Галактический глюк - Алексей Калугин

Каждый истинный оллариушник имеет право на получение награды. Награда вручается лично Великим Магистром – за заслуги перед Орденом, знание теоретических и практических основ Оллариу, а также за привлечение в Орден новых членов.

Устав Ордена поклонников Хиллоса Оллариушника.

Изначальный вариант. Раздел «О получении наград»

Тяжелым взглядом обвел Вениамин всех присутствующих.

– Милостивые государи, я приглашал вас сюда вовсе не для того, и все же мне придется сообщить вам пренеприятнейшее известие: наши планы кардинально меняются.

Первым на странное заявление Обвалова отреагировал Канищефф.

– Э-э! – опершись руками о край стола, чистильщик начал медленно подниматься. Будь он повыше ростом, в его движениях можно было бы почувствовать угрозу. – Мы так не договаривались, Ральфович! Я свой бизнес сробил – гони мой бакшиш!

– Да получишь ты свой табак, – недовольно поморщился Вениамин. – Не о том разговор.

– А, ну тада ладно, – вновь обретший душевное равновесие чистильщик уселся на прежнее место и уже в который раз заглянул в пустой стакан, как будто надеялся, что произойдет чудо и сосуд сам собой наполнится дармовой выпивкой.

– В чем проблема-то, Вениамин Ральфович? – спросил Сид.

– Нам придется задержаться на Веритасе.

Лицо парня обиженно вытянулось.

– Ка-ак?

– Только не думай, что мне самому это нравится! – раздраженно взмахнул рукой Вениамин.

– Ага, – угрюмо кивнул Сид.

– Ты вернешься к деду.

– Я и здесь могу подождать.

– Вряд ли. Одного я тебя на корабле не оставлю.

– Но…

– Хватит! – отрубил Вениамин. – Поговорим об этом завтра. Сейчас отправляйся спать. Фред, отведи его в каюту. А на обратном пути прихвати в кладовке упаковку табака.

ИскИн посмотрел на Сида и, как будто извиняясь за то, что ему приходится делать, пожал плечами. Парень тяжко вздохнул, поднялся на ноги и, понуро опустив голову, поплелся к выходу из отсека.

– Слухай, Ральфович, – обратился к Вениамину Канищефф, когда они остались вдвоем. – А ты взаправду контрабандист? Али только прикидываешься?

– Тебе-то какая разница? – недобро глянул на чистильщика Вениамин.

– Абсолютно никакой! – Жан-Мари взмахнул руками, отгоняя прочь невидимую угрозу. – Просто так спросил, – ища новую тему для разговора, Канищефф посмотрел по сторонам. – А ты, индид, мишек собираешь?

– А чем тебе мишки не нравятся?

– Хай шо ты рыкаешь, Ральфович! – обиделся Жан-Мари. – Ну, разумею, проблемы у тебя. Так шо ж теперь, всем нам удавиться по этому случаю?

Вениамин только языком цыкнул и рукой неопределенно махнул. Канищефф же, по простоте душевной, расценил его жест как робкую попытку извиниться.

– Вот и ладно, – попытался улыбнуться перекошенным ртом чистильщик. – А про мишек я потому спросил, шо у меня есть один. Рыженький такой, мохнатенький, с зелеными глазками, – Жан-Мари снова посмотрел по сторонам. – У тебя такого найн. Он у меня, разумеешь, помят немного и грязненький, – Канищефф взмахнул пальцами – мол, это детали, – а так очень даже симпатичный зверек.

– В детстве, что ли, играл? – спросил без особого интереса Вениамин.

– Найн, – качнул головой Жан-Мари. – Презентовали. Хай только он мне вроде як без надобности. Хошь, тебе отдам.

– Давай, если не жалко, – безразлично дернул плечом Вениамин: не до мишек ему сейчас было.

Появившийся в отсеке Фредриксон кинул на свободное кресло перевязанный бечевкой полотняный пакет.

– Парнишка уложен, табак доставлен.

– Я мозговал, бэг будет побольше, – недовольно скривил губы Жан-Мари.

– А два мешка не хочешь? – спросил Вениамин.

Канищефф с опаской посмотрел на капитана «Пинты», пытаясь угадать, шутит он или говорит серьезно.

– Есть работа, – пояснил свое несколько неожиданное предложение Вениамин.

Сообразив, что в нем заинтересованы, Жан-Мари вольготно откинулся на спинку стула и с видом знающего себе цену дельца, принимающего решение по сделке стоимостью в пару миллионов, почесал скошенный подбородок.

– Ну, это смотря якая будет работа и якой бакшиш.

– Про бакшиш я уже сказал – еще один мешок табака. Работа та же самая – выведешь нас из космопорта.

Для солидности Жан-Мари оттопырил нижнюю губу и взял паузу. Но хватило его всего на минуту.

– Когда?

– Следующей ночью.

– Якши.

Канищефф протянул руку через стол, и Вениамин хлопнул его по ладони.

– Завтра в миднайт буду туточки, – сказал Жан-Мари, поднимаясь со своего места.

Подхватив пакет с табаком, он сначала понюхал его, а затем взвесил на руке. На тему того, что сверток мог бы быть и побольше, Канищефф повторяться не стал. По стокам лазать – для чистильщика дело привычное. Так стоит ли жаловаться на то, что кто-то ему за это еще и доплачивает?

– Проводишь? – спросил он у Вениамина.

– Фредриксон проводит.

– Ну, бывай здоров, Ральфович, – Канищефф закинул пакет с табаком на плечо и шагнул за порог.

– Да, и вот еще что, – окликнул его Вениамин. Жан-Мари обернулся. – Лишнего не болтай.

– Обижаешь, Ральфович, – судя по выражению перекошенного лица, Канищефф и в самом деле обиделся.

– Ну, давай, – махнул рукой Вениамин. – Я на тебя рассчитываю. Фред, у Жана-Мари под левой лопаткой имплантированный идентификатор. Отсканируй его – нам такие тоже потребуются.

Фредриксон приложил ладонь к спине Канищеффа и улыбнулся:

– Примитив.

– Ловко вы все робите, сыберы, – усмехнулся Жан-Мари.

Пока Фредриксон провожал чистильщика, Вениамин еще раз просмотрел запись посвящения в оллариушницы дамы с розовыми волосами. Настроение у него от этого не улучшилось. В ожидании напарника Вениамин взял с тарелки надкушенный сандвич и принялся жевать его – без удовольствия, исключительно в силу необходимости.

Вернувшись, Фредриксон принялся убирать со стола лишнюю посуду.

– Ну, что скажешь? – спросил напарника Вениамин.

– Пока тебя не было, я поработал с записью, – ответил Фредриксон, присаживаясь напротив Вениамина. – Во-первых, запись подлинная, сделанная и воспроизведенная в режиме реального времени. Никаких фокусов с изображением или звуком. Во-вторых, то, как женщина себя держит, ее жесты, реакция зрачков и тембр голоса свидетельствуют о том, что, зачитывая текст, она не испытывала никакого давления со стороны. Она лишь немного волновалась, что вполне естественно в подобной ситуации. Я также полностью исключаю возможность того, что она могла находиться под воздействием гипноза, наркотиков либо психотропных препаратов.