Памятное. Новые горизонты. Книга 1 - Андрей Громыко

Казалось бы, по окончании Второй мировой войны отношения между Советским Союзом и Соединенными Штатами Америки должны развиваться с учетом того, что обе страны сражались как союзники в войне против гитлеровской Германии. Со стороны СССР неоднократно предпринимались попытки наладить активное сотрудничество в условиях мира. Это стремление находило выражение и при осуществлении личных контактов на самом высоком уровне.

Нелегкой оказалась эта область отношений. Вот характерный пример. Во время президентства Эйзенхауэра состоялся визит Н.С. Хрущева в США. После встреч в Вашингтоне и неподалеку от американской столицы – в Кэмп-Дэвиде советский гость и сопровождающие его лица направились на запад страны. Все соответствовало заранее согласованной программе.

Во время посещения Лос-Анджелеса все мы ощущали сдержанность как официальных лиц США, выехавших вместе с нами из Вашингтона в поездку по стране, так и представителей местных властей. И те и другие стремились помешать общению Хрущева с местным населением, причем это от нас и не пытались скрывать.

Как Хрущев, так и все сопровождавшие его советские гости пробовали дать понять прежде всего главному из американских хозяев, сопровождавшему нас в поездке, – представителю США при ООН Генри Кэботу Лоджу, что эта сдержанность нам непонятна и неприемлема.

Однако ситуация не улучшилась. Тогда Хрущев в узком кругу советских товарищей заявил, что американцев надо поставить на место. Он сказал:

– Если подобные явления будут продолжаться, то я готов прервать поездку по стране.

Быстро вышагивая по комнате американского отеля, он говорил:

– Если американцы не прекратят мешать нам встречаться с народом, то мы завернем домой. Так нужно и сказать Лоджу. Это, конечно, следует сделать министру иностранных дел СССР.

Все мы, в том числе и я, как министр, поддержали эту мысль. Однако я счел возможным заметить:

– Лучше было бы избежать ультимативной формы нашего представления.

Хрущев отозвался:

– Это можно оставить на ваше усмотрение с учетом того, как пойдет разговор с Лоджем.

Такой разговор состоялся. Он был кратким и натянутым. Однако возымел действие. Американцы, принимавшие нас, явно посоветовались с Вашингтоном и изменили свое отношение к высокому советскому гостю.

В Сан-Франциско, куда мы прибыли из Лос-Анджелеса поездом, атмосфера была вполне корректная и приемлемая.

В штате Айова – «кукурузной жемчужине» Америки – одним из объектов посещения стало хозяйство крупного американского фермера Росуэлла Гарста. Хрущев с большим интересом осматривал поля, задавал хозяину много вопросов, стараясь понять, как и на чем тот делает большие деньги на земле, которая не так уж и отличается по плодородию от ряда районов нашей страны. Все мы, сопровождавшие гостя, в том числе председатель Днепропетровского совнархоза Н.А. Тихонов, писатель М.А. Шолохов, министр В.П. Елютин, член-корреспондент Академии наук СССР В.С. Емельянов, профессор А.М. Марков и другие, едва успевали за быстрым хозяином и не менее подвижным его главным гостем, которые были погружены в обсуждение «кукурузной» темы. До границ хозяйства мы так и не дошли, оно простиралось далеко.

Немалой помехой при осмотре фермы стала большая группа американских корреспондентов. Ее «подкрепляли» и наши, советские. Представители средств массовой информации так «освоились с обстановкой», что ходить по полям стало почти невозможно. Творилось в прямом смысле столпотворение. Сотни журналистов заполнили все окружающее пространство. Корреспонденты плотной толпой окружали гостя и хозяина фермы. Фоторепортеры искали точку повыше, чтобы снять хоть какую-то панораму, и потому взбирались у фермы на деревья, на сараи, выглядывали из окон верхнего этажа дома, сидели на его крыше. А те, кто снимал с земли, конечно, толкали друг друга, чтобы оказаться поближе к объекту съемки. Суматоха творилась изрядная.