Искусство шпионажа. Тайная история спецтехники ЦРУ - Генри Шлезингер

В апреле 1967 г. подполковник Борач представил Сибиллу эксперту из государственного департамента Брюсу Раундсу. Сибилла вспоминала манеру Раундса посмеиваться во время беседы – это убеждало ее, что он из ЦРУ^{445}. Раундс предложил для переписки код, который можно использовать, даже если охранники будут диктовать каждое слово в письме. Раундс обучил Сибиллу новому коду, который она использовала 25 мая 1967 г. в письме с фотографией букета роз, который она получила на День матери. Это фото надо было также намочить в воде^{446}.

Прошло 14 месяцев, прежде чем Стокдэйл получил разрешение отправить новое письмо. Он вставил в него фразу, которая представляла особый интерес: «Я часто думаю о Красном и хотел бы вставить сообщение, но это невозможно, передайте, что я сделаю это в следующий раз». Упоминание Красного означало тревогу для разведки и что он не имел возможности послать секретное сообщение. Красным называли вице-адмирала в отставке Уильяма «Рэд» Рэйборна, который до июня 1966 г. был директором ЦРУ.

По мере увеличения потока кодированных сообщений, круг посвященных в этот секретный проект людей не только не увеличивался, но сокращался – непосвященным было трудно объяснить способ получения такой важной информации о пленных, как их фамилии и места заключения.

«За время работы над проектом я получил огромное личное удовлетворение, когда видел благодарность людей, использующих этот канал связи. В течение многих лет было неизвестно, что же произошло с военнопленными. После установления секретной связи многие семьи начали получать информацию о своих сыновьях, отцах и мужьях», – рассказывал Липтон.

После освобождения в 1973 г. из плена Стокдэйла и других американцев началась новая эпопея: появилось множество книг об испытаниях, выпавших на долю заключенных, в том числе и о секретных методах связи, которые они использовали. Уильям Кейси, директор ЦРУ, узнал о намерении Стокдэйла включить в свою автобиографическую книгу и последующий кинофильм с Джеймсом Вудсом подробное описание деталей секретной связи.

Стокдэйл, находившийся на пенсии в звании контр-адмирала и награжденный Почетной медалью, решил написать о секретной связи для военнопленных. Он считал, что, поскольку война закончилась, нет необходимости засекречивать для окружающих специальную связь. «ЦРУ сказало Стокдэйлу: "Вы не можете этого делать". Но Стокдэйл ответил: "Почему, черт возьми, я не могу? Вы что, отдадите меня под трибунал?"» – вспоминал Липтон.

В ходе затянувшихся переговоров Липтону предложили посетить Стокдэйла. Вместе с адвокатом ЦРУ они встретились с отставным адмиралом в его доме, в южной Калифорнии, чтобы попытаться отговорить его от раскрытия тайной связи военнопленных. «Разговор проходил в явно наэлектризованной обстановке. Два часа ушло на то, чтобы убедить адмирала не раскрывать наиболее значимые для ЦРУ детали. После этого адмирал угостил нас обедом в отеле. Возвратившись в Вашингтон, адвокат отправился прямо в кабинет Кейси, который выразил благодарность, поздравил с успешным завершением дела и добавил, что ему самому этого сделать не удалось», – вспоминал Липтон.

За работу по созданию системы тайной связи с военнопленными Ассоциация американских военнопленных сделала Липтона своим почетным членом. На встрече в Ассоциации толпа парней окружила Липтона со словами: «Сегодня меня бы не было в живых, если бы не ЦРУ. Это помогло нам выжить». Липтон подумал: «И для этого я работал ночами, чтобы затем вернуться и продолжить работу днем. Я знал, что мы делаем вещи, которые действительно были необходимы не только в оперативном плане, но лично для этих солдат, их семей».

После вывода американских войск из Вьетнама OTS продолжила участие в секретных военных операциях. Президент Рейган и директор ЦРУ Уильям Кейси считали, что Центральной Америке в начале 1980-х гг. угрожает опасность попасть под влияние коммунистов и просоветских режимов. Левое сандинистское правительство, пришедшее к власти в Никарагуа в июле 1979 г., было похоже на режим Кастро на Кубе. После свержения правящей хунты во главе с Анастасио Самоса новое правительство сразу же установило тесные связи с СССР и начало создавать собственную армию^{447}. Сандинисты, имевшие в 1979 г. всего 5000 партизан, к 1982 г. создали армию в 70 000 солдат^{448}.

Фотографии с американского спутника также показали наличие в Никарагуа около трех десятков военных баз. Сандинистские военные обучались полетам на поставляемых советских самолетах МиГ, управлению советскими танками и артиллерией^{449}.

Появление нового прокоммунистического правительства в Западном полушарии ослабило американскую «политику сдерживания» и открыло новые возможности для дестабилизации проамериканских правительств в соседних странах, в частности в Сальвадоре. Разведка США сообщила о снабжении оружием через Никарагуа партизан Сальвадора. Рейган и Кейси решили, что секретные операции ЦРУ будут частью стратегии противодействия советско-марксистскому влиянию в Латинской Америке.

Под руководством Кейси число тайных операций ЦРУ выросло, затем по окончании войны во Вьетнаме сократилось, но теперь операции вновь стали активизироваться. Кейси решил посетить одну из недавно построенных баз OTS, где проводилось обучение антиповстанческих групп, и провести анализ задач. В качестве принимающей стороны выступали Джеймсон и Парр.

«Кейси с несколькими офицерами специальных направлений OTS просидел до трех утра, они пили пиво и планировали действия ЦРУ в Центральной Америке», – рассказывал Пар. А Джеймсон приготовил план действий, которые могли бы эффективно противодействовать сандинистам в соседних с Никарагуа странах. В этот вечер кипели жаркие споры, участники которых вдохновлялись присутствием Кейси. Он был заинтересован в создании специальных видов вооружений OTS, взрывчатки и в обучении. Под впечатлением выступления Джеймсона директор ЦРУ закончил вечер, пообещав направить средства для расширения деятельности OTS в обучении.

В начале 1984 г. ЦРУ, действующее по секретному разрешению президента Рейгана, начало выборочное минирование нескольких никарагуанских портов. Оперативный директорат поручил OTS разработать, испытать и начать производство специальных мин, которые никак бы не ассоциировались ни с ЦРУ, ни с США. Инженеры OTS использовали секции канализационных труб длиной 76 см и диаметром 25 см, в которые была запрессована взрывчатка С-4. В минах применялись армейские взрыватели Mark-36, срабатывающие на давление, а также взрыватели с магнитным и акустическим подрывом. Техники OTS устанавливали в мины блоки самоуничтожения с таймерами на разное время, в зависимости от оперативной задачи^{450}.