Стихийный мир: трилогия в одном томе - Евгения Телицына

Ожидание экипажа Скай у ворот особняка ночной стражи выводило меня из себя. И не только меня. Вампиры, первое время удивленно на меня косившиеся, сейчас кидали откровенно недовольные взгляды. Понятия не имею, что они себе надумали. Но правда была такова: второй день я, как послушный страж, дежурю здесь, надеясь поймать небесную и поговорить.

А она там с этим вампиром… Ррр…

– Нужно взять себя в руки! – пробормотал я, усилим воли заставляя исчезнуть пламя, окутавшее мои кулаки.

В последнее время это происходило все чаще. Я терял контроль над своей стихией. И это беспокоило…

Наконец, я услышал стук колес, а после и увидел сам экипаж. Он остановился у крыльца особняка и слуги начали быстро выгружать багаж

Я дождался пока вампиры и небесная выйдут, и только после этого рискнул подойти.

– Скай! – нерешительно окликнул ее.

Она обернулась, и ее глаза тут же заволокло небо.

– Пойдем? – заметивший меня гораздо раньше Сенджен потянул ее за руку на лестницу.

– Скай, позволь мне объяснить.

Ангелы, это так унизительно – на виду у всех выяснять отношения. Но я лучше потеряю гордость, чем любимую женщину.

Моя жена явно колебалась. Бросила на Сэна долгий взгляд. Обернулась ко мне. И что-то решив, быстро подошла.

– Скай, я…

– Не объясняй. Покажи, – потребовала она. – Я хочу увидеть.

– Прямо здесь? – опешил я.

– Нет. – Она оглянулась на друзей и пробормотала: – Здесь нам поговорить не дадут… Идем во дворец.

– Уверена?

– Да. Заодно если встретим твою вампиршу, отведу душу и сожгу ее ко всем чертям.

И она первая двинулась в сторону дворца.

А я, не ожидавший такого, покорно поплелся следом.

Скай впервые оказалась в моих комнатах. Молча, она внимательно изучала небольшую гостиную. Медленно обходя ее по кругу, она осматривала картины и корешки книг, провела кончиками пальчиков по спинке дивана. Равнодушно заглянула в приоткрытую дверь спальни. И только после этого присела на край кресла.

– Скай…

«Показывай».

Мысленное обращение заставило меня вздрогнуть. Мы не общались так очень давно. Слишком давно…

«Хан», – даже имя прозвучало как приказ. И я не мог не подчиниться.

«Смотри».

Мы молчали. Она сосредоточенно размышляла о том, что только что узнала. А я просто не знал, что еще тут можно добавить. Она все увидела моими глазами, услышала моими ушами и почувствовала все мои эмоции.

– Ты можешь себе представить как это больно? Увидеть тебя с кем-то вот так, когда мы едва помирились? – внезапно спросила Скай.

Глупо, конечно, но я тут же вспомнил, как она призналась, что целовалась с Ластом.

Тогда я злился на него. И злился только потому, что он мог украсть то, что должно было быть моим и только моим. Мне не было больно… И, наверное, это ужасно…

– Нет, – выдохнул я.

«Тогда посмотри. Я хочу, чтобы ты понял, как это».

И она открылась мне. Сняла все щиты и барьеры. Показала каждый потаенный уголок…

Я – воин. Обученный боец, способный вытерпеть любую физическую боль. Вот только, как оказалось, физическая боль – ничто, по сравнению с той болью, что люди причиняют друг другу без применения силы.

Я смотрел, ощущал, и мое сердце разрывалось. Ей было так плохо, что я не подберу слов, чтобы передать это.

И это моя вина…

Скай встала и начала мерить шагами комнату.

– Это последний раз, Хан. Последний раз, когда я лью из-за тебя слезы. Я больше не хочу так. И прошу тебя. Сделай все, чтобы мы оба никогда больше не чувствовали такого.

Я поймал ее за плечи и заглянул в прекрасные глаза, затянутые небом.

– Ты больше никогда не будешь плакать из-за меня! – почти прокричал.

Я увидел слишком много. Гораздо больше, чем хотел бы знать.

Ответный укол. Для лучшего усвоения.

И я усвоил этот урок.

– Жаль, но ты не можешь этого утверждать… – прошептала она.

– Могу!

– Нет! – ее глаза потемнели до цвета грозовых облаков.

– Скай!

– Хан!

Мы замерли. Я чувствовал, как бешено бьется мое сердце, разгоняя по венам огонь. И как напротив него бьется еще одно. Так же бешено.

Скай тяжело дышала, стараясь сдержать гнев. Или?..

– Скай, – решился я.

– Что? – прохрипела она и провела язычком по губам.

Я едва не застонал.

– Можешь потом меня убить! – и рванул шнуровку ее корсета.

– Обязательно, – пробормотала она и ее губы нашли мои.

Не прерывая поцелуя, она стащила с меня пиджак. А я, быстро устав от горы крючков и завязок, просто спалил все веревки ее платья. Вещи летели на пол, пока мы кружили по комнате, плавно уходя в сторону спальни.

К нашим ногам упала последняя деталь ее наряда, и я заставил себя отстраниться, чтобы полюбоваться женой. На ее великолепном теле прибавилось шрамов и синяков. И мне захотелось убить каждого, кто причинил ей боль.

Заметив что-то в моих глазах и истолковав это по своему, она попыталась прикрыться. Но я не позволил. Вновь привлек ее к себе и поцеловал.

А потом толкнул нас на кровать.

А дальше… Весь остальной мир отошел на задний план. Для меня сейчас существовала только она. И это казалось таким правильным. Таким идеальным…

Мы любили друг друга. Любили до безумия. И я был рад раствориться в этой любви вместе с ней.

Вечером этого же дня мы вместе пошли на ужин для знати Олова, устроенный Соером.

Наше появление в цветах дома Фэирс, да еще и под руку, произвело фурор. Вампиры, позабыв о манерах, таращились на нас так, словно мы были двумя дэмпами, нагло заглянувшими на бал принцепта.