Ярость - Юрий Никитин

Коган уже вернулся, весь зеленый, как огурец, рожа унылая,но вслушивался с блестящими глазами, при первой же возможности вклинился:

– С пиратами вы абсолютно правы!.. У них вообще естьсклонность спасать державы. А вон Англию так вовсе вывели во владычицы морей!Но наш народ... Илья Парфенович, не надо корчить рожу, или это она у вас вообщетакая... Наш русский народ впервые ощутил гордость, когда разрешили всякие тамкооперативы. Представьте, что инженер после вуза лет десять должен был пахать,пока станет просто инженером, а еще десять – зав сектором. К пенсии он могстать заведующим отделом. И вдруг – свобода! Открывай свои фирмы, называй себяхоть сразу управляющим, хоть директором, хоть... голова кружится – президентом!И неважно, что вся фирма – это он сам и его голодная кошка, но зато заказываетвизитки и предлагает, где золотом написано «Генеральный директор» такой-то!

Кречет кивнул:

– Подлый прием, но удачный. Ни рубля не было затраченона пропаганду, а массу энергичного народа, который на самом деле и определяетлицо страны, является зачинщиком всяких бунтов и переворотов, сразу привлек насвою сторону. Правда, теперь многие уже поняли, что звание генеральногопрезидента или генералиссимуса на хлеб не намажешь, но все же гордое званиеостается... И остатки надежд... Так что, Аполлон Вячеславович, вы задумалистоящее и своевременное дело. Пираты были необходимы на каком-то отрезкевремени, но теперь их надо переводить в легальный бизнес. Даже насильно, чтобыот налогов не увиливали. Разработайте проект, приносите.

Кленовичичевский ушел, счастливый, что на этот раз все былопринято сразу, без споров и крика, а Краснохарев сказал понимающе:

– Мог бы и готовый взять... Хотя бы за основу! Ладно,создадим комитет по подготовке, несколько подкомитетов, начнут согласования, тоже мне, а там пиратство безболезненно вырастет в бизнес. Меня другоеинтересует... Что скажет наш Илья Парфенович по поводу этих... что переводилисвои копеечки за рубеж? У них там целые замки закуплены, золотые туалеты вовсех квартирах.

Глава ФСБ, не удивляясь неожиданному запросу, раскрыл свойлаптоп, но заглядывать не стал, заговорил тихим бесцветным голосом, от которогоне только у меня по спине побежали мурашки:

– При нынешнем развитии Интернета... никакаяпластическая операция, никакое изменение внешности не позволит скрыться... Я ужне говорю о таком пустяке, что как ни меняй рожу, но кости черепа остаются всете же. А чтоб заполучить рентгеновский снимок, не обязательно глотать пыльбольничных архивов. Достаточно пройти таможенный контроль или даже простовоспользоваться самолетом. Но теперь есть и более изощренное средство –Интернет!

– Ну-ну, что это за штука? – спросил Краснохарев.

– К примеру, человек едет на курорт. В компьютер, вцелях лучшего обслуживания, заносят все привычки, вкусы, что предпочитает изменю на завтрак, что на обед, и т.д. и пр. Даже если кости черепа каким-тообразом сумеет заменить, что пока невозможно, то с привычками и вкусамисложнее. Как ни скрывай, где-то да проскочит... А Интернет дает доступ к такимданным любому человеку. Вообще-то, Платон Тарасович, это такое тотальноенаблюдение за человеком и обществом, что волосы встают дыбом!

Кречет взглянул мельком:

– Да у тебя и вставать-то нечему.

– Не на голове, – обиделся Сказбуш. – Да и необязательно волосы. Так что вот список...

Кречет мельком взглянул на листок:

– И что с ними?

– Вот этот... у него счет в Швейцарии, выяснить не удалось,но не меньше ста миллионов долларов. Вчера умер от сердечного приступа. Аэтот... он на продаже армейского барахла хапнул полтораста миллионов, послечего скрылся в Нидерландах, вчера разбился в автокатастрофе. Всмятку. Этот,который третий снизу, был убит при ограблении в Ковентри...

– Когда? – поинтересовался Кречет.

– Сегодня утром, в восемь утра.

Кречет взглянул на часы:

– Гм, хорошо работает информация. Там еще без четвертивосемь, а мы уже знаем, что стряслось.

Сказбуш, смутившись, развел руками:

– Никак не привыкну к этим часовым поясам.

В запавших глазах Кречета блистало грозное веселье:

– Какой-то мор на сбежавших за рубеж казнокрадов! Этокрохи, конечно, но пусть другие чувствуют. Я не мой предшественник, у меня неповоруешь. И цацкаться не буду. Пусть потом на мою могилу наплюютправозащитники, но десяток-другой воров перестреляю без суда и следствия, хотькто-то да присмиреет.

Сказбуш мельком взглянул на грозного президента:

– Да уже и так началось... Кого при задержании, когопри попытке к бегству.

– Давно началось?

Сказбуш развел руками:

– Как стали известны результаты выборов президента.

Кречет взглянул остро:

– И что?

– Это, конечно же, совпадение, – поспешно добавилСказбуш, – я так, привязываюсь к событию, а не дате.

Яузов прорычал:

– Ничего, эту дату запомнят! Еще как запомнят.

* * *

Мирошниченко прикрыл трубку ладонью:

– Господин президент, посол на проводе. Говорит, делоочень срочное!

Кречет смотрел подозрительно:

– Звонок из Брюсселя?

– Из Вашингтона.

Кречет нехотя взял трубку:

– Ну?

В мембране послышался грубоватый размеренный голос посла:

– Господин президент, здравствуйте. Похоже, у меняпоявилась надежда на радостную новость...

– Только надежда?

– Да, но если она оправдается, то намечается некоторыйперелом... Тьфу-тьфу, что это я привычно осторожничаю! Не перелом, а как бы егоназвать... Словом, из штаб-квартиры в Брюсселе дали понять, что готовы принекоторых условиях остановить продвижение НАТО к востоку...

Кречет зло фыркнул:

– При некоторых условиях?

– Да, но мне конфиденциально дали понять, что условияэти минимальны... Более того, чисто символические. Я просто боюсь поверить! Аот нас только требуется, чтобы в кратчайшее время состоялась ваша встреча навысшем уровне с главами государств...

– Членов НАТО? – спросил Кречет подозрительно.

– Ну да, дабы, так сказать, окончательно закрепитьграницы существующего мира.

Злая усмешка осветила мрачное лицо генерала.

– Господин посол, – сказал он ровно, – яблагодарю за новость. Но пока что говорить о встрече не могу, занят. Так ипередайте.

Из трубки донеслось полузадушенное железными пальцамигенерала: