Моя темная «половина» - Кристина Зимняя

– Да ну, – отмахнулась спутница, – разве ж это событие! Ладно, пошли оружие посмотрим. Рано тебе еще кольца вдевать, а всякие там ожерелья и прочие побрякушки пусть Кир-Кули сам покупает. Вот лет через тридцать…

Она еще что-то говорила, таща меня за собой вдоль торговых рядов, но я опять не слушала, чувствуя себя мишенью чьего-то пристального взгляда. Тяжелого, липкого… опасного.

– Лей-Кули! – Дернув ее за рукав, тихо проговорила: – За нами следят.

– Не может быть, я б заметила, – нахмурилась она, остановившись.

– Значит, хорошо следят.

– Может, дядя кого-то нанял? Или мама…

– Или… – Я не успела договорить, так как меня сильно толкнули. Что само по себе уже оказалось странно.

И дело даже не в стоящей рядом голубоглазой аше-аре, на поясе которой висели ножны с длинным кинжалом, а в потайных карманах пряталась куча колюще-режущих предметов. Меня просто не могли толкнуть, ведь под заклинанием отвода глаз видеть меня могла только Лей, которая это заклинание и наложила.

Глаза Лей-Кули чуть засветились – девчонка применяла магию, вероятно, чтобы восстановить слетевшие с меня чары. И как назло, именно в этот момент до нас решили докопаться два молодых аше-ара. Совсем юнцы, судя по отсутствию колец в левых ушах, зато гонору обоим было не занимать. Они что-то требовали у Лей, бросаясь обвинениями в трусости, – то ли поединок, то ли долг, то ли вещь какую-то.

Меня же вовсю окучивала хозяйка очередного лотка с бижутерией, демонстрируя свой товар. Я слушала ее вполуха, нервно вертя головой, дабы не потерять из виду белолицую спутницу, которую настойчиво теснили к выходу остроухие нахалы. А следом за их троицей, как безмолвное животное, плелся нагруженный нашими покупками носильщик. Лей, похоже, влипла в какие-то разборки, связанные с ее прошлым. Стало страшно… за аше-ару. Она, конечно, крута, но парней ведь двое, и оба из ее расы… Справится ли?

– Справится, – словно прочитав мои мысли, ответил… Кир-Кули.

Я вздрогнула, обернувшись. Аше-ар бросил на прилавок несколько монет, задобрив надоедливую торговку, взял пару украшений, которые я вертела в руках, и, подхватив меня за локоть, потянул прочь с рынка. Причем в сторону, противоположную той, куда пытались увести Лей-Кули. Лицо жениха было непроницаемым, взгляд – недовольным, а пальцы, сжимавшие мое предплечье, – холодными. Значит, выследил все-таки, нашел. Теперь понятно, кто за нами наблюдал.

– Кир, пожалуйста! – заартачилась я, пытаясь вырваться из его ледяной хватки. И хотя ощущала себя виноватой за поход на рынок, все равно попросила: – Помоги Лей, с двумя ей не справиться.

– Разве? – По белым губам мужчины зазмеилась странная улыбка.

Резко обернувшись, я изумленно выдохнула. Племянница моего жениха стояла над распластавшимся по земле обидчиком и что-то зло говорила заметно потрепанному второму. Когда только успела навалять им? С взъерошенными волосами и горящими лазурью глазами белокожая девчонка вполне могла сойти за богиню возмездия. Мальчишкам явно не повезло, и они это, похоже, поняли. Как поняла и Лей-Кули, что дядя поймал ее с поличным на нарушении его приказа. И чем чаще аше-ара бросала взгляды на нас с Киром, тем злей она становилась. М-да, вероятно, два остроухих наглеца сегодня еще от нее получат – должен же кто-то стать козлом отпущения.

– Идем! – Не желая больше задерживаться, Кир-Кули снова потащил меня за собой. Настойчиво, если не сказать грубо. Но обижаться я не спешила. Он ведь предупреждал, а мы… а я… А-а-а, к черту! Виновата, значит, отвечу.

– Кир! Мы не хотели уходить, не предупредив, просто…

– Потом, айка, – оборвал мои оправдания блондин. Заметив мой изумленный взгляд, он, поморщившись, пояснил: – Обстоятельства изменились, мы с тобой покидаем этот мир. Срочно.

– Но…

– Позже объясню, когда будем в безопасности, – зашипел аше-ар, без конца оглядываясь, точно ждал погони. – Вынь из уха кель, по нему нас могут отследить, – добавил он между прочим, а у меня будто сердце оборвалось. Так тяжело вдруг стало и грустно. – Ну же, невес-с-ста, – продолжал шипеть жених, – поторопись.

На ходу расстегнуть миниатюрный замочек оказалось сложно, о чем я и сообщила своему спутнику. Тот понимающе кивнул, но шаг не замедлил. Не сбавляя темпа, мы обогнули угол длинного здания, прошли по диагонали через сквер и направились в красиво декорированный двор большого дома, из которого доносились звуки музыки и девичий смех.

Лишь узрев вывеску над парадным входом, я догадалась, что это бордель. А вместе с пониманием пришло и уже привычное ощущение дежавю. С чего бы? Пока обдумывала ответ, аше-ар, что-то тихо сказав охраннику, галантно распахнул передо мной двери в обитель разврата. Неудивительно, что я так и осталась стоять на месте, хлопая глазами и не веря в происходящее.

– Айка, быстро пошли! – недовольно процедил блондин, сверля меня глазами. – Тебе надо переодеться перед дорогой и замаскироваться как следует. Без магии, – пояснил он, протягивая раскрытую ладонь. Жест был приглашающим, и я, поколебавшись еще немного, подчинилась. Резко дернув на себя, Кир-Кули заставил меня переступить порог сомнительного заведения.

– От кого мы прячемся? – спросила шепотом, но в ответ получила уже знакомое «Потом». – А в кого ты меня переодевать собрался?

– В кого-нибудь менее приметного, – проговорил он, даже не взглянув в мою сторону.

Встреченные на пути шлюхи соблазнительно улыбались и подмигивали, некоторые даже предлагали составить нам компанию, но Кир продолжал уверенно идти по узкому коридору, будто знал здесь все как свои пять пальцев, а потом свернул на лестницу и… потянул меня вниз.

– Куда мы? В подвал? – Отчего-то стало не по себе, словно впереди меня ждали не гримерка с примерочной, а пыточная.

– Ш-ш-ш, айка, – спутник не скрывал раздражения, – своими вопросами ты привлекаешь лишнее внимание.

Я обиженно поджала губы и замолчала. Зачем он так со мной?

Комната, куда меня втолкнул жених, была темной и мрачной, но на пыточную все же не тянула, скорее, напоминала какой-то склад с развешенными на стенах портьерами. Причину их наличия я поняла, когда за одной из штор обнаружилась потайная дверь. Кир-Кули принялся разбираться со сложным кодовым замком, а я решила, что полумрак – то, что нужно для сцены примирения, и, привстав на носочки, поцеловала его в губы. Мимолетно, но все же.

Аше-ар замер и покосился на меня. Глаза его не светились, но мое острое зрение позволяло разобрать их выражение в темноте. Удивление, недоверие, злость и азарт… странная какая-то смесь. Я, признаться, ожидала другого. Подавить разочарованный вздох не удалось. Осознав свой промах, блондин оставил в покое дверь и, притянув меня к себе, поцеловал уже сам. Долго, смачно, с активным участием языка… будто я не невеста, потерявшая память, а работница борделя.

Как-то не так мне представлялся наш первый поцелуй. Но то мне, а ему, судя по реакции, все очень даже нравилось. Мужские руки скользили по моей спине, сминая ткань туники, а губы совсем не нежно мяли мои. И это было неприятно настолько, что меня затошнило. Может, поэтому мы с ним и расстались в той прошлой жизни, до амнезии? В следующую секунду я чуть не потеряла сознание от пронзительной боли, прострелившей левое ухо. И, невольно взвыв, укусила жениха за язык.