Последний Намсара: Боги света и тьмы - Кристен Сиккарелли

В тот самый момент, когда под ними в бледном свете луны блеснуло озеро, Аша увидела следы пожарища у скалы. Здесь недавно бушевал огонь. Изодранные в клочья остатки шатра Торвина разметало по берегу. Но самое страшное было не это.

Кодзу приземлился, Аша с Сафирой соскочили на землю и уставились на бугор, темнеющий неподалеку.

– Тень, – тихо позвала Аша.

Бугор не шевельнулся.

Сафира осталась на месте, а Аша медленно двинулась к нему. Под ногами зачавкало: она шла по крови. Черная кровь вытекала из-под лап красного дракона. Он свернулся клубком и лежал, закрыв глаза.

– Тень! – голос Аши зазвенел в тишине.

Серые глаза медленно приоткрылись, но лишь наполовину. Аша судорожно выдохнула.

– О, Тень…

Она опустилась на колени и дотронулась до его носа. Дракон снова закрыл глаза.

– Нет, смотри на меня, не засыпай, – бормотала Аша. – Ты должен подняться. Где у тебя раны? Давай вставай.

Он моргнул, но не поднял головы, только смотрел на нее. Он будто очень устал и растерял всю свою игривость. Его взгляд напомнил ей уходящего Торвина. Тот точно так же пристально вглядывался в нее, словно желая запечатлеть ее образ, прежде чем покинуть навсегда.

– Поднимайся!

Ее голос дрожал. Аша вскочила и обошла его кругом. Грудь дракона дышала медленно, еле заметно.

* * *

– Аша… – Сафира тихо подошла к ней.

Не обращая на нее внимания, Аша принялась хлопать его по задним ногам.

– Вставай, Тень, – она попыталась унять дрожь в голосе.

Дракон поднял голову. Спустя несколько ударов сердца он с трудом поднялся на передние ноги, но поскользнулся на собственной крови и снова рухнул на землю.

Аша увидела огромную рану на его груди, рядом с сердцем, которое билось все медленнее. Глаза ее затуманились от слез. Она чувствовала, как дракон напрягается, как пытается подняться потому, что она просит, потому, что он любит Искари и это последнее, что он может для нее сделать.

– Хорошо, Тень, хорошо, – шептала Аша, прижимая ладонь к его сердцу.

С каждым мгновением удары становились все тише – так стихают отголоски эха в горах Расселины.

– Все хорошо, Тень. Можешь лечь. Ложись, ложись…

Тень обмяк. Аша прижалась к нему, не замечая, что испачкалась в крови.

Она притянула его морду к себе на колени. Силы покидали его. Когда Тень закрыл глаза, Аша начала рассказывать ему древний напев про девочку, которая охотилась на драконов, чтобы унять бесконечную боль, терзающую ее сердце, и про дракона, изменившего ее навсегда.

К тому времени как Аша произнесла последние слова напева, грудь дракона под ее рукой перестала двигаться. Он больше не пытался открыть глаза. Тень не дышал.

– Ох, Аша, – прошептала Сафира.

Она обняла ее за плечи и прижала к себе, поглаживая по спине. Аша больше не сдерживала тихих всхлипываний. Гнев, отчаяние и глубокая скорбь вырвались из ее груди вместе с громким плачем.

К мертвому молодому дракону подошел Кодзу. Он толкнул его в бок носом, потом еще раз. Но ответа не последовало. И тогда тишину ночи прорезал душераздирающий вопль, слившийся с рыданиями Аши. Низкий, щемящий стон понесся над горами.

Песня дракона, оплакивающего убитого друга.