Моя темная «половина» - Кристина Зимняя

– А Эван где?

– В борделе, – не поднимая головы от чертежа, сообщил Тиаро.

Гай Светлоликий одобрительно кивнул, решив, что его не в меру благородный отпрыск наконец решил развлечься по-мужски, и продолжил допрос:

– Наместник?

– Во дворце наверху.

– Гелла?

– Там! – Риссэ невежливо ткнула пальцем в сторону двери в следующий зал и недовольно попросила: – Мы были паиньками, папочка, не отвлекай, а?!

– Точно-точно, – поддакнул ее зеленоглазый братец, – мы исключительно в рамках дозволенного развлекались.

– И когда это я вам дозволял Неронг в Тайлаари перетаскивать? – выразительно приподнял брови Сэн.

– Так и не запрещал же! – очаровательно улыбаясь, ответили дети.

Мужчина только хмыкнул, умиляясь их хитрости и наглости. Он еще раз проехался взглядом по обстановке, по занятым делом древним. Дети как дети с виду, сидят на полу и, словно солнышко мелками на асфальте, кропотливо выводят на полу сложнейшую схему магического ритуала. М-да… вундеркинды с тысячелетним опытом. А глядя на невинные мордашки, и не скажешь. Гай кивнул собственным мыслям и направился к указанной двери. Лишь на пороге помедлил и, повернув голову, задал последний вопрос:

– Так зачем все-таки Неронг вернули?

– Пейзаж надоел! – буркнула Риссэ. – Захотелось сменить обстановку.

– Ну-ну, – улыбнулся Светлоликий и распахнул дверь в соседнюю лабораторию. Правда, сначала пропустил туда облачко черного тумана с длинным кошачьим хвостом.

В нижнем городе Неронга у Сэн была своя тихая и спокойная мастерская, расположенная в другом крыле, и ее трогать чересчур предприимчивым мелким он благоразумно запретил. Но эти прохвосты не расстроились, они приспособили для своих экспериментов старые лаборатории, которые бездействовали тысячелетиями. Сейчас же здесь кипела жизнь и бурлила магия. И Ашенсэн это, как ни странно, нравилось.

В клубах синего дыма, заполнявшего всю комнату, мелькали многочисленные мелкие предметы. То здесь, то там воздух искрил крохотными зигзагами молний. Пахло чем-то невообразимым, напоминающим то какие-то цветы, то специи, то тухлую рыбу. Мужчина прикрыл за собой дверь и с интересом огляделся.

Рядом со входом просматривались, хоть и с трудом, стеллажи с ингредиентами, чуть дальше проглядывал бурлящий котел на трех ножках. Над ним время от времени появлялась странного вида ладонь, вытряхивала в варево содержимое колбы и исчезала в дыму, который стремительно окрашивался в розовый. Маг махнул рукой, при помощи чар очищая воздух. Дым синими и розовыми облачками покорно разлетелся по углам, открывая вид на всю лабораторию. А там…

Сэн замер, неотрывно глядя на странное нечто, стоящее между двумя узкими столами. Оно молниеносно поворачивалось то к одной столешнице, то к другой, даже не думая отвлекаться от работы. Голову существа украшали длинные тонкие жгуты платинового цвета. Они извивались, как щупальца, ловко управляясь с многочисленными флаконами, зажимами и скальпелями, рассекая и обрабатывая плоть сразу двух трупов, лежащих на столах. Какое-то время гай Светлоликий завороженно наблюдал за отточенными действиями этого не знающего аналогов создания. Через пару минут не слишком уверенно произнес:

– Гелла?

Существо повернулось на голос, подвижные жгуты опустились, став похожими на волосы вандов. Это действительно была Ангелина Смертова. Сэн без труда узнал сосредоточенное лицо женщины с Земли, когда она сняла большие рыжие очки, напоминавшие маску для плавания, используемую в ее мире. Вот только лицо это тоже претерпело некоторые изменения.

Скулы и подбородок заострились, глаза вытянулись к вискам и приобрели третье веко. Мужчина скользнул заинтересованным взглядом ниже. С виду тело под белым струящимся платьем казалось таким же, как и прежде, разве что чуть более тонким и гибким. В руках – обычных человеческих – Ангелина держала раскрытую на середине книгу и в этот момент, как показалось гаю, по-настоящему соответствовала данному ей в больнице прозвищу. Вот только он бы назвал ее королевой лаборатории, а не только морга.

– Явился? – несколько недружелюбно вопросила Гелла. Голос ее почти не изменился, может, чуть более мягким и тягучим стал. – Посмотри, что твои чудовища из меня сделали! – Все щупальца разом взвились в воздух и зашевелились клубком потревоженных змей. Картина получилась впечатляющая.

– Смотрю. Только вот пока не пойму, на что именно, – Сэн подошел ближе и, застыв по другую сторону стола, задумчиво склонил голову к плечу, – это мутация или симбиоз?

– Это конец света! – мрачно ответила королева лаборатории, запустив одним из скальпелей куда-то мимо мага. Мужчина даже не вздрогнул, когда тонкое лезвие, просвистев в воздухе, пришпилило к полу какой-то сгусток, выползший из котла. – Я теперь домой вернуться не смогу. Меня же саму в предмет лабораторных исследований превратят, на части покромсают и заспиртуют на фиг! А я не хочу быть подопытным кроликом, – сорвалась она на шипение, – не хочу, чтобы меня исследовали! – Щупальца ее безвольно обвисли, вновь став похожими на обычные, только очень длинные и толстые светлые волосы.

Ашенсэн же невольно отвел взгляд, осознав, что именно об этом и думает. Исследовать! Провести тесты, взять образцы, проверить магический потенциал и репродуктивную функцию нового вида, первым представителем которого и является теперь Ангелина. Смущение для Светлоликого было в новинку. Поспешно убрав обратно в карман плаща наполовину вытащенный блокнот, он располагающе улыбнулся собеседнице.

– Не переживай, Гелла, я продлю наш договор и предоставлю тебе место для работы и жизни в своем городе. Даже обеспечу всеми необходимыми материалами…

– Меня и так обеспечивают, – она аккуратно положила книгу на кресло подальше от рабочих столов, – детки твои великовозрастные. Заманили, опоили, зачаровали, усыпили… а теперь вот… обеспечивают!

Сэн только руками развел, мол, такие вот… детки. Что ж теперь поделаешь? Ангелина нахмурилась, глядя на него, и он решил пустить в ход пушистый аргумент. Клочок черного тумана, сновавший по углам комнаты, подплыл поближе к женщине и трансформировался в кота. Таас сделал шажок, второй и осторожно тронул лапой одну из ее прядей, та дернулась и взвилась в воздух, ухватив посланника за шкирку.

– Этот еще откуда? – возмутилась Гелла. – У меня же аллергия!

Кот, беспомощно болтавшийся в воздухе, поджал лапки, ушки и хвост и профессионально состроил самую жалобную мордашку, какую доводилось видеть бывшему патологоанатому. Ноздри лаборанта заметно раздулись и сразу вернулись к прежнему состоянию.

– Странно, совсем чихать не хочется, – задумчиво пробормотала она и воодушевленно добавила: – Ну хоть какой-то плюс от этих метаморфоз! – Перекинув животное из выносливого на удивление жгута в собственные руки, стиснула кота с такой силой, что, будь он обычным, наверняка завопил бы и начал вырываться. Но Таас обычным не был, потому без проблем стерпел крепкие объятия и даже ласково замурлыкал. – Всегда хотела кота завести, – призналась Ангелина.