Академия Истины - Виктория Карелова

Как и обещала художница, на Весеннем балу я была настоящей королевой. И тому немало способствовало роскошное платье из золотой парчи, переливающееся на свету бордовыми искрами. Я честно хотела отказаться от этого подарка, но, когда Брианда продемонстрировала мне волшебный наряд, не сумела устоять. Я никогда еще не выглядела такой яркой, как сегодня. Именно такими представали в моих грезах героини любовных романов. Хоть раз в жизни, но мне хотелось быть похожей на прекрасную принцессу. Хотелось кружить головы, смеяться, веселиться и даже флиртовать. Делать этого я совершенно не умела, но хотеть хотела.

Примирение с Питером прошло на удивление спокойно. Наверное, и впрямь в Храме мне передалась какая-то частичка мудрости древних ведуний. Мы даже несколько раз потанцевали с юношей. Впрочем, сегодня я танцевала почти со всеми мужчинами в зале.

В самый разгар вечера я заметила выходящую из зала Брианду и пошла за ней. Я надеялась, что девушка подскажет, где найти брата, которого мне очень хотелось поблагодарить за преподнесенный в подарок золотой браслет в виде змейки, прекрасно подходивший к платью. Раньше как-то не представилось случая это сделать, а на балу я магистра не заметила.

— Я передам, что тебе понравился браслет, — холодно сообщила блондинка, присаживаясь на лавочку во дворе. Несколько месяцев назад именно здесь я отводила взгляд от звездного неба, чтобы не вспоминать глаза верита Филиппа.

— Странно, что я до сих пор не видела магистра Кальдерона, бал в самом разгаре.

— А его здесь нет, — бросила она, отворачиваясь.

— Жаль, — искренне ответила я. — Надеюсь, с ним все благополучно?

— Лучше не бывает, — ядовито заметила девушка.

— Бриандочка, что случилось? — Я тоже опустилась на скамью и сжала руку собеседницы.

— А ты правда не понимаешь? — Взглядом художницы можно было речку замораживать.

— Нет. — Мне стало неловко. — Ты же знаешь, до меня редко доходят даже самые общеизвестные факты. Что произошло?

— Да ничего особенного, просто решил человек надраться в одиночестве.

— Надраться? — переспросила я.

— Ну, напиться с горя или как это у вас называется.

— Прости, я не знала, что у вас горе! Я могу чем-нибудь помочь?

— Можешь, — резко заявила художница, — уезжай скорее со своим женихом в тьму и хаос!

— Ты о чем? Какой опять жених?

— Да все тот же, — устало произнесла девушка. — Я, конечно, не имею права на тебя злиться, ты же с самого начала честно говорила, что не любишь Фила, но все равно злюсь. Это, конечно, пройдет, но сейчас ты меня бесишь!

— Слушай, Брианда, — на удивление спокойно произнесла я, — а давай ты не будешь в очередной раз пытаться меня запутать и просто расскажешь внятно и подробно, что за жених, почему ты злишься и из-за чего горюет твой брат?

— Поразительно! Я впервые не слышу из твоих уст этого блеющего «магистр Кальдерон», — фыркнула художница.

— Тебе стало легче?

— Да!

— Тогда рассказывай.

Она пристально посмотрела на меня.

— Странно. То ли у меня начались проблемы со зрением, то ли ты и впрямь ничего не понимаешь…

— Второе, — пояснила я. — Так что произошло?

— Да ничего особенного, просто ты вдруг решила выйти замуж за своего преданного сына Севера.

— Это тебе кто такую чушь сказал?

— Это я своими ушами слышала! Скажешь, что не обещала после Посвящения поехать с ним на Север?

— Обещала. А замужество тут при чем?

— А ты что, в качестве его любовницы туда ехать собралась? — воззрилась на меня Брианда.

— Нет. В качестве ведуньи. А что тут необычного?

— Подожди, а зачем ему ведунья? — проявила интерес девушка.

— Не ему лично, а северянам вообще…

Я, как могла кратко, пересказала художнице подоплеку истории с аграфом.

— Так ты что, вообще не с ним туда едешь?