Человек-Т, или Приключения экипажа «Пахаря» - Алексей Евтушенко

– Как это «чего»? Я твой друг или нет? Вот возьмут они меня в заложники, чтобы тебя сделать посговорчивей, – тогда поймёшь, чего мне бояться. Хорошо ещё, что я завтра улетаю.

– Куда?

– В Сибирь. По делам фирмы. Хочешь совет? Хороший.

– Не откажусь.

– Тогда слушай. Прямо сегодня вечером отправляйся домой, к маме и сестре, и оправь их куда-нибудь подальше. Отдыхать. И Машу свою тоже отправь.

– Маша – человек самостоятельный, – засомневался я. – Её так просто не отправишь. И вообще, она на работе, а отпуск уже отгуляла…. Э, брось! Ты что, серьёзно?

– Абсолютно. Отправь всех подальше, чтобы никто не знал, куда. Пока всё не утрясётся. Лично я бы сделал именно так.

– Фигня какая, – я одним махом выпил рюмку водки и со стуком поставил её на стол. – Сейчас, вот, позвоню в ФСБ и всё улажу. Пусть только сунутся!

– Ну-ну, – усмехнулся Витька. – Сотовый дать?

– Спасибо, у меня свой.

Я тут же позвонил по оставленному мне весёлым Валерой и серьёзным Григорием телефону. Трубку взял Григорий, и я рассказал ему о своих опасениях.

– Ни о чём не волнуйтесь, – сказал Григорий. – Все под нашим контролем. Спокойно работайте и отдыхайте. Кстати, завтра вас ждут в Звёздном. Вы не забыли?

– Не забыл. Спасибо. До связи.

– До связи.

– Ну что? – осведомился Витька, не спеша разливая водку.

– Сказали, чтобы я не беспокоился. У них всё под контролем.

– Тогда не беспокойся, – едва заметно пожал худыми плечами мой друг и поднял рюмку:

– Чтобы всё кончилось хорошо!

Мы чокнулись, выпили и закусили. Оркестр за нашими спинами, состоящий из четырёх, облачённых в расшитые костюмы и сомбреро, музыкантов, принялся лабать на гитарах и барабанах что-то сентиментально-мексиканское. Вечер стремительно понёсся по наезженной колее.

Меня разбудил телефонный звонок. Заранее морщась (накануне мы с Виктором выпили достаточно, чтобы сегодня чувствовать похмелье), я открыл глаза и приподнялся на локте. И тут же от удивления проснулся окончательно. Никакого похмелья мой организм не испытывал.

Ни тебе головной боли, тошноты, распухшего языка, ощущения противной яркости света и мерзкой громкости любых звуков, мук совести, томления души, тяжести на сердце и вселенской тоски. Ничего. Нормальное здоровое состояние. Даже, я бы сказал, бодрое. Оч-чень интересно. Однако кто это там не унимается? Видят же, что трубку не берут… Точнее, слышат. Так какого чёрта?

Телефон не умолкал.

Я вылез из постели, накинул халат и прошлёпал босыми ногами на кухню.

– Да!

Это была мама.

– Здравствуй, сынок, – сказала они, и по её голосу я сразу понял, что у нас уже не всё в порядке.

– Здравствуй, мама. Что случилось?

– Ленечка, к нам рано утром пришли какие-то люди. Они заставили нас с Любочкой сесть в машину и отвезли куда-то за город. Они говорят, что если ты не сделаешь то, что они от тебя хотят…

Голос мамы прервался.

– Алло, – мертво сказал я в трубку.

– Леонид, – ответила она мужским голосом. – Я предлагаю вам хорошенько подумать над вчерашним предложением. Ваша мать и сестра у нас. Вы их не найдёте, можете даже не надеяться. Откажетесь – мы начнём их медленно убивать. Согласитесь – всё будет хорошо. Включая, предложенный вам вчера гонорар. Как надумаете, звоните по тому телефону, что на визитке. Если вы её потеряли или выбросили, запишите. Я продиктую.

– Не потерял, – сказал я.

– Вот и хорошо. Только думайте быстрее. Наше терпение не бесконечно. – ласково сказали на другом конце провода и повесили трубку.

Последующие сутки превратились для меня в полный кошмар. Конечно, я немедленно позвонил Валере и Григорию и высказал им всё, что думаю о славном ФСБ, его обещаниях, и способностях.

– Да не переживайте вы так, Лёня, ей богу, – успокаивал меня Валера. – Наш общий знакомый зарвался и получит своё. Мы просто и подумать не могли, что он решиться на такое. Вашу маму и сестру мы очень быстро найдём. Живыми и здоровыми. Вы, главное, ни во что не вмешивайтесь, и нам не мешайте. Договорились?

– Не знаю, – сказал я им. – Вы утверждаете, что и подумать не могли. А вот они подумали. Заранее. И распланировали все свои действия. Думаю, что и этот мой звонок вам они тоже учли. Давайте так. Вы действуйте своими методами, а я приму свои меры.

– Лёня, я вас умоляю. Никаких своих мер. Вы только все испортите!

– Хорошо, – согласился я. – Жду до семнадцати часов. Сейчас девять утра. У вас в запасе восемь часов. Если за это время моих родных не найдут и не освободят, я буду считать себя абсолютно свободным в любых своих действиях.

– Найдём, найдём. Не волнуйтесь.

– Это я уже слышал. Вчера. И чем кончилось?

Я повесил трубку, немного подумал и позвонил Маше. Она ещё не успела выйти их дома на работу.

– Ты где сейчас? – спросил я.

– Дома, конечно, – удивилась она. – Ты что, не знаешь, куда звонишь?

– Нет, я имею в виду конкретное место. На кухне? В комнате?

– На кухне. Завтракаю.

– Ага. Тогда в комнату пока не ходи, я сейчас буду.

– Подожди, зачем…

Но я уже отключился, привычно сосредоточился, представил себе машину комнату… и вот я уже вхожу на её кухню и целую в тёплые губы любимую женщину.

– Что произошло? – спросила она, наливая мне кофе.

И я рассказал, что произошло.

– Вот же сволочь, – констатировала Маша. – Не понимаю, как у такой мрази получаются хорошие дети. И что ты намерен делать?

– Видишь ли, – объяснил я, – им нельзя поддаваться. Если пойти на уступки, то потом уже не отвяжешься. «Мяу» сказать не успеешь, как будешь по уши в их делах. А дела их, сама понимаешь…. В общем, я пришёл за тобой.

– Это как?

– А так, что они вполне могут пойти на то, чтобы взять в заложницы и тебя. Поэтому я тебя спрячу.

Маша не соглашалась. Я настаивал. Она не хотела. Я приводил веские аргументы. Всё это заняло не меньше часа, но в конце концов я уговорил её позвонить на работу и сказаться больной.

Куда отправить Машу на время разборок с бандитами, я решил сразу. Конечно, к Женьке Микуличу. Во-первых, свой человек. Во-вторых, другая страна. В-третьих, кому придёт в голову искать её в маленьком и неизвестном военном городке, затерявшемся где-то на Житомирщине?

Вариант с дедом Евсеем и 74-м годом, а также с Москвой 1912 года я отмёл. Это были хорошие варианты, но они требовали слишком много времени на подготовку.

Женька оказался дома. Он даже не очень удивился нашему появлению.