Стихийный мир: трилогия в одном томе - Евгения Телицына

Блис как-то рассказывала, что зимы на Нестории малоснежные и достаточно теплые. По этой причине у стихийников практически нет достаточного количества теплой верхней одежды. И по этой же причине в этом году зиму, пусть и короткую, переживали очень тяжело.

Холода быстро пришли, заботливо укутав наш мир толстым белым одеялом, и так же быстро ушли, уступив место первому робкому теплу. Ранняя весна медленно согревала землю, даря ощущение праздника.

С каждым днем я нервничала все сильнее, ожидая встречи с Хантером. Мы не виделись больше двух месяцев, а, кажется, что прошла целая вечность.

Но Хан не спешил навещать меня, постоянно находя множество крайне важных дел…

Вернувшись с очередной долгой тренировки с Онэром, я кинула сумку на столик и тяжело опустилась на пол. Тут же подбежал Хас и, обнюхав мои руки, недовольно тявкнул.

– Знаешь, животное, иногда мне кажется, что тебе от меня нужна только еда, – пробормотала я.

Чуткий силь тут же встал на задние лапки и аккуратно лизнул меня в нос.

– Ладно, подлиза, пойдем, покормим тебя.

Хас поддержал эту идею радостными прыжками по всей комнате.

Поделившись с рыжим проглотом остатками ужина, я уселась в любимое кресло у окна и начала рисовать. В последнее время я часто сидела в этом кресле и бездумно водила грифелем по бумаге. Иногда, очнувшись от размышлений, обнаруживала портреты Хантера, Ласта и даже Онэра, а иногда – бессмысленные узоры и штриховки.

Сегодня я так увлеклась, что даже не сразу обратила внимание на странное радостное поскуливание Хаса.

А когда подняла глаза…

Бумага и грифель выпали из моих рук…

Он сидел на подоконнике с нашей корзиной для ужина на коленях и смотрел на меня. А я замерла фигурным столбом и не знала, что делать.

– Хан… Хантер? – с трудом выдавила я, пытаясь сделать вдох резко пересохшим горлом.

Драконорожденный вздрогнул и, заглянув мне в глаза, нахмурился.

– Кажется, мне лучше уйти, – отрешенно пробормотал он, опуская корзину на пол. – Извини, что побеспокоил. Три месяца долгий срок и я должен был понять, что все могло поменяться…

И тут меня прорвало. Всхлипнув, я бросилась к нему на шею.

– Какой же ты орк! Я так тебя ждала! А ты!!! – я кричала, ревела навзрыд и, кажется, била его по груди и спине.

Во мне бушевало столько эмоции! Спустя три (ТРИ) месяца он приходит ко мне вот так спокойно и удивляется тому, что я потерялась в своих ощущениях.

– Скай! Скай, успокойся, любимая, – он прижал меня к себе, не давая пошевелиться. – Прости меня! Ты так на меня посмотрела, что я решил, что ты не хочешь меня видеть. Столько времени прошло…

– …! – емко высказалась я и ту же закашлялась от слез.

– Ангелы, как же я скучал по тебе, – выдохнул он, поймав меня за подбородок, и нежно поцеловал. – Клянусь, мы больше никогда не расстанемся на столь долгий срок, – пробормотал между поцелуями, пытаясь стянуть с меня кофту

– Ага, поговорим в начале следующей зимы, – я попыталась высвободиться.

– К этому времени все изменится!

И, не дожидаясь моих возражений, он подхватил меня на руки и понес в спальню.