Галактический глюк - Алексей Калугин

Сжатый рассказ Вениамина об увиденном на Мусорном острове поверг слушателей в изумление.

– Вот! – картинно выставил руку вперед Ленин. – Вот к чему может прийти трудящийся человек, получивший свободу от пут стреножившей его буржуазии!

– И эту свободу может даровать ему только просвещенная монархия! – вторил ему Никита Сергеевич.

– Да неужели, батенька? – лукаво щурился Ильич. – На Мусорном острове, да будет вам известно, императора нет!

– А как же Соломон Гнилица? – не сдавался цирюльник.

– Помилуйте, уважаемый! – обеими руками отмахивался от него Владимир Ильич. – Какой же он император?

– Конечно, не император, – тут же соглашался Никита Сергеевич. – Но человек, временно, в силу необходимости, взявший на себя обязанности регента.

– Архичушь и архиглупость! – провозгласил во всеуслышание Ленин. – Архибред в квадрате! – в пылу спора Владимир Ильич вдруг даже начал картавить. – Соломон Гнилица есть типичный представитель рабочего класса, сумевший сплотить вокруг себя массы и вдохновить их на трудовой подвиг!

– А по-моему, Гнилица просто удачливый бизнесмен, – высказал свое мнение Савва Вир-Щипок.

Но на его замечание спорщики не обратили внимания. Их вполне устраивало то, что мир вращается вокруг них двоих. Глядя на эту парочку, Фредриксон недоумевал, почему они не обнимут друг друга за плечи и не крикнут разом: «Вот мы какие! Да!»

Канищефф же, послушав какое-то время спор, что завели меж собой Ленин с Никитой Сергеевичем, вскоре потерял к нему всякий интерес. Подсев к Вениамину, чистильщик произнес негромко:

– Я ведал, шо у деда в башке шо-то заклинило после того, як он в отработанном топливе искупался. Но, оказывается-то, он полный псих. И этот, – взглядом указал чистильщик на Никиту Сергеевича, – ему под стать. Ты глянь-ка, Ральфович, як морда-то у него раскраснелась – яичницу жарить можно. Ну надо же, – изумленно покачал он головой, – орут, точно гроши поделить не могут. Того и гляди, друг дружке в горло вцепятся. Слухай, Ральфович, – тихонько толкнул он локтем Вениамина в бок, – ты не растолкуешь, за шо спор-то у них? Я, ну хоть ты грохни меня, не въезжаю.

– Спроси у Фредриксона, – недовольно поморщился Вениамин.

– А сам шо? Тоже не врубаешься?

– Фредриксон объясняет лучше.

– Ага.

Сделав вид, что поверил, Жан-Мари перебрался поближе к ИскИну. Но Фредриксону сейчас было не до попыток Канищеффа разобраться в коренных противоречиях, разделяющих последователей коммунизма и приверженцев монархической идеи, – он был занят тем, что вводил коды поддельных идентификаторов в базу данных комендатуры космопорта.

Быстро сообразив, что от Фредриксона он тоже ничего не добьется, Канищефф попытался было подкатить со своим интересом к Вир-Щипкам. Но к этому времени супруги уже живо обсуждали с Вениамином иной вопрос – как спасти мир.

– Допустим, найдете вы перстень, – загнул указательный палец на левой руке Савва. – Допустим, это тот самый перстень, что стащил у Великого Магистра Юксаре, – Вир-Щипок загнул средний палец. – Допустим, – безымянный палец оказался прижатым к ладони, – обнаружим мы в перстне мемори-чип, на котором, – загнут мизинец, – записана полная версия Устава Ордена поклонников Хиллоса Оллариушника. – Савва Вир-Щипок показал Вениамину торчащий из кулака большой палец. – Что дальше?

– Отдадим мемори-чип Леопольдо, – не задумываясь, ответствовал Вениамин. – Он знает, что с ним делать.

– Ой ли? – прищурилась как-то очень уж подозрительно Литиция.

– В каком смысле «ой ли»? – удивился ее сомнениям Вениамин.

Литиция и Савва молча обменялись взглядами, после чего Литиция одобрительно склонила голову.

– Пока вас не было, – обратился к Вениамину Савва Вир-Щипок, – мы с Литицией проанализировали ситуацию. И выяснили, что в ней очень много непонятных моментов. Самое главное – мы не знаем, каким образом и для каких целей Сяо Леопольдо собирается использовать подлинный текст Устава Ордена.

Савва развел руками, как будто извинялся за свою некомпетентность.

– Сяо сказал, что хочет нейтрализовать Великого Магистра.

– Это он так сказал, – тут же ввернула Литиция.

Она хотела еще что-то добавить, но Савва жестом велел жене и товарищу по службе умолкнуть.

– Вам ли, Вениамин Ральфович, не знать, что есть множество куда более простых способов устранения нежелательных лидеров, – Савва сделал паузу, предоставляя Обвалову возможность осмыслить сказанное, после чего продолжил: – История, свидетелями и непосредственными участниками которой мы оказались, лично нам с Литицией сильно напоминает фарс, разыгранный на потребу публике.

– И кто же публика? – спросил Вениамин, все еще не понимая, куда клонят Вир-Щипки.

– Народ Веритаса, – Вир-Щипок сделал широкий жест рукой, глядя на который, можно было решить, что весь этот народ в самое ближайшее время должен собраться в кильдиме у деда.

– Мы точно знаем, что Сяо Леопольдо является агентом ФКУ.

Вениамин был уверен, что это заявление никто не сможет оспорить. Ан нет.

– Сяо Леопольдо был агентом ФКУ, – сказала Литиция, сделав акцент на слове «был». – Десять лет назад. Не так давно его восстановили в должности в связи с нештатной ситуацией, сложившейся на Веритасе. Надеюсь, Вениамин, ты в состоянии представить себе, что может произойти с человеком за десять лет.

– Спиться может, – вставил не очень внимательно прислушивавшийся к непонятному для него разговору Жан-Мари Канищефф.

– И такое бывает, – согласилась с чистильщиком Литиция. – Но, если принять во внимание интерес Леопольдо к нетрадиционным религиям и то, что в свое время он был популярным на Веритасе комп-проповедником…

– И Первым Помощником Сяо стал, надо думать, не за красивые глаза, – вклинился в ее речь Савва.

– Добавьте к этому загадочную смерть Первого Помощника, занимавшего эту должность до Леопольдо, – продолжила Литиция.

– Так, – с умным видом кивнул Вениамин.

Он надеялся, что Вир-Щипки продолжат изложение своих соображений насчет религиозных воззрений Сяо Леопольдо, но супруги молчали, ожидая реакции на их доводы самого Обвалова.

– Вы хотите сказать, – медленно, дабы выстроить гладенькую, со всех сторон обтекаемую фразу, начал Вениамин, – что Сяо Леопольдо может иметь какие-то свои интересы, о которых мы не знаем?

– Не только мы, но и руководство ФКУ, – уточнила Литиция, предпочитавшая прямые и точные формулировки.

– Так, – снова повторил Вениамин. – Как я понимаю, это только ваше предположение?

– Естественно, – согласился Савва. – Для того, чтобы подтвердить или опровергнуть его, нам нужно узнать причину, по которой Сяо Леопольдо в свое время ушел в отставку.