Допрос с пристрастием - Федор Березин

— Что с ним? — спросил генерал-майор Иващ.

— Обычное дело… В смысле, для этих мест, — поправился русский военный доктор.

— В смысле… — израильский генерал насторожился. Он уже знал ответ.

— Ну, обморожение — это само собой. Несколько десятков лет назад пришлось бы уже отчикать половину пальцев, а то и конечности целиком, — скорбно кивнул капитан медицинской службы. — Для данного климата это все запросто. Но…

— Что-то еще? Что-то еще похуже? — обомлел герой атомной войны.

— Заражение скоргами, — снова кивнул медик. — Тоже для тутошних мест, как когда-то триппер. Обыденное дело. Но стадия, к сожалению, уже такая, что помочь…

— Он однозначно умрет, да? — Давид Иващ произнес это надтреснутым голосом, но без всякого надрыва. Чувства он уже задавил.

— Нет, почему же? Неоднозначно. Но, с другой стороны… — русский задумался. — Короче, за границами Зоны летальный исход неизбежен. И тут даже не дни. Часы! Если же останется тут… Тогда мы его отправим к нужным людям. У нас в армии, к сожалению, спецов требуемого уровня покуда нет, а вот в сталкерской среде… Там, разумеется, не за так, но…

— Я думаю, наше правительство сделает всё от него зависящее, — убежденно произнес генерал-майор. — А уж тем более, если дело исключительно, и только в деньгах.

— Это хорошо! Это даже прекрасно! — русский доктор энергично закивал. — Тогда, значит, его требуется срочным образом отправить к соответствующему спецу.

— А потом? — Голос у генерала все-таки дрогнул.

— Я не могу рассчитывать на бог знает какую перспективу, господин генерал-майор. Вдруг когда-нибудь наука откроет методы, излечивающие даже такие поражения, — пояснил капитан. — Однако сейчас… После того как мастер стабилизирует колонию, ее можно будет даже перепрофилировать в какой-нибудь полезный для жизни имплантат. Но жить ваш подчиненный сможет исключительно здесь. То есть не только здесь, а…

— Как не только здесь? — растерялся Давид Иващ.

— Он сможет находиться в любой из пяти локаций. Они ведь связаны через Узел, правильно?

— Ах, это! — Иващ был разочарован. — Что же я скажу его родным?

— Ну… Тут уж вам решать, — русский капитан развел руками. — У вас наверняка все это отработано. Ваша страна ведет войны непрерывно, не так ли? Тем более, прошла через атомную, так что…

— Да, конечно, — скривился израильский генерал.

— Но вы их все же обнадежьте. Мол, когда-нибудь медицина разберется, что к чему, и пораженных этой местной проказой можно будет лечить. Тогда, мол, они смогут покидать этот природный лепрозорий и жить, как нормальные люди. Тогда этот солдат — Леон Азриэль — сможет вернуться на родину.

— А вот без обиняков, капитан. Что же он тут будет делать до конца своих дней, а? — спросил герой Первой Арабской Атомной.

— Откуда же мне знать, — пожал плечами военный медик. — Может, он вообще сталкером станет. Может, даже удачливым. Я же не предсказатель, в самом деле. Но все это в будущем, а сейчас его надо просто-напросто спасти.

— Я свяжусь со своим правительством незамедлительно, господин капитан, — очень уверенно пообещал Иващ. — Немедленно приступайте. Делайте все возможное.