Галактический глюк - Алексей Калугин

Орден поклонников Хиллоса Оллариушника (до зимы 1998/99-го – Секта) был образован первого июня 1998 года от Рождества Христова. Этот день считается праздничным для всех членов Ордена.

Устав Ордена поклонников Хиллоса Оллариушника.

Изначальный вариант. Раздел «Об образовании Ордена»

Если и удивлен был Никита Сергеевич, увидев на пороге двух обрядившихся в черный кожзам неугомонных агентов СГБ в компании с супружеской парой, выглядевшей так, будто ее только что вытащили из постели (да, собственно, почему «будто», если так оно и было!), то виду не подал. Время позднее – негоже гостей за дверью держать. Тем более что и соседи могли обратить внимание на то, что последнее время дверь перукарни слишком часто открывается по ночам. Оставив все вопросы на потом, цирюльник монархического толка сделал жест рукой, приглашая гостей пройти в помещение.

– Никита Сергеевич, – учтиво наклонив голову, отрекомендовался цирюльник.

– Савва Нестор Вир-Щипок, – обреченно вздохнул Савва.

– Премного о вас наслышан, – еще раз наклонил голову Никита Сергеевич. – Счастлив познакомиться лично.

Пожав руку Вир-Щипку, Никита Сергеевич перенес все внимание на жену Саввы.

– Никита Сергеевич.

Цирюльник смотрел на Литицию так, будто на ней был не помятый пеньюар, а роскошное вечернее платье.

Литиция невольно зарделась и, опустив взгляд, смущенно произнесла:

– Литиция-Ана-Мария Вир-Щипок.

– Весьма польщен, – Никита Сергеевич взял Литицию за руку и галантно коснулся губами кончиков пальцев.

Грудь Литиции взволнованно колыхнулась.

– Какого черта? – едва слышно процедил сквозь зубы Вир-Щипок, в глазах которого цирюльник разом превратился из галантного кавалера в коварного обольстителя.

– Молчите, Савва, – так же тихо ответил стоявший у него за спиной Вениамин. – Мы здесь в гостях.

Вир-Щипок посмотрел на Вениамина с неприязнью.

– Я, между прочим, ни к кому в гости не напрашивался.

– Не кокетничайте, уважаемый, – болезненно поморщился Вениамин. – Все мы здесь по вашей милости.

– Ха!

– Вот вам и «ха»!

– Дамы и господа! – продолжая держать Литицию за руку, Никита Сергеевич свободной рукой сделал широкий жест в сторону ее мужа. – Если вы позволите, я хочу предложить вам одежду из своего гардероба. К сожалению, – цирюльник вновь облобызал ладошку Литиции, – дамской одежды у меня нет. Все же, смею надеяться, вы найдете что-нибудь, в чем будете чувствовать себя более комфортно, нежели сейчас.

Манерно изогнув шею и плавно поведя плечиками, Литиция одарила цирюльника наилучезарнейшей из своих улыбок. Так примадонна не улыбалась даже фэнам, тащившим ей охапки цветов после концертов. Хотя цветы она любила.

Вениамин услышал, как Вир-Щипок снова заскрежетал зубами.

– Извините, – сказал Савва, поймав на себе недовольный взгляд Обвалова. – Понимаю, что глупо, но – привычка.

Вениамин презрительно фыркнул.

– Ну и что? – с вызовом вскинул подбородок Вир-Щипок.

– Ничего, – буркнул Вениамин и отвернулся.

Никита Сергеевич меж тем продолжал любезничать с Литицией.

– Уважаемый! – чтобы привлечь к себе внимание цирюльника, Вир-Щипок поднял руку и щелкнул пальцами. – Кто-то, помнится, говорил о гардеробе!

– Да-да, конечно, – кивнул, не глядя на Савву, Никита Сергеевич, и, подхватив Литицию под руку: – Прошу вас, мадам! – повлек ее в дальний конец парикмахерского зала, где находилась дверь, ведущая в жилые помещения.

– А вы что стоите? – спросил у Вир-Щипка Фредриксон.

Савва с тоской посмотрел на ИскИна и беспомощно развел руками.