За последним порогом. Начало - Андрей Стоев

Этот успех оказался последним. Остальные бронеходы открыли огонь и превратили долину в ад, наполненный летающими каменными осколками. Бойцы отряда не могли даже поднять головы, лишь изредка огрызаясь короткими очередями. Мы тоже время от времени высовывались из-за нашего валуна чтобы выстрелить, и тут же прятались обратно, не пытаясь увидеть результат. Огонь был настолько плотный, что я задумался — а как же мы будем уходить, и получится ли у нас уйти вообще?

Огонь противника не стихал, и наши огрызались всё реже. Наконец, как будто всего этого было мало, с поля поднялся здоровенный валун, и набирая скорость, полетел в каменную баррикаду. Тяжёлый удар легко разметал хлипкое заграждение, заставив камни разлететься по всей долине. В бой вступили Владеющие. Дальнейшего я уже не видел — один из обломков прилетел мне в голову, и я отключился.

«Кени… Кени… очнись… пожалуйста…», — я услышал голос как бы издалека, а вслед за ним пришло понимание, что бой продолжается, и этот шум, который физически причиняет мне боль, это выстрелы. Я с трудом открыл глаза; меня сильно тошнило, всё вокруг расплывалось, к тому же правым глазом я почти не видел, потому что он был залит кровью. Я полулежал, прислонённый к камню, но мне казалось, что я сижу на качающейся палубе. Передо мной слегка расплывалось чумазое Ленкино лицо с дорожками слёз на щеках. «Я в порядке», — просипел я, пытаясь без особого успеха успокоить Ленку.

И как раз в этот момент к нам подбежала мама. Она увидела, как я лежу с залитым кровью лицом, и глаза у неё сделались совершенно безумными. У меня опять появилось сосущее чувство в животе, которым у меня обычно отзывалось возмущение Силы, но на этот раз оно было настолько сильным, что начало переходить в боль. Мама подняла глаза на поле с наступающими; волосы у неё казалось, шевелились сами по себе, а её силуэт выглядел странно нечётким. Она раздражённо отмахнулась рукой, и летящий прямо на нас валун отлетел куда-то вверх и вбок, резко изменив траекторию. Концентрация Силы всё увеличивалась. Звуки выстрелов стали еле слышны, а реальность стала плоской и пошла волнами; казалось, что она стала чем-то вроде ветхой занавески, которая вот-вот порвётся и откроет что-то жуткое, чего человеку видеть ни в коем случае не стоит. Я чувствовал, что я кричу, но не слышал своего голоса. Внезапно беззвучно лопнула струна, отозвавшись острой болью в голове, и мир неохотно вернулся к обычному объёму. Никто больше не стрелял; перед нашей долиной расстилалось металлическое поле, на котором стояли металлические статуи.

«Мама, успокойся, я в порядке!» — я внезапно услышал себя и понял, что я всё это время выкрикивал эту фразу. Она наконец услышала меня и пришла в себя. Встав на колени передо мной, мама взяла мою голову в ладони; я почувствовал, как тошнота отступает, и мне действительно становится лучше.

— Ты почему не поставил защиту? — сердито спросила мама.

— Защита была, — ответил я, — без неё мне бы просто оторвало голову.

— А почему без каски?

— Не знаю. Её, похоже, сорвало ударом.

Я кое-как с помощью Ленки вскарабкался на ноги и огляделся вокруг. Рядом с нами стоял командир, который странно на нас смотрел. Данила с несколькими бойцами стояли в стороне и ошеломлённо разглядывали металлическое поле.

— Что это было? — спросил командир не своим голосом.

— Я просто… очень сильно испугалась. — неуверенно ответила мама, тоже с изумлением глядя на поле. — Я всего лишь хотела их остановить.

— Я запомню, что тебя нельзя пугать. — потрясённо сказал командир.

Ага, я тоже запомню. Я, конечно, не такой уж знаток возможностей старших рангов, но по-моему, это даже близко не девятый ранг.

Тут командиру пришёл в голову новый вопрос:

— «Мама»? Что это значит?

Я понял, что пора брать инициативу в свои руки:

— Давайте выясним всё потом. Сейчас надо позаботиться о раненых.

Упоминание о раненых заставило всех прийти в себя.

— Всех раненых срочно в госпитальную палатку. — громко распорядилась мама. — Убитых в первую очередь: пока душа не отлетела, можно попробовать их воскресить.

Командир рявкнул:

— Все слышали? Шевелитесь!

Народ наконец начал понемногу возвращаться к жизни и зашевелился — сначала бестолково, но уже через несколько минут все забегали, перетаскивая раненых, и доставая из-под камней заваленных. Бой закончился.

* * *

— Иван, так что ты почувствовал? — приставали бойцы к командиру миномётного расчёта, который оказался в числе убитых.

— Вообще ничего не почувствовал. — устало отвечал Иван, которого вконец замучили любопытные. — Был в бою, а в следующий момент открываю глаза в госпитальной палатке. Отвяжетесь вы от меня наконец или нет?

Любопытные в конце концов переключились на Филипа — другого воскресшего, который полностью оправдал ожидания. Филипа встречали ангелы и провожали к престолам богов. Боги соблазняли его стать верховным ангелом и вместе с ними править Вселенной, но Филип всё же решил вернуться к своим боевым товарищам, которые без него могли пропасть в этом жестоком мире. Это был, так сказать, синопсис^[46] повествования; в оригинале рассказ был расцвечен немыслимым количеством деталей, которые я даже не стал трудиться запоминать. Никто, разумеется, в эту историю не поверил, но слушали её в разных вариациях по нескольку раз с огромным удовольствием. Солдатская байка без вранья что вобла без пива, и с каждым новым пересказом боги становились всё величественнее, ангелы всё прекраснее, а посулы всё заманчивее. Ну а к Филипу прочно приклеилась кличка «Ангел».

Убитых у нас оказалось трое, тяжелораненых пятеро, все остальные имели как минимум сильные ушибы. К вечеру дня боя мама смогла воскресить убитых и подлечить тяжелораненых достаточно, чтобы они смогли дожить до того момента, когда она восстановит силы и сможет заняться ими вплотную. Понемногу тяжелораненые покидали наш госпиталь; к вечеру третьего дня там остался только один, которому крупнокалиберной пулей оторвало ступню. Отряд до сих пор напоминал сборище инвалидов, но тем не менее мы сумели пережить бой без потерь. Многие пострадали от валунов, которыми швырялись вражеские Владеющие, но к счастью, только от осколков. Под сами валуны никто не попал — после встречи с летящим полуторатонным камнем ни на какое воскрешение рассчитывать уже бы не стоило.

Для меня прошедший бой был большим уроком — я своими глазами увидел, что такое атака бронеходов, и что может сделать хорошо обученный отряд при поддержке брони и Владеющих. По сути, нас мгновенно раздавили, не дав ни малейшей возможности сопротивляться. Если бы не мать, отряд «Рыжая рысь» прекратил бы своё существование — под таким огнём даже при попытке отступить выжили бы единицы. Побывав один раз под подобной атакой, сразу понимаешь, почему обычный вольный отряд не в состоянии выдержать бой с дворянскими ратниками, у которых нет недостатка ни в тяжёлом вооружении, ни в поддержке Владеющих.