Любовь по-драконьи - Вероника Ягушинская

Свэндал вновь взлохматил свою шевелюру и, вцепившись пальцами, пару раз ощутимо дернул перед тем, как отпустить. Дракон, рвущий на себе волосы. Было бы очень смешно, не будь оно так грустно.

— Естественно, позабыв про новую пассию, я кинулся тебя искать со всем имеющимся азартом, кипящим в крови вместе с отравой. Я лично прошерстил каждый камушек в Истарионе и окрестностях, но тебя нигде не было. Старая сварливая ящерица про телепорт сказала мне далеко не сразу. К тому моменту я уже успел немного оправиться от воздействия тильмобромина, который Шариза подливала мне при встречах, поэтому всю суть случившейся катастрофы я осознавал в полной мере. Ты ушла. Первой реакцией была злость, — признался он, не глядя на меня. — Я приказал перевернуть весь Третий континент вверх дном, но найти тебя.

— А если бы нашел, что бы тогда было? — неожиданно поинтересовалась у него, а дракон поджал губы и упрямо мотнул головой. — Понятно, — со вздохом протянула я, — ничего хорошего.

— Скажем так, — осторожно проговорил он, — ругался бы я долго, и чем бы этот скандал закончился, неизвестно. Я на тот момент воспринимал твою волю неадекватно.

Вновь повисшая пауза давила на нервы, и Свэн не выдержал первым.

— Когда выяснилось, что тебя на Третьем нет, я изрядно струхнул, — на одном дыхании произнес он. — О том, какие у тебя могут быть телепортационные кристаллы, даже гадать не стоило, поэтому, адекватно расценивая твои шансы на выживание при межконтинентальном скачке, я понимал, что они близки к нулю. И все же я надеялся. И злился пуще прежнего, — я удивленно заломила бровь, на что дракон охотно пояснил: — Это какой надо быть дурой, чтобы доразломным телепортом идти на другой континент!

— А вы не задумывались, что у этой дуры могли быть веские причины для подобного поступка? — сердито насупившись, выпалила я.

Свэн выжидающе задрал бровь, молчаливо требуя продолжения. Так он еще и не понимает?! Хотелось высказать все прямо ему в глаза и до кучи еще плюнуть в эту наглую рожу, но статья 341 пункты 8/2 и 8/8.

— Марина, что тебя тогда толкнуло на этот необдуманный поступок, — спросил он, поняв, что выказывать недовольство я могу лишь невербальными способами, то есть злобно сверкать глазами, кусать губы и сжимать кулаки.

— Что толкнуло? — все-таки не выдержала я. — Необдуманный? О, Мессир, у меня было достаточно времени подумать о наших с вами отношениях, когда я сидела за золотой решеткой, запертая в гареме. А еще, знаете ли, голод тоже способствует мыслительному процессу.

— За тот случай Итэль была наказана, — буркнул Свэн, а я, наконец, взорвалась:

— Как наказана?! — воскликнула в сердцах, подскакивая на кровати. Обида, столько лет душившая меня, наконец, вылилась в слова: — Выговор? Всего лишь выговор за то, что целую неделю морила меня голодом?! В то время как вы развлекались со своей новой куклой и обо мне даже не вспоминали?!

— Она женщина и моя мать, — недовольно пробурчал дракон, — и я не могу ее бить.

— Значит, ее бить нельзя, она женщина, а меня можно?! — практически навзрыд проорала я и, смахнув набежавшие слезы, попыталась соскочить с кровати.

Движения дракона я не уловила, но в следующий миг была крепко схвачена за руку.

— Отпусти меня! — заорала на него, вырываясь.

— Марина! Маринка, прекрати, — попытался воззвать к моему разуму Свэн, но тщетно, поэтому он попросту встряхнул меня так, что я думала, голова отвалится, и грозно вопросил: — Что значит, тебя можно? Тебя в Истарионе кто-то бил? Ну!

— Нет, — слегка придя в себя, призналась я, — но хотели.

— Кто? — не знаю, как у него так вышло соединить рык с шипением, но прозвучало очень угрожающе. У меня аж мурашки по спине побежали. — Мар-р-р-р-рина!

— Итэль, — тихо произнесла я, опуская голову. Ставить дракона перед таким выбором мне не хотелось, но он сам вынудил.

— За что? — тут же уточнил он. — В чем суть конфликта была?

— Зачем…

— Затем, — резко перебил меня он, — что никто не имеет права бить мою женщину! Даже моя родная мать! Так что у вас случилось?

— В день рождения я просила Итэль передать вам просьбу прийти, а когда вы ее проигнорировали, предпочтя беседе со мной двух наложниц, я… немного поистерила, — не глядя на него, призналась неохотно, понимая, что отпираться бесполезно.

— Немного? — в притворном ужасе поднял брови дракон. — Да от той комнаты остались одни воспоминания, а она, между прочим, была лучшая на женской половине. Страшно представить, что будет, если ты «поистеришь» всерьез, — пошутил он, но тут же стал серьезным. — И?

— И Итэль явилась, чтобы меня выпороть, — недовольно поджав губы, закончила я.

— Я разберусь, — сурово произнес дракон, и таким тоном было сказано, что я даже посочувствовала старой грымзе. Совсем чуть-чуть. — Марин, я не думал, что она зайдет так далеко, — повинился он. — Поверь она за это ответит. Слишком дорого мне обошлось ее самоуправство.

Я не удержалась и некрасиво фыркнула.

— Ты имеешь право не верить и злиться, — признал Свэн, ненадолго зажмурился, глубоко вздохнул и проговорил: — Я ведь тогда чуть с ума не сошел, кинулся на ближайший Первый тебя искать, носом землю рыл, но ничего. Под конец начал срываться на местных, и в итоге почти нарвался на конфликт. Пришлось брать себя в руки и возвращаться в Истарион ни с чем. Ты хотя бы можешь себе представить, каково это осознавать, что любимый человек, единственный родной и самый нужный, мертв, — болезненно прошептал ящер. Я взглянула на него с сочувствием, но промолчала. Еще не хватало дракона жалеть! Один раз уже имела глупость. — Мой мир тогда снова рухнул, только если в первый раз шанс на будущее все-таки был, то тогда… — мужчина даже лицом потемнел, вспоминая события пятилетней давности.

— Про Второй континент я даже не подумал, — продолжил он. — Мне казалось, что дотуда ты точно не могла дотянуть. Зря, как выяснилось, — беззлобно усмехнулся Свэндал, — надо верить в чудеса.

Кому чудеса, а кому и существование на грани выживания.

— Я тогда думал, что сойду с ума, — признался дракон. — В сердцах даже гарем распустил, потому что каждый взгляд на этих женщин напоминал мне о том, что они были одной из причин, толкнувших тебя на самоубийство. Самоубийство, — эхом повторил Свэн. — Ты представить себе не можешь, каково это, знать, что из-за тебя любимая покончила с собой. А как иначе можно расценить заведомо неудачную попытку уйти телепортом на другой континент? Ты снилась мне ночами: плакала, обвиняла и снова уходила. Признаться, в какой-то момент я даже задумался о том, чтобы отпустить ветер(Ящер, желающий уйти из жизни, взлетает над самыми острыми скалами и, складывая крылья, падает вниз и разбивается. Благо, случается подобное крайне редко, поскольку из-за состава драконьей крови, пропитывающей землю, на этом участке потом лет десять вообще ничего не растет), но весть о том, что Шариза внезапно, без всяких причин, скинула ребенка, отвлекла. Потом было расследование, всплыл факт отравления тильмобромином, но, по сути, это уже ничего не меняло — ты была мертва. Во всяком случае, я так думал, — дракон в задумчивости уставился на меня, изучая каким-то странным взглядом. Я зябко поежилась и скрестила руки перед собой, будто бы закрываясь от столь пристального внимания.