Наши фиолетовые братья - Вячеслав Шалыгин

Звук так и не появился, зато над нижней кромкой экрана, подрагивая и притормаживая, поехала строка уставного армейского шрифта:

«На линии майор ОВКС Калашников. База 13… Э-эх!.. Какая теперь база?.. Друзья мои! В недобрый час обращаюсь я к вам. Настает время тяжких испытаний и…»

– А где же мат?.. – растерянно спросила Дарья, оборачиваясь к напарнику.

– Чудно… – произнес Матвей. – Что это случилось с нашим Калашниковым? Шуберт, неужели у тебя установлен авторедактор?

– Зачем он мне? Корпорация на такие излишества не тратится. Начальство говорит все, что ему вздумается, а если я что-нибудь такое скажу… Да вы читайте, читайте! – встрепенулся Борисов. – Этот ваш Калашников… он с вами прощается!

«…бывал груб, несдержан, часто горячился… – продолжала ползти строка. – Но это же не от злобы, а от желания сделать как лучше… Простите, если обидел – вольно ли, невольно… Простите за все, друзья!..»

– Что такое?! – Дарья подскочила к серверу и торопливо набрала:

«В смысле?»

«Так вы еще не знаете? – письменно отозвался Калашников. – Эх, наверное, не стоило вам и говорить. Погибли бы в неведении, это гораздо лучше, чем ожидать смерти с минуты на минуту…»

Дарья, чтобы не терять времени, щелкнула по клавише «повтор команды» и вновь отправила:

«В смысле?»

«На подходе вражеская армада, а мы не в состоянии даже перегруппироваться. Противник выйдет к нам в тыл и расстреляет весь флот, как банки в тире. А потом возьмется за Землю и колонии. Возможно, гражданскому населению повезет меньше, чем нам: нам предстоит погибнуть, им – сносить гнет вечного рабства… Простите еще раз, друзья. И прощайте…»

Фотография Калашникова постепенно растворилась в черноте, и из мрака вновь проступила циклопическая колонна неподвижных кораблей.

– Да что за дела?! – вскричал Шуберт. – «Кореец«! – Он яростно схватил в руки клавиатуру, словно пытался взять кибермозг за грудки.

– Извините, мастер Борисов, – откликнулся тот.

– Ты прям как наш Калашников… – процедил Матвей.

– Извините, что не оповестил вас сразу, – продолжал «Кореец», – но в словах этого майора есть рациональное зерно. Ожидание смерти хуже самой смерти. Смерть – это лишь миг, отделяющий живое от неживого. Ждать ее и думать о ней – значит растягивать это мгновение на многие часы. Я не солгал, мастер, машина на ложь не способна. Я всего лишь скрыл часть правды, не доложил вам о показаниях гиперсканов. Согласно моим данным, к Земле действительно направляются значительные силы противника – того самого, с которым мы столкнулись в открытой вами системе.

– Вот уж не думал, что ты способен на такое, – буркнул Шуберт.

– Я совершил должностное преступление, но…

– Даже не предполагал, что ты можешь сочувствовать людям, – добавил Борисов. – Если мы все-таки выживем, то впредь я обещаю…

– О, не утруждайтесь, мастер, – горько произнес «Кореец». – Вы не выживете. Единственное, чем я могу вас порадовать… ну, скрасить последние минуты…

– Опять танцы? – скривилась Дарья.

– Нет-нет. Каждый военный корабль имеет режим самоликвидации. Вы могли этого не знать, мастер Борисов…

– Откуда, интересно? – спросил Шуберт. – Погоди, но ведь ты исследовательское судно!

– Корпорация оснащает этой программой все свои борта, – признался «Кореец», – и я не исключение. Прежде чем инициировать перегрев реактора, по инструкции я обязан наполнить рубку газом «Би-Зет восемнадцать плюс».

– Психотропный?.. – изумился Борисов. – Но где ты его возьмешь?

– Микроконтейнер встроен в антиперегрузочное кресло.

– То есть все годы службы в корпоративной разведке я сидел на своей смерти?!

– Весьма приятной смерти, мастер, – уточнил кибермозг. – Смесь нейростимуляторов и галлюциногенов погружает человека в состояние глубокой эйфории…

– Такой глубокой, что уже и не выбраться… – проронил Матвей.

– Это и не нужно. В момент взрыва реактора пилот уже должен находиться без сознания. Согласитесь, трудно представить себе более гуманный способ умерщвления разумного существа… Ну так что, мастер, я включаю? – осведомился «Кореец». – Надеюсь, вы не против?

– Как это?.. – растерялся Борисов. – Что значит «не против»?.. Ты с ума сошел?! Против! Еще как против, понял?! Я против! Отставить!

– А может, он уже того?.. – сказала Дарья. – Может, он газа подпустил уже?.. И вся эта кутерьма нам только мерещится? А на самом деле мы спокойненько подлетаем к Земле, и… Хотя нет, не мерещится…

– К сожалению, – кивнул Шуберт. – Если бы это были наши галлюцинации, они бы оказались… э-э… как-то поинтересней… повеселее…

– Да, для галлюцинаций все это слишком грустно, – заключил Матвей.

– Осмелюсь напомнить… – подал голос «Кореец», – времени до появления противника остается все меньше и меньше. Офицер, связавшийся с пассажирами, вероятно, заблуждался. Он предполагал, что военные корабли будут уничтожены, тогда как конвой ОВКС закрыт силовым щитом. Позволю себе просчитать два сценария. Первый: пришельцы способны преодолеть защиту. Они не станут уничтожать весь флот, а предпочтут вывести из строя лишь основные тяжелые единицы. Все прочие корабли они возьмут в качестве трофеев. Экипажи ожидает такое же рабство, как и гражданское население. Либо тотальное истребление. Второй вариант: поле, удерживающее нас на месте, абсолютно непроницаемо. В этом случае пришельцы захватят интересующие их планеты, а флот будет находиться в открытом космосе до тех пор, пока не исчерпает моторесурс. Теоретически он никуда не сдвинется и после этого, однако живых людей на бортах уже не будет. Как видите, оба прогноза довольно пессимистичны, а третий путь вряд ли существует… Я все же предлагаю вам быстрый и абсолютно безболезненный…

– «Кореец»! – одернул его Шуберт.

– Он становится навязчивым, – проговорила Дарья.

– Дело ваше, – с обидой отозвался кибермозг. – Что ж, тогда получайте. Они уже прибыли…

– Кто? – по инерции спросила Дарья, но, взглянув на большой монитор, закусила губу.

Вопрос был лишним. На экране из мерцающего в черноте кольца гипервыхода один за другим возникали корабли чужаков. Разлапистые и хищные, они и впрямь смахивали на огромных, в километры длиной, насекомых. Мертвенно-синюшные тела корпусов царапали пространство длинными, торчащими под разными углами усиками антенн, излучателей и черт знает еще чего.

Жуки выныривали из гиперперехода и выстраивались в боевые порядки. Перед застывшей колонной земных кораблей уже выросли три широких клина, а чужаки все еще продолжали поступать. Гиперпространственный портал был позиционирован на удивление точно: дистанция до сил ОВКС не превышала семи мегаметров, так что чужаки, проникая в Солнечную систему, сразу же оказывались практически на расстоянии выстрела. Нападать они, однако, не торопились – либо ждали общего сигнала к атаке, либо по каким-то признакам уже определили, что земной флот беспомощен.