Империя Машин - Кирилл Кянганен

— Я знал, что вы зададите мне этот вопрос, он очевиден, как и ответ.

— Поэтому вы и работаете в подполье?

— Какое это подполье? Беседа с вами — смех на душу. Нашу организацию и полом то назвать нельзя, а вы подполье! Подполье! Ха! Я, скажем так, набираюсь опыта. И правильно замечено: я примыкаю к победителям.

— Вы никогда не думали, что за подобные речи ваши же «собратья», если вы их считаете таковыми, вздернут на веревке? И со — стороны, заключенных не прикроешься.

— Рабов — поправил его едко судья.

— И со стороны заключенных — все так же невозмутимо говорил Неизвестный.

— Вам неясно? РАБОВ! Рабов. Вы что такое слово не учили?

— Они люди — с тем же спокойствием продолжил Неизвестный.

— Это вы так думаете, но они не люди. Они рабы.

Судья только моргнул и уже был прижат к стене, а Неизвестный схватив его за шиворот два раза ударил головой об стену.

— Это люди — опять спокойным голосом сказал он.

— Нет, ошибаетесь — это рабы. И, как и все, продаются и покупаются, только остальным для этого нужен моральный предлог. А теперь, уберите руки и выметайтесь прочь, не надо вести себя по-свински, руководствуясь инстинктами.

— Не думаете ли вы, что можете оказаться лежачим в кровати с перерезанным горлом? — зловещий голос, как удар молота о сталь прозвучал из уст Неизвестного. Но на судью он не произвел никакого впечатления.

— Не стоит говорить того, что не собираешься сделать. Вы излишне честолюбивы и не тронете меня. Даже после того, как я назову вас мерзавцем, шавкой — подхалимом рабов — судья сделал ударение на этом слове, — и помесью животного, рожденного от крысы матери.

Судья демонстративно отряхнул пылинки с потрепанного воротника, «подражая» Неизвестному. Легким движением выровнял его и, развернувшись спиной на ближайшем стуле, продолжил заполнять блокнот, попутно доставая бланки приглашений на банкет. Неизвестный же отыскивал проход наверх, но кроме лестничной клетки в помещении по соседству, он не наблюдал ничего, включая козырьков, за которые можно было бы зацепиться магнитным диском, а Открывашка не влезала в замочную скважину, пришлось бы пилить сталь, чтобы та сработала, а это — при удачных обстоятельствах и с его оборудованием — около шести-семи часов. Позволить столь расточительную роскошь он себе не мог. Помещение походило на приемную, кою ему описывал Оливер: зал с столом в центре, только поменьше, слева лестничная клетка с винтовой лестницей, справа дверь до потолка без замка. Позади стола прибитые стеллажи, а ближе к потолку стальные сетки, сплетенные узором. Однако, он отлично помнил, что Оливер не припоминал иной лестницы, обладающей единственным входом. Неизвестный подозрительно оглядел ступени за решеткой, судья меж тем, закончил с работой и с улыбкой наблюдал за ним.

— И еще кое что… Вы ведь не собираетесь прорываться по башне сквозь стражу? Этот ключик от тех вот дверок — указал на лестничную клетку судья, наматывая веревочку на палец, — попроси, будь добр — улыбнулся он Неизвестному.

— Вам в пору служить в ордене просветителей.

— Боюсь, я вырос из детских шалостей.

— Прошу предоставить мне ключ — сказал Неизвестный и сорвал его с руки. Судья схватился за палец.

Затем, почувствовав, что еще жив, скривил лицо, и собрав личные пожитки, спустился в подвал, открыл винтили с газом, и быстро покинул город, продираясь сквозь собравшиеся толпы рабов. Нашел причал, разлил керосин по всем соседним лодкам, заложил частично самодельный запал в катера и единственный еще плывущий танкер, отплыл подальше на катере, достал арбалет — достояние, доставшееся от прадеда, смазал наконечник смолой и поджег. Гордо выпрямившись натянул тетиву и выстрелил. Берег быстро покрылся огнем.

Судья безмятежно греб. Он удовлетворен.

В то время, Неизвестный только проник в приемную. Эта лестница оказалась фальшивкой, однако, по ней он попал в основной ствол башни, откуда и, собственно, он спустился к приемной, после чего Открывашка вскрыла замок. «Вот для чего нужны двери справа, отпирающиеся изнутри, чтоб при штурме башни иметь возможность укрыться и сбежать, когда нападавшие покинут ее основание», — подумал Неизвестный. Он допускал, что пока спускался, упустил ответвления, выводящие к берегу.

Но план нарушился. За окном он увидел силуэт, который сбросил стражника в болото подле башни. Он вскарабкивался на стену внутреннего двора, обвешанный взрывчаткой. Неизвестный активировал плащ теней, и, проделав обратный путь, вырубил саботажника. «На некоторое время он обездвижен», — подумал Неизвестный. Неужели во внутреннем дворе был только один стражник? И, вообще, он не помнил, чтобы тут были стражники, когда он залез во двор. Пока Неизвестный раздумывал, куда оттащить тело, его сбил с ног удар прикладом в спину.

— Стойте! — крикнул он. Я пришел помочь.

— Знаем мы вашу помощь, ловкие предатели, — сторож направил ему в лицо фонарь заставив закрыть руками глаза и прекратить сноп искр, летящий прямо в мозг.

— Руки опустить! — прогремел сторож.

Неизвестный вынужден был повиноваться, дверь сторожки за его спиной открыта. Там рычаг, стоит на который надавить и ворота поползут вверх. Его выдала грязь, забрызгавшая обувь и низы плаща, и, почему-то подвел слух. Если бы он дольше пробыл на свету, то плащ бы скрыл ее. Он растратил столько времени на возню под башней, уже слышался отдельный шум голосов. Друзья не справлялись, пора бы открыть ворота и сломать пусковой механизм. Но он хотел услышать и увидеть канцлера сам, прежде чем разъярённые повстанцы заберутся в улей и начнут устраивать погромы, сметая все на своем пути. Метка самовольно заполыхала, и Неизвестный заговорил:

— Чем же страж занят, пока его товарищи отдуваются в городе? Единственный преступник, и того проворонил, вместе со своим другом.

Сторож заметил лежащего на земле мятежника:

— Извиняюсь, защитник, вы правда пришли помочь, — он отставил от Неизвестного оружие и подошел к телу — окрестная знаменитость, вор и стукач. Он пробирался за стену, работая двойным агентом, и вы его поймали, так запросто. Приношу извинения.

— Не стоит, — ответил Неизвестный, — закройте внешние ворота, толпа уже направляется сюда.

Ему не пришлось уточнять какая толпа. Сторож все понял, хоть и казался на первый взгляд достаточно глуп. Или это метка «раскручивала» людей? Он не мог понять ее принцип, она включалась сама как по таймеру или заранее определенной программе. «В чем же тут суть?» — задумался Неизвестный, пока сторож подбежал к пульту. Но, почесав затылок, он не дернул рукоять. Вдруг на Неизвестного нашла ярость: «Неужели и это он должен делать за этого оболтанного болванчика?!» Однако, он остыл, когда сторож проговорил, что уже поздно, и они опоздали. Тот ответил так просто, что Неизвестного покорежило.

— Им не проникнуть за внутреннюю стену, но внешние ворота сняты с петель. Надеюсь их не расплавят на металлолом…