Жестокая Фортуна - Юрий Иванович

На улице уже стемнело, когда мечущийся по делам Виктор сообразил, что так и не увиделся толком с Розой и не побыл с ней наедине. Потому и двинулся в семейную столовую короля, надеясь там застать свою любимую девушку.

– Увы, ваша Святость, – доложил главный лакей. – Её высочество слишком устала и по прибытии из столицы отправилась к себе. Мы ей отправили ужин прямо в покои вместе с блюдами и напитками.

«Ну, так даже лучше! – обрадовался мужчина. – И явно догадывалась о моём приходе, раз потребовала ужин к себе. Наверняка нам никто не помешает спокойно поговорить…»

Так как день выдался более чем насыщенный, то он ещё и сам толком ничего не ел. Но как ни спешил, преодолевал короткое расстояние раз в пять дольше обычного. Весь дворец гудел, как растревоженный улей, все службы и канцелярии продолжали работать с максимальной отдачей, поэтому первый Советник был нужен буквально всем. Его чуть ли не за руки в коридорах хватали, умоляя утвердить, просмотреть, подсказать или решить окончательно.

Так что, оказавшись у нужной двери, Палцени вздохнул с облегчением: «Ну всё, отмучился! Прикажу гвардейцам никого не пускать, кроме короля, естественно. Оп-па! А где же они?..»

По правилам караульной службы, даже в отсутствие принцессы возле её двери стояла стража, когда она об этом предупреждала. А уж когда она сама находилась в личных апартаментах, наличие двух караульных снаружи было обязательным.

Конечно, срочные дела могли заставить Розу куда-то помчаться и захватить гвардейцев из караула как сопровождающих. Могло и такое быть, что, находясь у себя не одна, она отправила воинов со срочными заданиями. Но в любом случае заглянуть в апартаменты стоило.

Что Менгарец и сделал. Вошёл в гостиную, по-хозяйски огляделся и крикнул в сторону приоткрытой двери в спальню:

– Роза?! Ты здесь?!

В ответ ни звука, и он уже решил отправиться на поиски любимой, как заметил нечто неправильное. Полураскрытая дверь давала возможность рассмотреть в спальне только краешек балдахина над кроватью, кресло, комод, участок штор и ковёр с рассыпанным по нему виноградом…

«Почему он рассыпан?!» – Хотя три небольшие грозди не слишком-то вызывали большую дисгармонию в интерьере, а вот сердце сразу зашлось в тревожном стуке.

Несколько прыжков и беглый осмотр спальни. Вроде всё в порядке, но ваза так и стоит на месте, а фрукты рассыпаны. Некогда было убрать? А что за спешка?

Более пристальный взгляд зацепился за неуместные тёмные пятна на ковре. Причём пятна даже виднелись под кроватью. Поэтому Виктор рухнул на пол, принимая упор лёжа и заглядывая под огромное ложе принцессы. И в следующий момент уже орал во всю мощь своих лёгких:

– Стража!!! Ко мне!

Его взгляду открылись два мёртвых тела гвардейцев.

За пять минут весь дворец был поднят на ноги по боевой тревоге. Ещё через пять боевая тревога была объявлена по всей столице и всему королевству. Первое расследование показало, что Роза Великолепная похищена. Затем выяснилось, что злоумышленники прятались у неё под кроватью, и даже стало ясно, кто именно: Маанита и два её подельника, предавшие своего короля. Были там найдены мелкие вещи и платок, которые были тут же опознаны как вещи и платок всюду разыскиваемой суженой Грома Восьмого да двух предателей, барона с графом. То есть получалось, что один беглец сумел вырваться из дворца и отвлекал погоню на себя. Не пожалел даже собственной жизни для этого. Тогда как остальные догадались спрятаться в самом невероятном месте, где их и не подумали бы искать: в личных апартаментах наследной принцессы.

И трое злоумышленников не только выждали нужное время, после которого поиски во дворце прекратились, а решили дождаться позднего вечера, когда поднялась настоящая суматоха во дворце. Ведь все только и делали, что передвигались бегом, выполняя приказы и распоряжения вернувшегося к исполнению своих обязанностей первого Советника. То есть они могли легко и под шумок ускользнуть поздним вечером.

Но дальнейшие коварство и наглость Мааниты превзошли все мыслимые пределы. Она не просто дождалась принцессу, которую ненавидела всеми фибрами своей души, а воспользовавшись усталостью той да и беззащитностью перед двумя сильными мужчинами, захватила её в плен. Затем наверняка обманом позвали внутрь гвардейцев, убили их и спрятали под кровать.

Ну и чуть позже, когда стали поступать первые сведения о ведущемся расследовании, стало понятно, как троица предателей вырвалась из дворца, да ещё и вынесла с собой пленницу. Мужчины, переодевшиеся в форму слуг, просто несли ковёр на плечах, а покрикивающая и на них и по сторонам женщина в одежде кастелянши, выглядела неприятной, сгорбленной и обозлённой:

– Пшли вон! Распоряжение его Святости о замене ковров! – орала она скрипучим голосом на каждого, кто только пытался заступить троице дорогу. То есть самая преданная императору Гранлео наложница оказалась ещё и невероятно талантливой актрисой, способной отвести глаза и ввести в заблуждение чуть ли не любого встреченного на пути человека.

Так и промчались фальшивые слуги быстрым шагом по всем коридорам, пробрались к наружной стене и выбрались в город через калитку для прислуги. Дежурящим там стражникам наружного оцепления была показана бляха высшего допуска, и они сплоховали, не заподозрив переодетых врагов ни в чём. Да и не знали те воины, что следует проверять всех поголовно, ведь сам поиск во дворце был прекращён за два часа до того.

Потом злоумышленники уселись со своим грузом в стоящую за калиткой крытую карету и умчались в неизвестном направлении. Но кто-то сумел опознать кучера: тот принадлежал к свите графа-предателя.

Карету отыскали через час. Она находилась на вполне пригодном для постоя месте, у лошадей на головах были торбы с овсом. Но никого в карете, как и вокруг неё, не оказалось. Только надпись на внутренней обивке, сделанная губной помадой, гласила: «Станете нас догонять, мы её убьём!»

Более чем страшная и зловещая угроза!