Допрос с пристрастием - Федор Березин

— Вот же ученая твоя голова, — хмыкнул Глюк. — Тут индивидуальный жизненный цикл кончается досрочно, а он переживает от незнания истины.

Все это время оба стрелка постоянно меняли позиции. Благодаря развертке экрана в левом зрачке они могли видеть, с какой стороны здания происходит самая массированная из атак. Тогда они оказывались именно у нужных окон и, действуя в два ствола, останавливали нападающих. В случае двух одновременных атак сталкеры действовали поодиночке. Хуже всего приходилось, когда приблизительно равные банды наступали с трех направлений. Тут уж надо было вертеться волчком.

— Тебе не кажется, что из-за чрезмерного количества вредных факторов на работе нам положено бесплатное молоко? — спросил Глюк.

— Неплохо бы и пива, — присоединился Ведич. — Как в горячем цеху, у металлургов при древнем социализме.

— Да, я бы сейчас не отказался, — сказал Глюк, выцеливая нечто шестиногое, уверенно бегущее по осколкам бетона в атаку.

После попадания за проломом окна рвануло неожиданно сильно. Здание содрогнулось.

— Черт! Что там? Тяжелая артиллерия? — встрепенулся Ведич, сбивая прицел.

— Похоже, тварь волокла на себе мину, — предположил Глюк. Сам он отмаргивался. Даже боевое забрало не совсем компенсировало внезапную вспышку. — Будь начеку, Ведич. Особое внимание на шестиногих.

— Думаешь, только они могут приволочь на себе заряд?

— Откуда я знаю?! — огрызнулся Глюк.

Он наконец проморгался. Опасливо глянул за окно. Мимо головы пронесся разогнанный плазмой заряд.

— Твою в качель! Пристрелялись любезные, — буркнул он себе под нос.

Затем он оценил опасность по экранной развертке в зрачке.

— Слышь, Ведич, поработай полминутки по трем направлениям, — попросил он напарника. — Я попробую взобраться повыше, на осколок стены. Надо снять оттуда что-то стреляющее не в меру точно.

— Давай, — кивнул Ведич. — Только осторожней. Не хватало попросту сломать конечности при падении.

Сам Ведич в два коротких, невысоких прыжка приблизился к оконным проемам, из которых требовалось отражать новую атаку.

Глюк в это время влез на стену. Делать это прыжком он опасался. Стена не внушала большого доверия. На вид прочная, она могла оказаться полой внутри. В отношении железобетона скорги порой действовали аналогично термитам в тропических странах. Они выгрызали из бетона весь металлический «скелет». Именно после такой операции рухнули кое-какие из зданий Новосибирска, пережившие первичную катастрофу. Когда дом обрушивался, он, конечно же, погребал под собой и прожорливых скоргов. Но тем, по всей видимости, было на все это глубоко наплевать. Там, в терриконе мусора, они продолжали, как ни в чем не бывало, перерабатывать металл строения в самих себя. В смысле, в своих собственных аналогов. То есть помимо тех, что «жили» наверху, еще триллионы нанороботов покоились под развалинами, ожидая своего часа.

Оказавшись на стене, Глюк на мгновение замер.

Отсюда, чуть с большей высоты, было лучше видно, как много механоидов они прикончили. Тут и там валялись прожженные остовы. Некоторые искрили. Что-то внутри них еще замыкало, еще коптило и без того загаженную атмосферу. Считать поверженных врагов не имело смысла. Вообще-то имплантаты фиксировали почти все впечатления, так что если бы судьба предоставила сталкерам такую возможность, то пересчитать механические трупы удалось бы, не торопясь и в комфорте. Но, видимо, не эта судьба!

Глюк сориентировался по экрану в отношении целей. Да, вот где затаились два гусеничных стрелка. Похищенные Техносом полицейские киберсистемы охраны периметра Зоны. Отсюда же, с экрана в зрачке, он уточнил и количество оставшихся в «импульснике» зарядов. Там было очень и очень негусто.

Глюк понесся по обрезу стены. Ступни экзоскелета действовали сами по себе. Они меняли форму подошвы, стараясь максимально приспособиться к поверхности и заодно увеличить сцепление. Этим свойством ходовой механики сейчас и пользовался Глюк Человек в простом экзоскелете грохнулся бы отсюда в секунду. Однако смотреть под ноги самому было недосуг. Он уже разыскивал мысленно помеченные на экране глаза цели. Оказавшись в запланированной точке, он произвел два выстрела. Затем еще два — добивающих. Разглядеть гусеничных монстров полностью не получалось даже отсюда, высота не позволяла. Но и их краешка хватило для попадания. В конце концов, какое ему дело до того, что их гусеничные треки остались не помечены его пулями? Главное, что эти железные ребятишки потеряли возможность стрелять.

Сталкер на время отключил развертку экрана и снова глянул на мир сверху двумя глазами. Да, вот с этой стороны здания стало совсем не до подсчета поверженных механоидов. Отсюда, сверху, он смог напрямую увидеть то, что выглядело на экранчике всего-то яркими метками. Прямо за крутящимися на месте, в результате вывода из строя сенсоров и чего-то там еще механоидами он заметил многие десятки тварей. Может, их были даже сотни, а экранная развертка врала до того именно из-за их обилия.

— Вот черт! — проронил Глюк пораженно.

Он вскинул «Карташ» и запузырил в эту массу жалкий десяток зарядов, сохранившихся внутри. Через секунду он, не разворачиваясь, спрыгнул вниз, на уровень Ведича. Какое значение в нынешних условиях имел место риск провалиться под пол?

— Что такое? — спросил Ведич, уловив его интонацию. Сам он как раз взвешивал в руке последнюю зарядную батарею к «ИПК».

— Слышь, друг Ведич, — тяжело выдохнул Глюк, выпрямляясь после приземления. — Этих тварей еще больше, чем отображает экран. Причем намного больше.

— Вот почему я всегда не доверял всяческим электронным финтифлюшкам, — произнес Ведич со скорбной иронией. — Просто на уровне инстинкта не доверял. И кой черт меня дернул податься в Пятизонье?

— Последствия тяжелого детства? — предположил Глюк, также извлекая из подсумка финишную обойму. — Как там у тебя с зарядами?

— Это — последний, — констатировал Ведич.

— Понятно, — кивнул Глюк. — Да, неэкономно я израсходовал прежние. Но, понимаешь, друган, не удержался. Там их попросту целый полк. Фаланга македонская, ё-моё! И думаю, такая же картина и с остальных направлений.

— Похоже, мы наступили кому-то на хвост, — констатировал Ведич.

— У тебя есть версии?

— Не у меня, — вяло произнес Ведич. — У рыцаря науки Кварода.

Напарник Глюк поднял на него глаза.

— Я вляпался в какую-то какашку, о которой не знал? — спросил он с ледяным спокойствием.

— Вроде того, — скорбно согласился Ведич. — Только знаешь… — он на секунду замолк, на чем-то сосредотачиваясь. — Вот атаку с западной стороны отобьем, а уж в паузе пофилософствуем. Идет?

— Идет, — согласился Глюк. — Долбаная роботехника. Никогда не даст поговорить по душам.