Торнсайдские хроники - Ольга Куно

А вскоре за дверью послышался громкий топот шагов и крики. Ещё несколько секунд, и звуки стали отдаляться. А пару минут спустя к темноте добавилась абсолютная тишина.

Время тянулось медленно. Вернее сказать, по ощущениям оно вообще не тянулось, а просто копошилось на месте, обратившись в ленивую тягучую массу. Сперва я сидела неподвижно и даже дышать старалась лишь изредка. Потом тело стало затекать, и я потихоньку начала шевелиться, села в более удобное положение, расправила плечи, повертела головой.

Время всё копошилось и копошилось. Ничего не менялось. Из плюсов: людей Майлза мы больше не слышали. Из минусов: Кентон тоже не возвращался.

— Может быть, попробуем выйти? — неуверенно спросила я у Говорящей, когда выжидать дальше стало совсем уж невмоготу.

Знаю, в определённых случаях это недостаток, но я совершенно не умею ждать у моря погоды. И, кажется, я такая была не одна.

— Да, — согласилась Айрин. — Я не понимаю, что случилось с Рональдом. Куда он мог пропасть? К тому же я не для того оставила там Рауля, чтобы сидеть на месте и бездействовать.

Я осторожно, очень медленно приоткрыла дверь комнатки и прислушалась. Вроде бы никого. Передвигаясь на ощупь и стараясь не шуметь, мы вышли в коридор.

— Куда теперь? — шепнула я.

— Не знаю, — так же тихо ответила Говорящая. — Кажется, сейчас это не имеет значения. Мы всё равно не знаем, где и чего ожидать.

Мы повернули налево. Передвигаться в кромешной темноте оказалось очень тяжело. Вскоре я рискнула воспользоваться огнивом, и маленький огонёк выхватил из черноты кусок пустого коридора. Мы успели пройти ещё немного, прежде чем я ощутила, как к лицу прижалась тряпка, пропитанная каким-то тошнотворным запахом. От этого запаха резко закружилась голова. На сей раз земля ушла из-под ног в менее буквальном смысле слова…

Я очнулась в просторном помещении без окон, освещавшемся сразу несколькими укреплёнными на стенах факелами. Значит, мы по-прежнему в подземелье, но где именно? На тюрьму непохоже: ни камер, ни решёток. Из мебели — пара стульев. Четыре ступеньки поднимаются к наглухо закрытой двери.

Ноющая головная боль заставила переключить внимание на собственное состояние. Я сидела на полу, прислонившись спиной к неровной каменной стене; руки были связаны и, кажется, довольно-таки крепко. Можно попробовать потянуть за верёвку зубами, но это только в том случае, если никто не будет за мной следить. Повернув голову налево — шея при этом заболела так сильно, что я невольно зашипела, — я обнаружила сидящую рядом Говорящую. Её положение было ещё хуже, чем моё: правая рука Айрин была закована в цепь, другая сторона которой была присоединена к вбитому в стену крюку. То ли на меня цепей просто не хватило, то ли Говорящая пришла в себя раньше и успела оказать сопротивление. Теперь она сидела и с ненавистью смотрела на человека, стоявшего к нам спиной на небольшом отдалении. На мгновение зажмурившись (голова всё ещё слегка кружилась), я снова открыла глаза и пригляделась. Когда мужчина слегка изменил положение, стало видно, что у него перевязана рука. Значит, Майлз. Удачным опознавательным знаком обеспечил его Кентон. Жаль только, что руку сломал, а не шею. Но это ведь дело наживное?

Ещё один мужчина, одетый как воин, подошёл к Майлзу и что-то негромко сказал ему на ухо. Быстро оглядевшись, я убедилась в том, что кроме нас и этих двоих здесь никого больше не было.

— А, обе пришли в себя, — обернувшись, констатировал Майлз. — Это хорошо. Надо разобраться с вами, пока есть время. Вставайте, цыпочки. Вы достаточно прохлаждались.

Неповреждённой рукой он недвусмысленно извлёк из-за пояса кинжал. Его подчинённый обнажил меч. Мы с Айрин молча поднялись на ноги.

— Досадно, — цокнув языком, заявил Майлз. — Две такие роскошные девочки — и совсем мало времени. Верно, Коул?

Воин молча ухмыльнулся.

Я еле заметно качнула головой, глядя на Майлза с нескрываемым отвращением. Ещё один озабоченный ублюдок. Слишком много их развелось в этом замке.

— Ну что, какая-нибудь из вас готова сделать что-нибудь по-настоящему хорошее ради спасения своей жизни? — продолжал барон. — Решайтесь, времени нет совсем. Вообще-то мне приказано убить вас обеих.

— Ты бы лучше подумал о собственной участи, — жёстко сказала Говорящая. — Скоро ты будешь раскачиваться на верёвке, и это в самом лучшем случае.

— А в худшем что? — улыбнулся Майлз, которого, кажется, только забавлял этот разговор.

— Додумай сам, — предложила Айрин. — И поверь: люди, которые этим займутся, очень хорошо разбираются в таких вещах.

— Ты, рыбка, забываешь одну маленькую деталь, — отозвался барон. — Никто не узнает о том, что здесь произошло. Все ваши мертвы, кроме вас двоих и Алисдейра. Но это дело времени. Вы уже здесь, а он тоже никуда не денется. Мы перекрыли все выходы из подземелья. Для того, чтобы выбраться наверх, надо знать, как открыть нужные двери, а об этом знают единицы. Так что, — он развёл руками, — на помощь никто не придёт и информацию отсюда тоже никто не вынесет.

Значит, Кентон жив, и вы его не поймали, отметила про себя я. Очень глупо с вашей стороны, барон, предоставлять нам такие сведения. Но, впрочем, вы никогда и не отличались умом, ведь верно? Рейвен держит вас здесь совсем не за это.

— Это не имеет никакого значения, — звонко ответила Айрин. — Важно одно: король въехал в замок и не выехал отсюда. Этого достаточно для того, чтобы те, кто должен, сделали выводы. А делать выводы эти люди умеют, даже не сомневайся. Так что и Рейвена, и тебя как его приспешника ждёт совсем невесёлая участь.

Было похоже, что за себя Говорящая не боится совсем. Кажется, даже судьба неожиданно пропавшего Рональда тревожила её больше.

— Алан придумал весьма неплохое объяснение тому, что произошло, — беззаботно отмахнулся Майлз. — Он вообще мастак придумывать удобоваримые объяснения. Но это было забавно — слышать угрозы из уст шлюхи, пусть даже и королевской.

— Вот уж что мне совсем неинтересно, так это твоя оценка моего морального облика, — отрезала Говорящая.

Из-за двери послышался шум, как будто в коридоре упал какой-то тяжёлый предмет.

— Проверь, что там такое, — велел своему подчинённому Майлз.

Тот, кивнув, поднялся по ступенькам и вышел из комнаты.

— Ну так как? — снова повернулся к нам Майлз. — Кто предпочитает умереть первой?

Чёрт, не спускает с нас глаз. А я-то надеялась, что сейчас, когда второй ушёл, можно будет незаметно поработать над узлом. Увы, хоть одна рука у барона и сломана, кинжал-то острый, и держит он его в пальцах здоровой руки вполне уверенно.

— А одновременно можно? — спросила я, стремясь хоть как-то потянуть время.

— Можно, — щедро согласился Майлз. — Вот Коул вернётся, и пожалуйста, будет вам одновременно.

— А если с развязанными руками? — забросила удочку я.