Шапками закидаем! От Красного блицкрига до Танкового погрома 1941 года - Владимир Бешанов

В сухопутных войсках имелось 303 дивизии, 16 воздушно-десантных и 3 стрелковые бригады. Войска располагали 117 581 орудием и минометом, 24 488 самолетами и 25 784 танками. Отметим, что 7448 танков, 92 492 орудия и миномета, а также 17 745 боевых самолетов было построено за период 1939–1941 годов (это вновь о «старой» и «устаревшей» технике), в том числе 2739 машин типа МиГ-3, Як-1, ЛаГГ-3, Пе-2 и Ил-2. В первой половине 1941 года советская промышленность выпускала 100 % танков и 87 % боевых самолетов новейших типов, завершив переход на выпуск только этих образцов. Ежегодный прирост военной продукции в 1938–1940 гг. составил 39 %, втрое превосходя прирост всей промышленной продукции в стране. С февраля 1941 года предприятия стали переводиться на режим военного времени.

Из всех перечисленных частей в пяти приграничных округах дислоцировались 174 расчетные дивизии.

Войска НКВД состояли из 14 дивизий, 18 бригад и 21 отдельного полка различного назначения, из которых в западных округах находилось 7 дивизий, 2 бригады и 11 оперативных полков внутренних войск, на базе которых в Прибалтийском, Западном и Киевском особых округах перед войной началось формирование 21-й, 22-й и 23-й мотострелковых дивизий НКВД. Кроме того, на западной границе было 8 пограничных округов, 49 погранотрядов и другие части.

Группировка советских войск первого эшелона на Западе насчитывала 3 088 200 человек (2 718 700 – в сухопутных войсках, 153 600 – в войсках НКВД, 219 900 – в ВМФ), 57 041 орудие и миномет, 13 924 танка, 8974 самолета. Кроме того, в авиации флотов и флотилии имелось 1769 самолетов. Данные по оснащению вооружением не включают в себя информацию по войскам НКВД, которые имели на вооружении даже гаубичные артполки.

С мая 1941 года началось сосредоточение войск второго стратегического эшелона из внутренних военных округов и Дальнего Востока. К 22 июня в западные округа уже прибыло 16 дивизий – 10 стрелковых, 4 танковых и 2 механизированные, в которых насчитывалось 201,7 тысячи человек, 2746 орудий и минометов и 1763 танка.

Роль ударных подвижных группировок Красной Армии должны были играть механизированные корпуса. План формирования первых восьми мехкорпусов Наркомат обороны утвердил 9 июня 1940 года. Первым уже к 30 июня на базе Забайкальского военного округа был сформирован 5-й механизированный корпус, остальные созданы к концу лета. Проведенные во второй половине 1940 года учения утвердили военных в мысли, что именно такие соединения должны использоваться для «глубокого потрясения фронта противника». Мехкорпуса должны были решать следующие задачи:

а) уничтожение совместно с авиацией и общевойсковыми соединениями главной группировки противника;

б) уничтожение подходящих оперативных резервов и такое потрясение оперативной глубины противника, когда создание нового фронта становится невозможным.

Советский механизированный корпус состоял из двух танковых и одной механизированной дивизий, мотоциклетного полка, корпусной артиллерии, механизированного инженерного полка, специальных частей и по штату должен был иметь 36 080 человек, 100 полевых орудий, 36 противотанковых и 36 зенитных орудий, 186 минометов, 1031 танк (из них 546 средних и тяжелых) и 268 бронеавтомобилей.

4 октября 1940 года Наркомат обороны доложил Политбюро, что формирование 8 мехкорпусов, 18 танковых и 8 механизированных дивизий в основном завершено. На создание новых корпусов было обращено 12 танковых бригад БТ, 4 бригады Т-35 и Т-28, 3 химические бригады, 2 танковых полка и танковые батальоны стрелковых дивизий. Это привело к сокращению танков непосредственной поддержки пехоты, поэтому в дополнение к имеющимся в войсках 20 танковым бригадам Т-26 было решено создать еще 32 бригады.

К 1 декабря 1940 года в Красной Армии было уже 9 мехкорпусов и 45 танковых бригад. Но и это было только начало серьезной подготовки к наступательной войне. В феврале – марте 1941 года началось формирование еще 20 механизированных корпусов, 8 марта на заседании Политбюро были утверждены их командиры. Итак, шел интенсивный процесс создания 29 соединений, каждое из которых было равно по мощи немецкой танковой группе.

Риторический вопрос: что нужнее в оборонительной войне – танки или противотанковые мины? Как раз мин у Красной Армии не было. На 1941 год заместитель начальника военных сообщений подал заявку в Главное военно-инженерное управление на 120 000 мин замедленного действия для железнодорожных войск. Заявку несколько сократили: ГВИУ смогло выдать военным железнодорожникам лишь 120 (!) мин МЗД. Маршал Г.И. Кулик разъяснил для тех, кто на бронепоезде: «Мины – мощная штука, но это средство для слабых, для тех, кто обороняется, а мы – сильные. Нам не так мины нужны, как средства разминирования».

Механизированные корпуса должны были вводиться в бой из такого положения, «с которого наиболее легко и полно можно нанести уничтожающий удар по главной группировке противника. Такими положениями будут: а) действия конно-механизированных корпусов на флангах; б) действия в тылу противника».

Боевой порядок корпуса предусматривалось строить в три эшелона. Первый эшелон, состоящий из тяжелых танков, предназначался для подавления противотанковой обороны и уничтожения артиллерии противника. Второй эшелон составляли средние танки. Его задача заключалась в том, чтобы, двигаясь за первым эшелоном, подавлять и уничтожать станковые пулеметы и противотанковые орудия в глубине обороны. Третий эшелон, включая легкие машины, должен был вести за собой пехоту и подавлять живую силу и огневые средства пехоты противника.

К середине июня 1941 года в первом эшелоне советских войск на западе было 20 механизированных корпусов. Не все были укомплектованы по полному штату боевыми машинами, тем не менее только в них насчитывалось 10 150 танков. Мехкорпуса, как правило, подчинялись командованию округа (фронта), которое могло передавать их для проведения наступательных операций в распоряжение той или иной армии, что превращало последнюю в предусмотренную военной теорией «ударную армию».

В предвоенные годы советские Вооруженные силы в ходе конфликтов и «освободительных походов» получили определенную практику и опыт боевых действий, на основе которого проходил процесс их организационного совершенствования и технического перевооружения.

Операция «Гроза» должна была начаться 12 июня 1941 года. Но сроки были перенесены из-за знаменитого перелета Гесса в Англию. Опасаясь возможного прекращения англо-германской войны, в Москве сочли необходимым повременить с нападением на Германию. Лишь получив сведения о провале миссии Гесса и убедившись в продолжении военных действий в Средиземноморье, в Кремле был решен вопрос о новом сроке завершения военных приготовлений – 15 июля.

Одновременно с разработкой военных планов началась целенаправленная переориентация советской пропаганды на воспитание населения и войск в духе наступательной войны. 13–14 мая 1940 года состоялось совещание по военной идеологии, на котором перед командирами и политруками выступил начальник Политуправления РККА Л.З. Мехлис: «…нужно воспитывать нашу Красную Армию и весь пролетариат, чтобы все знали, что всякая наша война, где бы она ни происходила, является войной прогрессивной и справедливой».