Жестокая Фортуна - Юрий Иванович

Они поднялись на третий этаж и двинулись по парадному коридору в сторону покоев Грома Восьмого, когда навстречу выскочил раскрасневшийся адмирал в парадной морской форме. Вскидывая руки вверх, он воскликнул:

– Наконец-то! Теперь мои глаза тебя узрели, и я убедился в донесшихся до меня сведениях! Живой? Здоровый?!

– Как видишь!

Стэр Ньюциген обнялся со старым другом и боевым соратником, приговаривая:

– Знал, верил, что ты выживешь. Но как?

– Об этом позже расскажу, – остановил его вопросы Виктор. – Ты лучше сам отчитайся: где был во время моего прилёта и почему до сих пор не в пути к оконечности пролива Стрела? Дамбу-то в любом случае взрывать надо!

– А для чего же я здесь?! – В ярости адмирал даже смешно подпрыгнул на месте. – За порохом прибыл! Если ты не догадался!.. Но! Мне его не давали! К королю не подпускали! Под домашний арест посадили! И пытались навесить обвинение в потере двух боевых кораблей королевства Чагар. Со всеми вытекающими из этого обвинения последствиями. Моряков наших до сих пор держат в порту, заставляя ремонтировать корабли и запрещая даже за пределы верфи выходить. А?! Как тебе такой отчёт?

– Извини. Сочувствую. Я и сам не на курорте прохлаждался. Так что помочь никак не мог, – развёл руками Менгарец. Но бравый мореман на это весело хохотнул:

– А вот и помог! Твои письма Линколе всё верно подсказали. Она забеспокоилась, вытащила меня позавчера из-под ареста и отправила на загородные заводы по производству пороха. Вот я там и торчал до сегодняшнего часа, отправляя чуть ли не контрабандой емкости с порохом в порт на берегу Речного пролива. Но как только узнал о твоём прибытии, всё бросил и сюда помчался. Уже полчаса мечусь по этим коридорам, не в силах тебя отыскать.

– Но теперь-то уже можешь успокоиться, – заулыбался Виктор. – Порох тебе выдадут в полном объёме немедленно. Да и вообще, скорее всего, я сам с катарги отправлюсь на север, прихватив парочку минёров, да быстренько провернём это дело со взрывом плотины за три дня.

– А вдруг не получится? Вдруг тебе помешают отщепенцы из королевства Бонителлы? Они ведь могли и забыть наши поучительные обстрелы. Так что моё мнение: надо и эскадре параллельно туда выдвигаться. Вдруг артиллерийским огнём придётся ваши работы прикрывать? Это вам не фугасы с неба сбрасывать!

Дельные мысли заставили задуматься. Какие бы иные проблемы ни беспокоили в данный момент, окончательная расчистка морских проливов от кашьюри – дело тоже приоритетное. Поэтому такую поддержку с водных артерий иметь не помешает. Да и простаивать кораблям на месте нет смысла, возле Чагара они пока не нужны.

– Ладно, ты прав. Сколько кораблей готовы выйти в открытый Южный океан и двинуться в обход Первого Щита к океану Жизни?

– О! – несколько потух Ньюциген. – Если для открытого моря, то лишь шесть кораблей в идеальном состоянии. Но если идти проливами, выйдут все что есть: десять старых и четыре новых.

– А удастся пройти по Стреле? Особенно на участке с мостом?

– Легко! Дадим бортами с десяток залпов и расчистим левый берег от любого неприятеля. Особенно если нас поддержат со Шлёма. Хуже всего в тех узких местах пролива, где нас могут ждать с большими баллистами. Да и небольшое встречное течение нам не на руку. Вот там не помешает воздушная разведка с неба.

Тут же последовало утверждение, что Белые катарги не откажутся оказать любую посильную помощь в разведке. Пятёрка пернатых отправится в воздушном эскорте. Дальше последовало решение первого Советника об экстренной загрузке кораблей эскадры всем необходимым и о выходе в море уже сегодня вечером.

Приказы были розданы прямо по ходу движения к кабинету его величества. Так что боевой адмирал, довольно потирая руки, умчался, даже не попрощавшись.

Гром Восьмой и его мать-королева уже ждали Менгарца в кабинете. И свои вопросительные взгляды направили на наложницу.

– А где Роза? – вначале с некоторым недовольством поинтересовался Виктор. Покривился, когда узнал, что принцесса пока не вернулась из поездки по столице, насильно усадил бывшую наложницу на стул и огласил:

– Лайдюри сейчас расскажет много страшного, но необходимого. Верьте ей, и я подтверждаю, что она не сказала ни единого слова лжи. Рассказывай, начиная с момента своего рождения!

Но только красавица открыла рот, как раздался стук в дверь и в кабинет просунулась голова генерала Тербона:

– Ваше величество, срочная новость!

Король нетерпеливым жестом разрешил войти и доложить о случившемся.

– Напали на след беглецов. Непонятно, как они умудрились вырваться не только из дворца, но и из Радовены, однако небольшой отряд с масками на лицах заметили и стали преследовать по западной дороге, ведущей в промышленные долины. Но как только погоня стала настигать пятерых всадников, те резко развернулись, вступив в скоротечный, кровавый бой. Все пятеро погибли, причём последний закололся сам, не желая сдаться в плен. Похоже, они решили ценой своих жизней задержать погоню. Когда сняли маски, опознали в одном из воинов графа-предателя, бывшего члена королевского Совета. Ни его коллег, ни Мааниты поблизости нигде не оказалось. В данный момент ведутся широкомасштабные поиски в западном направлении. По логике они никуда уйти не могут, там же вокруг постоянные дозоры, линии контроля, заставы, через которые ещё ни одному шпиону пробраться не удалось.

– Как же, не удалось! – ворчал монарх, покусывая от досады губы. – Ещё пару часов назад я был уверен, что из дворца тоже никто не выберется. А тут получается, что могут в любую сторону расхаживать кто угодно!

Генерал не побоялся напомнить:

– Но ведь Маанита имела все привилегии. Никто бы её не посмел остановить…

– Ладно, ладно, – оборвал его Гром, – пусть продолжают поиски! – А когда генерал вышел, спросил у ждущей красавицы: – Прежде чем расскажешь о себе, скажи в двух словах, чего можно ждать от твоей подруги Мааниты?

– Чего угодно! Любой подлости, коварства, лжи. И даже в самые сложные годы своего существования я не желала даже близко сходиться с этой ядовитой змеёй.

Менгарец вынужден был вмешаться:

– Но чтобы не путаться, пусть всё-таки начнёт с самых первых своих воспоминаний. Вы будете слушать, а я порой выскакивать в коридор и отдавать нужные распоряжения: столько всего накопилось!.. Давай!

Решительно выдохнув, великовозрастная рабыня приступила к рассказу:

– Родилась я девятьсот восемьдесят один год назад…

Виктор и в самом деле не собирался присаживаться. Так и метался большее время снаружи королевского кабинета, заставив стянуться к его предбаннику добрую часть главных чиновников государства, которые ведали и правили различными министерствами. Как ни хороша власть при полной монархии, но даже её бюрократическая махина требует титанических усилий для полной раскрутки и нужного набора скорости.