Петербургские ювелиры XIX – начала XX в. Династии знаменитых мастеров императорской России - Лилия Кузнецова

Наследником основателя семейного дела стал Игнатий Павлович Сазиков (1796–1868). Талантливый юноша ещё в 1812 году вступил золотых и серебряных дел мастером в петербургский Русский цех.^[862] В специально предпринятой поездке в Европу Игнатий Павлович Сазиков смог ознакомиться с особенностями производства изделий из драгоценных и цветных металлов, с последними технологическими новинками, что позволило ему освоить на своём предприятии точное ювелирное литьё и усовершенствовать чеканку при украшении производимой посуды. Но, главное, он быстро оценил возможности увиденного за границей разделения труда и ввёл зарубежное «ноу-хау» среди «посудчиков, шлифовщиков и полировщиков», что резко увеличило производительность труда и объёмы выпускаемых вещей, а также улучшило качество изделий на завершающей стадии их окончательной отделки.^[863]

После смерти отца Игнатий Павлович продолжал дело в Москве.

В 1835 году фабрике Игнатия Павловича Сазикова на выставке отечественных произведений в Первопрестольной за оклад из кованого серебра для престола для одного из московских храмов присудили золотую медаль, а уже через два года владельцу, первому (и тогда единственному) среди русских мастеров, «дозволено было именоваться придворным фабрикантом серебряных изделий», да ещё ставить на продукции предприятия государственный герб. Знатоки восхищались искусством, с каким выполнили царские врата в Чудов монастырь «сорок восемь мещан, крестьян с бородами, в изорванных халатах». И эти простолюдины с предприятия Игнатия Павловича Сазикова со знанием дела чеканили-«долбили твёрдое вещество» благородного металла, умело высекали выпуклости и впадины лиц на изображениях, воплощая в серебре рисунки трёх сыновей хозяина, а те внимательно и неотрывно надзирали за процессом работы, чтобы в результате стараний из рук умельцев выходили отличные произведения.^[864] Уже тогда в декоре изделий фабрики появились фигуры людей и животных.

Фабрика Сазиковых. Блюдо для трюфелей в виде двух сложенных салфеток. 1849 г. ГЭ

Выставка российских мануфактурных изделий в Петербурге в 1839 году принесла Игнатию Павловичу Сазикову золотую медаль с портретом императора для ношения на Владимирской ленте за представленную чайную и кофейную посуду.^[865] Однако следовало расширять производство, и в 1842 году в столице появился филиал московской фабрики И.П. Сазикова в доме Стакельберга (Штакельберга) в Чернышёвом переулке, а магазин фирмы вначале разместился на престижном месте в доме Энгельгардта на Невском проспекте (практически напротив Казанского собора), с 1853 года переехал ближе к Литейному (на Невский, 60), а затем оказался на Большой Морской, в доме № 29,^[866] впоследствии полностью выкупленном у предыдущих владельцев.^[867]

На предприятии исполнялись ковчеги, ризы икон, «створец чёрного дерева с серебряною оправою», кубки, «чеканенные салфетки» и многое другое, причём на работах, «независимо от времени и места их производства, всегда очевиден отпечаток творческой выдумки, оригинальности технического и художественного воплощения. Для Сазикова как художника и предпринимателя особенно важным было поддержание художественного уровня изделий фирмы, соответствовавшего как эстетическим идеалам наиболее широких масс покупателей, так и передовым тенденциям развития современного ему искусства».^[868] Игнатий Павлович первый обратился к скульптуре в серебре: в ранних произведениях 1847–1848 годов чайные приборы дополнялись скульптурно исполненными головками, а с 1850-х впервые стали создаваться скульптуры на темы русской истории, а также на аллегорические и жанровые темы, причём по эскизам Микешина, рисункам архитектора-рисовальщика B. Быковского,^[869] моделям таких скульпторов, как Витали и Клодт, костюмы же и атрибуты древнерусских персонажей выверялись со знатоком российской истории Ф. Солнцевым.

Хозяин семейного предприятия, «поняв, что техника в мастерстве – как бы она ни была совершенна – есть только средство, а не цель, что усовершенствование в техническом отношении перестаёт быть ремеслом только тогда, когда оно сливается с художеством»,^[870] не только заботливо привлекал к работе известных художников и скульпторов, но и, следя за новинками техники, выписал из Франции в 1843 году первую в России гильоширную машину, а через два года открыл при фабрике особое отделение на 80 человек для обучения серебряников и золотых дел мастеров.^[871] Да и сыновья его получили художественное образование.

Особенно талантливым оказался Павел (1815–1856), вначале учившийся в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, потом в Петербурге,^[872] а затем направленный отцом в Париж и сумевший активно «воспользоваться доставленными ему средствами к своему образованию», чтобы обучиться там «рисованию, чеканной и литейной работе».^[873] Павел Игнатьевич Сазиков представил в 1849 году на столичной выставке российских мануфактурных изделий исполненные им по собственному рисунку «голову Христа Спасителя» и «отделанный в серебро с позолотой церковный яшмовый сосуд с принадлежностями к оному», за что ему присудили звание неклассного художника Императорской Академии художеств по скульптуре. Он же активно участвовал в создании большого серебряного канделябра (высотой около двух метров и весом почти 130 кг), украшенного скульптурной группой «Дмитрий Донской на Куликовом поле».

Это произведение принесло славу не только фабрике Сазиковых, но и России. На первой Всемирной выставке 1851 года перед восхищёнными лондонцами и гостями Хрустального дворца предстала коллекция «из девятнадцати предметов, украшенных по мотивам крестьянской жизни, что было совершенно новым явлением для дорогого и элитарного вида искусства. Простые и близкие к действительности, разнообразные по сюжетам изображения – медведь-плясун с поводырём (любимый персонаж народных ярмарок и балаганов); казачка, играющая на бандуре; охтинка-молочница около деревянной бочки с крадущейся кошечкой на ручке и другие, выполненные чеканкой, украшали серебряные кубки, молочники, кувшины, пресс-папье. Но главным произведением фирмы, за которое Игнатий Павлович Сазиков получил золотую медаль, стало большое настольное украшение-канделябр в виде скульптурной группы, посвящённой победе на Куликовом поле. В центре её – Дмитрий Донской, лежащий под елью, в окружении бояр, военачальников, знаменосца и всадника, рассказывающих ему о победе. Канделябр создавался скульпторами И. Витали, П. Клодтом под наблюдением академика Ф. Солнцева для соблюдения исторических подробностей в одежде и вооружении… Скульптурная группа выдержала сравнение с работами лучших ювелиров Европы».^[874]