Человек отовсюду - Александр Громов

От этого можно устать. И от того, что лишь одно высшее существо контактирует с ним, – тоже.

– Больше ничего не хочешь сказать? – спросил куратор.

– Запись, – пробормотал Вилли.

– Уже сделана. С обоих.

– Тогда у меня все.

Ни сказав более ни слова, не попрощавшись, куратор встал и вышел. Вилли процедил сквозь зубы ругательство.

– По-моему, ты мог бы более дипломатично контактировать с нашим… э-э… работодателем, – осторожно заметил я.

– Заткнись! – прорычал Вилли.

– Что с тобой?

– Умолкни, говорю!

Пожалуйста. Сколько угодно. Если человек не в себе, его надо оставить в покое, из этого правила выпадают только душевнобольные, да и то не все. Я вырастил на столике стакан холодного сока и выпил его врастяжку, наслаждаясь дивным вкусом неземных ягод. Почему-то Вилли не поспешил вырастить бутылку глисса, и это было странно.

Мы долго молчали. Может быть, Вилли осознал свой промах с куратором и переживал из-за того, то дал волю эмоциям? Надо ли кусать руку, которая тебя кормит, – пусть даже гнетет тебя сознание твоей ущербности?

Да, но кто силком тянул тебя, дружок, в мусорщики? Тяжко тебе? Ну так откажись, скажи «баста», сам попроси стереть твою память… Не хочешь?

Ну то-то же.

– Однажды мне показали фильм о втором уровне Ореола, – сказал вдруг Вилли. – Я настоял. Потребовал. Пусть мусорщикам запрещен доступ туда, но показать-то можно! Я был очень настойчив и груб, как свинья. Мне хотелось знать, что находится под внешним уровнем, как живут ореолиты и на каком основании они считают себя выше нас. Мне многое хотелось узнать… Куратор поймал меня на слове. Он обещал показать мне фильм о втором уровне с тем условием, что я никогда не стану требовать большего. Я согласился. Он показал… – Вилли зло рассмеялся. – Знаешь, что находится на втором уровне? Ничего. Заполненная светом пустота без конца и края. Второй уровень необитаем и не пригоден для жизни, это просто еще один барьер между нашими мирами. Создать целую вселенную и превратить ее в обыкновенный буфер! Каково?

– Ты веришь в это? – спросил я.

– Ореолиты не лгут. Даже кураторы. Я убежден: все так и есть на самом деле. Куратор еще сказал, что показывать мне третий и последующие уровни не имеет смысла – я все равно ничего не пойму. Не по моим мозгам картинка.

– Представляю твою реакцию…

– Самую первую – да, представляешь. Конечно, я взбесился. А потом… Потом я подумал: для чего Ореолу понадобилось прятаться под толстой скорлупой? Зачем все эти барьеры? Зачем рукотворные вселенные? Ведь можно было просто-напросто обосноваться в каком-нибудь страшно удаленном скоплении галактик и в ус не дуть. Значит, не все так просто. Ореолиты закладывали прочный фундамент на будущее и страховались от случайностей. При всем неверии в человечество они вполне допускали, что когда-нибудь люди доберутся не только до отдаленных галактик, но и до внешнего уровня Ореола. И был создан второй уровень, дополнительный барьер. Когда я понял это, то хохотал как ненормальный. Может, по сравнению с Ореолом человечество и мусор, да только этот мусор, возможно, кое на что способен… потом, в будущем. А если нет, то зачем такие предосторожности?

Я не поддержал разговор – просто принял его слова к сведению. Из них по большому счету ничего не следовало. Правильный ли мы сделали выбор? Трудно сказать наверняка, но, видимо, да. Кто-то назовет нас предателями человечества, но ведь от действий мусорщиков человечеству нет вреда. Даже гибель Марции как будто пошла ему на пользу. В чем же предательство? Никто не запрещает человеку искать наиболее приемлемый для него род деятельности, если она никому не мешает. И что я могу предложить взамен? Раскаяться? Чистосердечно во всем сознаться? Выйти, минуя Вилли, на прямой контакт с чинами в земной разведке и сочинить для них рапорт?.. Ага. Очень умно самому лезть в мышеловку. Не покажутся ли мне укусы бурых червей легкой щекоткой?

Да и нет во Вселенной людей или организаций, в истинном смысле представляющих человечество. Факт обыденный, привычный и довольно смешной, но только если посмотреть со стороны на всю эту суету с метрополией, колониями, Лигой и прочими забавами энергичных недоумков и деятельных подлецов…

Кроме мусорщиков, смеяться, пожалуй, и некому.

Да и те смеются, чтобы не заплакать.

Мы вернулись на Твердь и прошли на Землю Вратами. Я слегка подправил внешность, хотя в том, наверное, не было особой нужды, и обзавелся новыми документами – корабль фабриковал их вполне качественно, воспроизводя все полиграфические хитрости и полиграфические же дефекты. Легко обманывать охрану там, где по нерасторопности нет еще тотального электронного контроля каждой человеческой личности!

Корабль получил задание и исчез. Он остался в распоряжении Вилли – мне же предстояло какое-то время обходиться без него, что, по мнению моего наставника, было для меня только полезно. «Молодые мусорщики склонны расслабляться, – сказал он насмешливо. – Они воображают, что корабль всегда успеет прийти им на помощь. Даю тонкий намек: это не так».

Спорить я не стал: ему было виднее, на то он и наставник. Но с той минуты я остро чувствовал свою незащищенность. Первое время мне казалось, что я притягиваю взгляды окружающих, причем они не просто глазеют, а почти открыто прикидывают в уме, как ловчее схватить меня или сразу отправить на тот свет. Чтобы восстановить уверенность в себе, мне пришлось прибегнуть к самовнушению.

Земля. Толпы людей. Как и раньше, они казались мне чересчур беззаботными, безответственными, праздными, напыщенными и слегка тупоумными. Они нуждались в няньке. Вот кому подошли бы корабли ореолитов! Я подумал, что Ореол мог бы обеспечить человечество всем необходимым и достаточным, если бы он создал на Земле и прочих обитаемых планетах этакую оболочку-няньку, единый «корабль» для всей планеты. Тогда отпала бы нужда и в мусорщиках, и во втором слое Ореола – человечество разом получило бы все, чего желало, и это был бы конец. Но Ореол не сделал этого – то ли из жалости, то ли из презрения к «мусору», то ли по причине моральных табу. Быть может, ореолиты лучше, чем я о них думаю?

– Знакома ли вам аппаратура для геолокации?

Вилли отсутствовал. Зато в номере, снятом мною на триста восемнадцатом этаже гостиницы «Спица» в Маниле, присутствовал ничем внешне не примечательный человек с внимательными глазами. Он-то и задал мне этот вопрос.

– В самых общих чертах, – признался я.

– Уже и это неплохо. За оставшееся время вас подучат всему, что должен знать дипломированный специалист по георазведке. Вы также пройдете практику в полевых условиях.

Я улыбнулся, показывая, что ничего не имею против.

– Смысл операции доведен до вас?

– Да.

– Помните, нам нужны неопровержимые данные, такие, которые мы могли бы представить туда. – Палец Эдгара (так он представился) устремился в сторону потолка. – Если в Новом Сальвадоре существует заговор, целью которого является политическое отделение колонии от Земной Федерации, вы должны выяснить масштабы заговора. Если заговора не существует, вы должны представить убедительные аргументы в пользу того, что… э-э… его не существует. Конечно, вас будут в какой-то степени подстраховывать, но помните: в первую очередь вы должны рассчитывать на себя. Подстраховка – еще не панацея. То, что произошло с вами на Тверди, не должно повториться на Прокне.