергиевский полигон. А великая княгиня Мария Павловна заглянула в Лугу, чтобы устроить смотр местной добровольной пожарной дружине. Она обошла фронт выстроившихся в струнку пожарных и «милостиво разговаривала со многими лицами», после чего «отбыла». Пожарные вздохнули спокойно – все-таки нечасто случаются такие высокие гости.

В июне лужане стали свидетелями грандиозного автопробега Петербург-Киев-Москва-Петербург. В Луге гонщики остановились для завтрака на вокзале, а свои машины, вызвавшие огромный интерес публики, оставили у главного собора. Полиции пришлось принять меры предосторожности, в том числе категорически запретить обывателям кидать в проезжавшие автомобили букеты цветов. Связано это было с тем, что в недавнем рижском пробеге произошел несчастный случай – одному из автомобилистов брошенным букетом цветов повредило глаз…

И снова – из хроники 1910 года. Извозчика Артамонова привлекли к ответственности за слишком быструю езду с семью пассажирами в экипаже. Купец Глебов получил взыскание за то, что при обходе возле его магазина обнаружили неубранную кучу грязного мусора и нечистот. Совершенно вопиющий случай произошел в мясной лавке Сырцова: хозяин нанес побои палкой своему приказчику. Оказавшиеся при том свидетели не дали разгуляться «карающей руке» мясоторговца, и виновного в нанесении побоев привлекли к ответственности.

Базар в Луге. Открытка начала XX века

Но настоящим бичом лужской жизни являлось сквернословие. «В торговые дни женщинам положительно невозможно ходить на рынок, – писала "Лужская газета". – Крестьяне, несмотря на присутствие полиции, отпускают такие отборные слова, что даже у нестыдливых мужчин вянут уши. Сквернословя, крестьяне, видимо, стараются щегольнуть знанием лексикона ругательных нецензурных слов и потому употребляют их при удобном и неудобном случае».

А поскольку сквернословие подпадало под одну из статей тогдашнего кодекса, то полиция принимала все меры, чтобы это зло искоренить. К городскому судье поступало много дел о матерщинниках.

В июне 1910 года в Луге случилось долгожданное событие: открылась спасательная станция Лужского отдела Императорского российского общества спасания на водах.

Необходимость в ней уже давно назрела: к сожалению, что в Петербурге, что в провинции люди очень плохо умели плавать, а потому летняя пора из года в год становилась «сезоном утопленников». Маленькая извилистая речка Луга каждый год уносила от 8 до 12 жертв.

Лодочная пристань в Луге. Открытка начала XX века

«Думается, что не одиноко стоящий у винного завода с предостерегающей надписью столб спасет резвых ребятишек и беспечных людей от несчастья, – писала одна из местных газет, – а лишь правильная постановка дела спасания, какой целью в настоящее время задался Лужский отдел Императорского российского общества спасания на водах во главе с его уполномоченным подполковником 24-й Артиллерийской бригады Александровичем».

План организации спасания утопающих, предложенный Александровичем, заключался в следующем: река Луга в черте города делится на три участка, на каждом из них надо построить обзорную каланчу для спасателей и навесы-загородки для купающихся. В других местах купание следовало запретить. На каждом посту предполагалось иметь лодку и спасательные принадлежности при постоянном дежурстве матроса.

На доброе и необходимое дело живо откликнулась Лужская городская дума и ассигновала для начала 50 рублей на покупку лодок. Правда, это лишь малая часть средств, необходимых для полного оборудования станций и постов. Всего требовалось около 500 рублей. А потому пришлось, по традиции, объявлять сбор пожертвований. Некоторые из горожан сразу же отозвались на призыв и прислали свои сбережения.

Летний театр Ограновича в Луге. Открытка начала XX века

Петербургские дачники придавали тихой провинциальной Луге некое подобие столичного колорита. Вкусы питерской публики пытались удовлетворить театр Ограновича и несколько кинематографов. Театр ставил «вечера веселого жанра», устраивал сеансы весьма популярной тогда французской борьбы с участием столичных знаменитостей. «Публика гудит от удовольствия, – писал газетный репортер. – Воскресный спектакль в театре Ограновича собрал почти полный зал нарядной "праздничной" публики, большая часть которой на этот раз остается и на танцы. Танцуют много и усердно, еще более усердно рассматривают танцующих».

Особенно охотно посещались кинематографы. Летом 1910 года публике представили новые картины: «Бой быков в Севилье», «Дочь каторжника» и «Адмирал находится в плавании». Среди зрителей были замечены исправник, предводитель дворянства, податной инспектор и земский начальник. Заезжий цирк на Базарной площади показывал «экстраординарные представления»: дамский цирковой кордебалет и «Сенсацию – пантомиму: знаменитый американский сыщик Нат Пинкертон».

Афиша лужского театра «Сатурн», начало 1910-х годов

В имениях вокруг Луги также нередко устраивали костюмированные вечера. «Вечер затянулся далеко за полночь и был очень оживлен, – сообщалось об одном из них. – К сожалению, у некоторых это оживление было вызвано слишком сильным поклонением Бахусу, на что следовало бы обратить серьезное внимание устроителям вечеров».

Курьезное событие, имевшее непосредственное отношение к лужской жизни, произошло в те дни в Петербурге. В столичном окружном суде разбиралось любопытное дело хорошо известного в Луге циркового клоуна Алекса Момино, он обвинялся в оскорблении полицейского пристава при исполнении им служебных обязанностей.

«Преступление» клоуна состояло в том, что, когда пристав давал ему сдачу в пять копеек, Момино сказал: «Возьмите себе на чай». Пристав ответил, что он не берет ни лишнего, ни на чай. На что клоун возразил: «Конечно, пятачками Вы не берете, так как привыкли брать рублями». После чего пристав схватил Момино в охапку и потащил в полицейский участок. На суде Момимо не признал себя виновным, заявив, что он уже более тридцати лет работает в цирках и знает, как нужно обращаться с начальством. Несмотря на это, суд посчитал клоуна виновным и приговорил к штрафу в десять рублей…