За последним порогом. Начало - Андрей Стоев

— Стойте! — скомандовал я. — Посмотрите-ка вон туда, что-нибудь видите в роще?

— Вроде какие-то круглые железки среди листвы торчат. — неуверенно сказала Ленка, напряжённо вглядываясь вдаль.

— Точно что-то железное. — сказала мама. — Я восемь штук насчитала, но не уверена. Что это может быть?

— Это могут быть, например, колпаки бронеходов. По высоте подходят. Снизу их не видно, а с высоты можно заметить.

— Кени, ты уверен? — спросила Ленка. — Если мы поднимем тревогу, а там какая-нибудь ерунда, мы будем выглядеть полными дураками.

— А что ещё может быть в этой роще? Железка такой высоты в этой дыре может быть только бронеходом. В общем, уверены или не уверены, надо срочно командиру докладывать.

Мы побежали вниз. Вопреки нашим опасениям, командир отнёсся к докладу очень серьёзно.

— Данила, иди сюда! — окликнул он нашего десятника. — Волчата что-то странное в дальней роще углядели. Говорят, сверху видны бронеколпаки среди листвы. Бери-ка бинокль и давай быстро наверх.

Буквально через десять минут мрачный Данила бегом слез обратно и доложил:

— Все верно, командир, бронеходы. Десять точно есть, может больше. Что-то там ещё такое проглядывает. — Данила со злостью сплюнул, — Вот было у меня предчувствие, что контракт тухлый, слишком уж хорошо попы заплатили.

— Сейчас-то что об этом говорить, — заметил командир, — давай, поднимай людей, и не копайтесь. Немного потрепыхаемся, и будем в горы отходить.

Ратники начали срочно облачаться в бронежилеты и снаряжать магазины. Народ бодро забегал туда-сюда. Мимо нас пробежал миномётный расчёт, волоча разобранный лёгкий миномёт и ящики с минами.

— Иван, — окликнул старшего командир, — до дальней рощи достанешь?

— Нет, командир, — отрицательно покачал головой тот, — слишком далеко, саженей сто пятьдесят не докинем.

— Ладно, начинай кидать как только в зону поражения войдут. Нам надо попробовать хоть немного их задержать.

Мы мялись в сторонке, не понимая, что нам делать. За этот месяц нам никто так и не удосужился определить стрелковые позиции.

— Командир, база вызывает, — к нашей группе подбежал связист отряда, — говорят, что у них противник начал обстрел, похоже, будет большое наступление. Спрашивают ситуацию у нас.

— Ответь, что мы ждём наступления с минуты на минуту. У противника как минимум десять бронеходов, мы их задержать не сможем. Если у них ещё и Владеющие есть, то они нас даже не заметят.

Мимо пробежали Мария со Жданкой, нагруженные здоровенной винтовкой в футляре и какими-то баулами. Женщины отряда работали как три снайперские пары — разумеется, когда в них была необходимость. Сейчас необходимость явно была.

— Так, ребята, — обратил на нас внимание командир, — держитесь недалеко от меня, на случай если надо будет где-то помочь, или передать что-то. На открытом месте не мелькать. Каменных осколков берегитесь. У бронехода пулемёт третьего^[44] калибра, камень он крошит только так. Мила, ты иди к себе, и тоже давай поберегись.

Наконец беготня затихла, все заняли свои места. Напряжение витало в воздухе, все всматривались вдаль, пытаясь разглядеть движение в роще. Прошло пять, десять минут, затем ещё десять. Утро было совершенно мирным и солнечным, чирикали какие-то птахи, и от этого ожидание, что вот-вот всё это взорвётся, ещё больше давило на нервы. Ожидание боя хуже самого боя, а ещё хуже было от понимания, что наш первый бой победой наверняка не закончится.

Я привычным усилием задавил волнение. Глава семьи в любой ситуации должен излучать спокойствие и уверенность, а из-за нашей с Ленкой связи я не могу себе позволить страха или неуверенности даже в мыслях. Я настолько привык с детства контролировать свои чувства, что уже не понимаю, где настоящий я, а где это просто роль главы семьи. Быть хладнокровным и циничным отморозком полезно и даже необходимо для человека, от которого зависит благополучие, а то и жизнь тысяч людей, но хорошо ли это для настоящего меня, который прячется где-то глубоко? Иногда я с тоской вспоминаю простую и спокойную академическую жизнь, но тут же гоню эти мысли прочь. Что было, то прошло и уже не вернётся, а сейчас меня подхватила и несёт волна, на которой я обязан удержаться, потому что от меня зависят те, ради кого я живу.

Я посмотрел на Ленку. Она нервно покусывала губу, и я чувствовал её волнение. Я усилием воли изгнал из головы всё рефлексирование и послал ей волну тепла. Она посмотрела на меня и немного нервно улыбнулась в ответ.

— Будут атаковать, как ты думаешь? — спросила Ленка.

— Если ружьё висит на стене, оно непременно выстрелит^[45]. — пожал я плечами.

— Какое ещё ружьё? — удивилась Ленка.

В предбоевом мандраже я совершенно забыл, что в параллельных мирах плохо знакомы с творчеством русских классиков. Попаданцы спустя рукава работают над повышением культурного уровня аборигенов; вот и я вместо просвещения местных предпочёл заняться откручиванием голов.

— Я имею в виду, что не просто же так они затащили бронеходы в ту рощу. Конечно, будут атаковать.

— Скорей бы уж. — вздохнула Ленка.

Минуты потекли вновь. И вот когда я уже начал надеяться, что может мы и в самом деле ошиблись, и ничего в этой роще нет, кто-то крикнул: «Внимание, они пошли!». Из рощи, круша молодую поросль, выплывали угловатые фигуры имперских бронеходов и тут же разворачивались в широкую шеренгу, а за ними бежали фигурки ратников, кажущиеся крохотными рядом с бронированными четырёхметровыми гигантами.

— Раз, два, три… — негромко считал командир. — Двенадцать… Да, нам тут ловить нечего.

Он на несколько секунд задумался, а затем, придя к окончательному решению, громко объявил:

— Передайте по цепочке. Стрелять начинаем по первому выстрелу миномёта. Когда они подойдут на двести саженей, все уходим на север по второму проходу. Девочки, все вместе попробуйте уронить четвёртого слева, цельтесь ему по суставу правой ноги.

Наконец атакующие подошли на триста сажен. Хлопнул миномётный выстрел, и все немедленно открыли огонь. Я поймал в прицел бегущую фигурку и нажал на спуск. Сбоку взвизгнул рикошет, и я инстинктивно пригнул голову, не успев понять, попал я или промахнулся. Рядом в быстром темпе стреляла Ленка, сосредоточенно прикусив губу. Патронов наши не жалели — ни у кого не было иллюзий насчёт того, что бой может стать затяжным. Уже через пару минут противник подойдёт на двести сажен, и нам придётся очень быстро отступать, точнее говоря, убегать. Бешеная стрельба, наконец, дала результат — несколько вражеских ратников упали, а главное, один из бронеходов накренился и рухнул набок. Женщины всё-таки сумели попасть в уязвимую точку сустава.