Рыцарь зимы - Ричард Арджент

Опустошенный пережитым, Эндрю направился к дворцовой конюшне, ведя Чародея в поводу. И конь, и всадник устали сверх всякой меры. У Эндрю болели все кости и суставы, и он был уверен, что Чародей чувствует себя ничуть не лучше. Его следовало бы растереть с маслом, насыпать свежего сена и поставить в стойло. Конь точно оценил бы подобное внимание.

– Привет, Эндрю! – поздоровался конюх, таща ведро с навозом. – Забрать у тебя Чародея?

– Ты теперь должен называть меня «сэр», – бросил юноша, – ведь я сейчас рыцарь, а не простой оруженосец.

– О… – Конюх, который раньше не раз болтал с Эндрю обо всем подряд, казалось, был обижен этим упреком. – Что ж, как прикажете, сэр. Чародей весь покрыт пылью, с головы до ног. Куда вы ездили? Конь весь в пене – очевидно, он не один день вез ваши доспехи?

– Это совершенно не касается обычного конюха, – надменно произнес Эндрю. – Твое дело – ухаживать за лошадьми, а не задавать вопросы.

С этими словами он величественно направился прочь, но, не пройдя и десяти шагов, остановился и глубоко вздохнул. Он пытался быть рыцарем, а все они высокомерны и заносчивы и обращаются со слугами, как с грязью. Но Эндрю-то был одним из этих слуг и знал, каково терпеть такое отношение. Поэтому он вернулся к конюху и произнес:

– Прости, я сегодня в дурном расположении духа, Питер. Я пытаюсь поступать так, как подобает человеку моего нынешнего положения, но это не… слушай, забудь то, что я только что сказал.

– Нет, – произнес юноша, – ты прав, мне не следует звать тебя по имени, иначе остальные рыцари будут презирать тебя.

– Я бы хотел, чтобы мы остались друзьями – хотя бы втайне. Так утомительно притворяться благородным…

– Притворяться, сэр?

– Ну, быть благородным.

Затем он отправился на поиски Томаса.

Тот был счастлив снова увидеть своего друга и хозяина и, по счастью, не совершил подобной ошибки.

– Сэр, мне очень вас не хватало, – произнес он, крепко обнимая Эндрю, а затем помог ему избавиться от деталей доспеха, которые еще оставались на юном рыцаре. – Принести воды для ванны? Конечно, зачем спрашивать. Вы утомлены дорогой и наверняка покрыты грязью. У вас было много приключений, сэр? Прошу, расскажите мне обо всем, я готов слушать.

Эндрю упал в кресло и позволил себе расслабиться, разрешив Томасу возиться с собой, как с ребенком. Пока готовилась ванна, он вкратце рассказал своему пажу о проделанном путешествии и разных случаях, происшедших в дороге. Он не стал признаваться, что влюбился в девушку-рабыню с кошачьими глазами, хотя упомянул о спасении двух молодых дам из лап великана-людоеда, который теперь наверняка отправился прямиком в козлиный ад.

– Сэр, вы слишком многое пережили, – сочувственно произнес Томас. – Помассировать вам голову? Уверен, это поможет вам расслабиться и уменьшит напряжение во всем теле.

– Будь так добр, Томас.

Юноша встал за спиной друга, и его длинные, мягкие пальцы – пальцы настоящего ангела – начали выписывать круги на висках Эндрю. Это успокаивало. Вскоре волнение и напряжение последних нескольких дней стали рассеиваться. Эндрю расслаблялся, понемногу забывая о своих проблемах с Гондемаром. Он по-прежнему хотел, чтобы проклятый храмовник быстрее отправился в ад и присоединился к козлу-людоеду, но даже беспокойство, вызванное возможным вмешательством неблагодарного рыцаря, начало улетучиваться под волшебными пальцами Томаса. Длинные светлые кудри упали ему на лицо, когда юноша склонился ниже, разглаживая морщинки на лбу друга. Вскоре Эндрю погрузился в глубокий, целительный сон, откинувшись на спинку кресла.